24.11.2010
Бурятские спасатели сумели отыскать паломников в течение нескольких дней. Самым сложным, по их словам, был не сам поиск, а то, что добраться до места обитания отшельников по снегу и тайге было крайне непросто.
"Подальше от людей"

Четыре года назад группа жителей Самары по религиозным соображениям добровольно ушла жить в тайгу. Глава общины — отец Константин — раньше служил в храме Кызыла, потом переехал в Самарскую область. Там его и посетила идея жить в тайге, подальше от людей. Он нашел единомышленников, они продали свое имущество, и с вертолета, нанятого почти за миллион рублей, группа высадилась в Саянах. Поселение отшельников находилось недалеко от границы Бурятии и Тывы, в районе озера Беллин-Холь Каа-Хемского района Республики Тыва.

За первые полтора года в поселении отшельников умерли две женщины-монашки. Одна страдала тяжелым психическим расстройством, другой, матушке Марианне, еще перед поездкой в горы поставили диагноз "рак", она хотела духовно очиститься перед смертью. Их похоронили в тайге, возле скита. Многие не выдержали спартанских условий проживания и вернулись в цивилизацию. К 2010 году из большой группы из 50 человек под покровительством отца Константина осталось лишь пять женщин. Поиски паломников организовали обеспокоенные родственники — по их словам, у отшельников кончались запасы и зиму пережить они не смогли бы.

Еды не было

На минувшей неделе МЧС России вертолетом эвакуировало отшельников. Сейчас группу отшельников разместили в санатории-профилактории "Серебрянка" в Кызыле. Длительная, затратная и изматывающая работа спасателей наконец-то завершилась.

— Было очень сложно до них добраться. Сам поиск большого труда не составил. Когда мы туда ехали, уже предварительно знали, где они находятся. Координаты были известны в радиусе 3—5 км, — рассказывает возглавлявший отряд спасателей заместитель начальника бурятской поисково-спасательной службы Николай Андреев.

Поразило спасателей то, что жили отшельники в обычной туристической палатке. Все вместе: пять женщин и отец Константин. Причем планировалось, что в этой же палатке они должны были прожить всю зиму. Как такое могло прийти в голову при наших лютых сибирских морозах, непонятно.

— Прошлую зиму они провели в зимовье. Но теперь решили переселиться поближе к озеру, чтобы иметь возможность постоянно удить рыбу. Целый месяц они перебирались на новое место, переносили на носилках одну из женщин, которая не может ходить. Вторая женщина, больная ДЦП, тоже кое-как передвигается. Обустроились прямо на берегу озера. Палатка обычная, небольшая. Разве что на полу были сделаны настилы. Запасной одежды и обуви у них не было. Запасов еды — тоже, — говорит Николай Андреев.

Рацион отшельников был на редкость скуп и однообразен: варили крупу и рыбу изо дня в день. На момент того, как паломники были найдены, своей еды им хватило бы только на один день. Пять дней, пока дожидались эвакуационного вертолета, пришлось делить провиант спасателей на всех. Причем от мяса полуголодные отшельники отказывались категорически, не взяв в рот ни кусочка колбасы или тушенки, предлагаемых радушными спасателями.

Власть над людьми

В неформальной беседе со спасателями отшельники также рассказали о своем образе жизни. Основное занятие все это время было одно - - молитвы. Из шестерых паломников "домашнюю" работу выполняли только трое: двое женщин готовили дрова, ходили за продуктами. Еще одна — 69-летняя женщина — варила немудреную еду: кашу. Все мясное — под строгим запретом.

Спасатель Николай Андреев не берется утверждать, что это секта или просто группа истовых верующих, но то, что архимандрит Константин, как он сам себя называет, имеет какую-то власть над людьми, которых он возглавляет, — это очевидно. Тем более что имеет психологическое образование.

— Я спрашивал женщин, зачем избегать людей, почему нельзя молиться в том же храме, одновременно приносить пользу людям. Они мне ответили, что они и так приносят пользу — потому как молятся за всех и за весь мир. Говорят, мол, мы дали обет, только богу служим и все, ищем уединения, успокоения души, чтобы никто нас не тревожил, хотим уйти в мир иной очищенными и свободными, — рассказывает спасатель.

И хотя к появлению спасателей отшельники отнеслись спокойно и сразу согласились вернуться на Большую землю, уже тогда трое наиболее рьяных из паломников открыто заявили: "Мы непременно вернемся обратно".

Назад в палатку

— Мы объяснили им, что надо появиться в цивилизации. Зарегистрироваться, оформить документы, опять же перепись недавно прошла. Они ответили, проблем нет, будет вертолет — полетим. Все сделаем, что нужно, и вернемся обратно, — рассказывают спасатели.

Однако, похоже, что не все шестеро паломников придерживаются такого мнения. Кое-кто был рад появлению спасателей и не против возврата в прежнюю жизнь:

— Анастасия, Нина и архимандрит Константин настроены категорически. Из разговора с Ниной явствовало, что она уже приняла обет, постриг в монахини, мирская жизнь не для нее, что им нравится так жить в тайге и уединении, здесь они чувствуют себя хорошо. Я понял, что эти две женщины готовы пойти за отцом Константином куда угодно, — говорит Николай Андреев.

Зато в отсутствие двух этих неистово верующих другие отшельницы тайком признались спасателям, что устали и хотят уйти от такой жизни навсегда и очень скучают по дому.

— Когда я сказал одной из женщин, Елене, что за ней приехала мать, она ждет ее в Орлике, она очень обрадовалась этому известию. В итоге, три женщины теперь решили остаться в миру. Остальные снова вернутся в отшельничество, — говорит Николай Андреев.

Выживут или нет — вопрос

Невольно напрашивается вопрос: зачем отшельников нужно было вывозить из тайги и возвращать в цивилизацию, если они все равно уйдут от людей? Зачем МЧС нужно было тратить такие средства на вывозку отшельников из тайги? На вопрос, в чем польза грандиозной операции, спасатели отвечают уверенно: смысл был.

— Поступила просьба о помощи от родственников. Мы в любом случае должны были отреагировать. Хотя бы найти, узнать, что с ними, переговорить. Задача была поставлена — мы ее выполнили. Наше мнение: у них не было ни дров, ни продуктов. Выжили бы они или нет — это еще большой вопрос, — говорят бурятские спасатели.

^