15.09.2010
Коммунисты Бурятии за год успешно вышли на улицы, почти баррикады. Уход в радикальность дался партии весьма легко, но теперь их может ожидать суровая реальность. За удовольствие поиграть в радикальную оппозицию можно заплатить цену — имидж не совсем вменяемой структуры, с потерей мест в парламентах всех уровней.
Сбои в системе

Необходимо для начала вспомнить, что такое КПРФ России в нынешнем виде. На протяжении последних 10 лет коммунистическая партия — это попытка респектабельной оппозиции. Они этим и живут: встречаются с лидерами государства, имеют фракцию в Думе, возможность выстраивания партийной инфраструктуры в регионах и прочие прелести легальной политической жизни.

Российские коммунисты не бегают по химкинскому лесу и не маршируют "несогласно". Радикализм вообще несвойственен нынешней КПРФ. Недовольство действующей властью в регионах или Москве собирается коммунистами и передается руководству страны. Доставляется информация через Госдуму, личные встречи, СМИ, митинги и прочие легитимные способы. Вот и вся функция КПРФ на нынешнем этапе политики в России. Системная оппозиция, одинаково полезная для обеих сторон.

В Бурятии до некоторых времен работала такая же конструкция. БРО КПРФ вполне буднично выражало интересы своих избирателей через Народный Хурал, горсовет, прочие информационные площадки. Коммунисты делали это вполне осторожно, в рамках общероссийских правил игры. В ответ административный ресурс в Бурятии относился к коммунистам с пониманием. Позволяя худо-бедно выставляться фракциями в парламентах и существовать структурно на районных и поселковых уровнях. И вдруг начиная с этого года привычная система отношений начинает давать сбои.

Бег на баррикады

Местные коммунисты на глазах уходят из системной оппозиции в радикальную. Причем вопреки сложившимся договоренностям и традициям. Вместо привычных социальных лозунгов, разговоров о тарифах мы видим постоянные политические акции протеста и прямые выпады в адрес конкретных персон.

Причины столь неожиданных изменений поведения коммунисты пытаются формулировать. В частности, в программной статье в одном из республиканских СМИ Вячеслав Мархаев перечисляет и скандал с "РАЛИКом", и введение поста сити-менеджера в Улан-Удэ в качестве краеугольных. Безусловно, это очень интересные темы для дискуссий, что и доказали последние полгода. Но вряд ли локальный региональный скандал с бюджетными деньгами или общероссийская практика реформы муниципалитетов могли так глубоко повлиять на мировоззрение местных коммунистов. Для бега на баррикады, наплевав на годами выстраиваемые отношения, этого недостаточно.

Несоизмеримость публично озвученных причин с уходом в откровенную радикальность вызывает некоторые вопросы. Главный из них: а что, собственно, могло произойти с коммунистами внутри их обычно спокойного сообщества? А там незаметно для обывателей и сочувствующих происходили некие "тектонические сдвиги".

Партийный раскол

На сегодня БРО КПРФ фактически разделено на два крыла — консервативное и радикальное. Консервативное — это возрастные опытные бойцы, предпочитающие спокойную оппозицию в определенных рамках. Ее долгое время формировали такие известные коммунисты, как Чимбеев и Будажапов. Их площадкой большей частью являлся Народный Хурал, где по мере необходимости они оппонировали власти, договаривались, предъявляли претензии и прочее. Это и называется системной оппозицией в современных условиях. Судя по их незаметности в последних событиях, консерваторы сейчас явно не в фаворе.

И есть другая часть БРО КПРФ — радикальная. Ее представляют не менее известные люди, например Лазарь Бартунаев. Именно последнего сватают в идеологи радикализма БРО КПРФ последних месяцев. Впрочем, идейным коммунистом его назвать довольно-таки трудно, учитывая политическое прошлое.

Внутрипартийная борьба может иметь сколь разные варианты, вплоть до раскола. Еще 30 июля коммунисты Кабанского района единогласно приняли заявление о расколе в БРО КПРФ. Судя по всему, "голоса с мест" партийное руководство проигнорировало. Впрочем, Вячеслав Мархаев волен выбирать какой угодно путь развития для своей партии на территории Бурятии. Это дела сугубо коммунистические. Но это может продолжаться ровно до пределов очерченного для КПРФ круга. Причем очерченного даже не местной властью, а вообще концепцией государственной политики.

Однако акциями протеста, воззваниями, выпадами личного характера местные коммунисты бодро шагают за пределы границ. Превращение в маргиналов, возможно, симпатично для радикально настроенных бойцов — безбашенности больше, сомнений меньше, наблюдателям веселее. Их мотивация понятна — "не за горами выборы в Госдуму и Народный Хурал, авось, проскочим по спискам".

Спонсоры в опасности

Однако очевидны и минусы. Непонятно, на кой ляд тогда поддерживать КПРФ серьезным людям, обремененным должностями, званиями, авторитетом. Они не готовы бегать от милиции с транспарантами по улицам. Еще большее недоумение радикализм может вызвать у спонсоров БРО КПРФ. Бизнес помогает партии или по убеждениям, или для лоббирования своих бизнес-интересов на площади Советов и в муниципалитетах. Но вряд ли они обрадуются, что явочным порядком финансируют бескомпромиссную борьбу против федеральной, республиканской и улан-удэнской властей одновременно.

Кстати, именно так и получилось. Коммунисты умудрились своими действиями консолидировать против себя сразу и правительственные структуры, и мэрию, включая первых лиц. Не то чтобы все власти действуют вместе, но все одинаково недовольны КПРФ.

Возможным включением административного ресурса радикальное крыло коммунистов вряд ли напугаешь. Они сами отошли от негласных договоренностей, сами радикализировались и начали выяснять отношения более резким, неподобающим моменту образом. Власть до сих пор смотрела на это сквозь пальцы. Но не факт, что будет терпеть обиды перед грядущими выборами. Что такое "отказ в регистрации" или "нарушения в подписных листах", никому объяснять не надо. Другую форму включения ресурса вся страна успешно наблюдала по центральным телеканалам в минувшие выходные — медиакампания против мэра Москвы Юрия Лужкова напомнила всей стране давно забытый жанр "телекиллерство".

А вот что действительно может поставить крест на БРО КПРФ, так это лишение финансового ресурса. Бизнесмены-спонсоры коммунистов могут подумать о поиске каких-то менее "отмороженных" структур. И их можно понять: деньги любят тишину.

^