15.09.2010
Мама мальчика отстояла в трех инстанциях свое право быть с сыном. Но ее бывшие родственники отказываются выполнять судебное решение и силой удерживают мальчика у себя. Впервые в истории Бурятии судебным приставам придется отбирать у должника не вещь, а живого человека.
Похищение

После 7 лет далеко не счастливой семейной жизни супруги Ивановы (фамилия изменена. — прим. ред.) расстались. Семилетний Гоша остался с мамой Ириной, но встречаться с ним она бывшим родственникам не запрещала. Спустя какое-то время Ирина вышла замуж. Скрывать это от своей бывшей свекрови Ирина не собиралась, вот только ее реакция была неожиданной.

Бабушка попросила внука, якобы, чтобы отдохнуть вместе с ним на Щучке. Ирина согласилась. Однако ни спустя оговоренных два дня, ни через три ребенка ей так и не вернули. Только на третий день Ирине, наконец, дали поговорить с сыном по телефону — это был их последний разговор.

— Я помню последние наши слова. Я ему говорю: "Я тебя люблю, как тысячу планет!" Он отвечает: "А я тебя — как три тысячи планет!" Мы обычно всегда так общаемся, число доходит до бесконечности. И тут разговор оборвался, — со слезами вспоминает Ирина.

В панике Ирина поехала домой к свекрови, ее на порог не пустили. "Вышла замуж — забудь про ребенка!" — только и сказала ей свекровь.

— Я ей говорю, и у вас же сын тоже живет сейчас с другой девушкой, а я-то что должна делать? Но она ничего не хотела слушать, — возмущается женщина. — В тот день я так и ушла, не увидевшись с сыном, в слезах.

Позже Ирине и вовсе безапелляционно заявили: "Гошу больше ты не увидишь. К нам приезжать тебе запрещено. Мы подали на тебя в суд на лишение родительских прав".

С тех пор прошло полтора года. За это время Ирина ни разу не общалась со своим сыном.

Суды встали на сторону мамы

Суд первой инстанции почти сразу вынес решение в пользу Ирины, определив место жительства Гоши с матерью.

— Во время судебных разбирательств было много подставных лиц, свидетелей, которые говорили неправду. Бывший муж со свекровью утверждают, что я никогда нигде не работала, приносили липовые характеристики — я приносила свои документы, свидетельствующие об обратном. Они говорят в суде, что я наркоманка — я приношу справку, что это не так. И все в таком духе, — говорит Ирина.

Интересно, что в суде первой инстанции судьей было решено назначить психологическую экспертизу родителей Гоши и самого мальчика. Причем упор делался на самого ребенка, потому что решение суда должно было быть вынесено в первую очередь в его пользу. Экспертиза показала, что состояние ребенка ухудшается, ему плохо без мамы, ему уже требуется психологическая коррекция.

Однако свекровь и бывший муж Ирина верить таким результатам не захотели и провели еще одну экспертизу, самолично заплатив за нее. Но и в этот раз результаты их не обрадовали: состояние ребенка опять было признано неудовлетворительным. В Ирине же психологи увидели человека, с которым ребенку будет лучше.

— В экспертизе обо мне написано, что я понимаю ребенка, что у меня педагогичный подход к детям. Я даже сама не ожидала, что у меня будет такая характеристика, — замечает Ирина.

В итоге суд вновь вынес решение о том, что ребенок должен проживать именно с мамой. Однако на этом бывший муж и свекровь не остановились и подали кассационную жалобу. 10 августа Верховный суд вынес решение опять же в пользу Ирины. Тем не менее, и это не стало аргументом для бывшего мужа и свекрови, которые по-прежнему не желают возвращать ребенка матери.

Уже полтора года Ирина не может увидеться с сыном. Даже на 1 сентября, когда сын пошел в первый класс, мать к нему не подпустили.

— 1 сентября я приехала тайком в школу. После того как я появилась, ребенка окружили кольцом какие-то люди в форме. И это при том, что я не лишена родительских прав и все суды выиграла! И ребенок смотрел на все это. Он совершенно не понимает, что происходит, — в отчаянии говорит Ирина.

Отбирать силой?

Решение суда уже давно вступило в законную силу, но все остается по-прежнему.

— Приставы пытались воздействовать на них, но свекровь оскорбляет их, выкидывает исполнительные листы. Приставам все-таки удалось вручить исполнительный лист бывшему мужу. Ему дали 5 дней на добровольное исполнение решения суда. Но он его не выполняет, скрывается от приставов, — сетует Ирина.

Ирину тревожит и то, что сейчас ребенок не учится. Документы из школы она забрала, чтобы перевести в другую, когда суд вынес решение в ее пользу. А вот самого ребенка до сих пор отвоевать не может.

— Нам сказали, что до 14-го числа, если они не отдадут ребенка, его будут изымать принудительно, совместно с сотрудниками милиции, опеки, приставов. Но зачем доводить дело до такого? Какая травма будет нанесена ребенку! Неужели нельзя все решить полюбовно? — недоумевает Ирина.

Действительно, трудно представить, как будет выглядеть эта картина. Ведь отбирать будут не просто какую-то вещь, а живого человека! Ирина все еще надеется, что до самого страшного не дойдет, ведь причинять боль 8-летнему ребенку, который и так хлебнул немало горя на своем веку, она не хочет.

— Самое страшное начинается ночью. Я не сплю месяцами, думаю о сыне постоянно. Он мне снится. Разлука убивает меня, это правда страшно, — плачет Ирина.

^