02.03.2011
Джидинская катастрофа
В Бурятии на глазах у властей умирает еще один поселок.
Наследство, которое оставили отступающие на Запад военные, настолько велико, что с ним не может справиться не только сам поселок, но и весь район. Более того, оказалось, что жизнь Джиды напрямую зависела от существования здесь авиабазы. И после того как летчики уехали, поселок оказался на грани катастрофы.
Самой большой головной болью местных властей стали несколько многоквартирных домов военных. По словам главы поселка Геннадия Шмана, на сегодня хозяевами было оставлено 330 квартир. И это только начало.

Смерть поселка \\

Из-за того, что на улице еще пока что зима, их надо отапливать. Просто отключить дома от центрального отопления не получится -- в некоторых квартирах еще остались те, кто поедет позже, или местные гражданские, работавшие на военный объект. По словам одного из жителей военного городка, который еще живет здесь, в его подъезде на двадцать квартир, осталось всего три семьи. Понятно, что надо отапливать все двадцать квартир, чтобы не заморозить эти три.

Пока на поддержание домов деньги выделяют военные, но жители опасаются, что после того, как дома будут переданы в собственность муниципалитету, начнутся перебои. В любом случае, оставшиеся безработными жители домов не смогут оплачивать коммунальные услуги. Причем даже те триста квартир, которые освободились уже сейчас, заселить не получится. Просто в поселке не наберется столько людей. Значит, дома придется «уплотнять», а незанятые отключать от котельной. Джиде практически гарантированно грозит участь поселка Новая Брянь, в котором сейчас около 10 брошенных многоквартирных домов пугают гостей пустыми окнами.

Бывшие дома и квартиры военных фактически остались бесхозными. Уже фиксируются факты мародерства, о чем сообщали СМИ. Но если в квартирах, по большей части, поживиться нечем и вылазки там устраивают, по словам главы поселения Геннадия Шмана, пока только дети, то на территории самого аэродрома есть множество вещей, которые вполне могут пригодиться в хозяйстве местных жителей. Так, железные аэродромные листы, лежащие штабелями, никто не охраняет. Стоимость одного такого листа оценивается на местном рынке в пятьсот рублей. А их там тысячи.

С мародерами бороться некому \\

Был уже один случай кражи, когда «воровайка» заехала на территорию военной части, погрузила несколько листов этого самого железа и уехала в неизвестном направлении. Геннадий Шман горько смеется, рассказывая, что после этого случая для их охраны туда был посажен сторож с палкой наперевес. Что он сможет этой палкой защитить на территории части, простирающейся на многие сотни метров, остается большим вопросом. Милиция бессильна что-либо сделать. В администрации района вовсе сказали, что это не их имущество, и они за него не отвечают.

Глава поселка также опасается, что при наступлении тепла начнется растаскивание бетонных плит на взлетно-посадочной полосе -- это стройматериал высшего качества. А ведь эта полоса, стоящая около двух миллиардов рублей, одна из немногих в регионе, способных принимать все виды самолетов -- начиная от тяжелых грузопассажирских, заканчивая истребителями и легкими самолетами. И все это сейчас стоит без охраны. Единственное, что пока еще удерживает людей от разграбления базы, -- это невозможность вытащить примерзшие бетонные плиты из земли.

Даже ангары, забронированные так, что кажется, способны выдержать ядерный удар, сиротливо раскрыли свои тяжелые ворота в ожидании прилета самолетов. Но их не будет. Вместо них ангары посетят, видимо, только охотники поживиться имуществом. С учетом того, что в поселке больше нет работы, таких будет немало.

«Это настоящее кидалово!» \\

Отдельной темой остаются местные жители, работавшие на военную часть на гражданских должностях. Ведь, фактически, поселок городского типа Джида был монопоселком. Больше половины его населения до недавнего времени составляли военнослужащие и члены их семей, остальные также так или иначе были тесно связаны с армией. Кто-то работал в гарнизоне, в солдатских столовых, банно-прачечном комбинате, медицинском пункте и т.д. Местные предприниматели продавали свои товары тем же военным и гражданским, работающим на военных.

Жительница Джиды, которая работала на авиабазе, рассказывает, как ее уволили. Сначала шли слухи о передислокации, которые упорно опровергались военными. «Потом в один прекрасный момент нас вызвали и сказали, что мы уволены вчерашним числом», -- вспоминает она. Теперь для получения полного расчета женщине, которой оставалось только один год проработать до пенсии, приходится писать письма в Шагол в Челябинской области, где обосновался штаб уехавшей части.

«Слава богу, я еще нашла работу и могу дотянуть до пенсии. А другие? Где они возьмут деньги, чтобы добиться расчета? Надо же туда ездить, писать письма. Это настоящее кидалово!», -- говорит женщина. Она считает, что в поселке ей теперь «ловить нечего», и к лету думает вернуться к себе на малую родину, в село.

Другие жители поселка, оставшиеся без работы, также говорят, что здесь долго не останутся. Они хотят поехать в Улан-Удэ и там искать работу. По мнению многих, в поселке работы уже не будет. После ликвидации авиабазы без работы остались, только по официальным данным, 275 человек. По неофициальным же, которые озвучивают сами жители, в один момент безработными стали пятьсот человек. Это при двухтысячном гражданском населении вместе с детьми и пенсионерами!

Глава поселка Геннадий Шман говорит, что к наступлению тепла, чтобы занять безработных, в поселке начнутся общественные работы по благоустройству поселка. На эти мероприятия по антикризисной программе деньги выделяет республиканский бюджет. Но у самого поселка средств на борьбу с безработицей нет -- поселковый бюджет в этом году уже недополучает около миллиона рублей налогов, которые платили военные.

Школа теряет детей \\

Действенной поддержкой со стороны правительства Бурятии стоящему на краю пропасти поселку сегодня может стать понижение статуса с поселка городского типа на сельский -- селам полагаются дополнительные субсидии. Теперь абсурдность наименования Джиды «поселком городского типа» стала еще более очевидной. Для примера: в райцентре -- Петропавловке -- проживает около восьми тысяч человек, и она считается селом, а в Джиде еще до передислокации части насчитывалось чуть более пяти тысяч человек. Сейчас же, после отъезда полутора тысяч военных с семьями, в поселке осталось лишь около трех с половиной тысяч населения.

Перевод поселка в сельский статус мог бы частично решить проблему со школой, считает директор Джидинской школы Ирина Малова. По ее словам, из 717 учеников на первое сентября 2010 года к сегодняшнему моменту выбыло 143 ученика. По всей видимости, это еще не предел, т.к. всего детей военных здесь училось около четырехсот. Многие еще остались, чтобы закончить учебный год. Такое резкое сокращение учеников привело к сокращению финансирования школы, которое у нас, как все знают, подушевое. По словам Ирины Маловой, средняя зарплата учителей упала на две-три тысячи рублей. Перевод школы из поселковой в сельскую, позволил бы вернуть доходы учителей к прошлогоднему уровню. Также это позволило бы решить проблему неукомплектованности классов -- для городской и сельской школы норма численности классов различается.

Пока говорить о, связанных с сокращениями учеников, вынужденных сокращениях и учителей не приходится. Наоборот, из-за отъезда некоторых учителей -- жен военнослужащих -- в школе открылись вакантные места учителей информатики, иностранного языка и т.д. Но с первого сентября этого года, если сохранится сегодняшняя ситуация, придется думать о некоторых сокращениях.

Джидинская школа всегда считалась одной из лучших в районе. У нее традиционно было много наград на олимпиадах различного уровня. С передислокацией базы в Челябинск уехали многие лучшие ученики, составлявшие гордость школы. Например, участница всероссийской олимпиады Александра Овод также уехала доучиваться в Челябинск. Директор говорит, что они поддерживают связь со своими воспитанниками. Челябинские учителя были приятно удивлены уровнем знаний бывших джидинцев и спрашивали, в каком лицее или гимназии они учились. «А у нас обычная поселковая школа», -- говорит директор.

Экология и квартирный вопрос \\

По словам Ирины Маловой, дети пишут, что очень скучают и хотели бы вернуться. Ребята в Челябинске столкнулись там с тяжелыми проблемами привыкания к новому коллективу и т.д. И даже сам уральский воздух оказался неприветлив к приезжим из солнечного края.

Одна из «переселенцев» -- жена летчика Полина -- ведет блог в Интернете, где рассказывает о том, с чем им пришлось столкнуться в Челябинске. Она рассказывает, как один раз выйдя из дома, еле могла дышать из-за дыма и смога, «как будто горит мусорка». По ответам челябинцев стало ясно, что это привычное дело в индустриальном городе, считающемся одним из самых загрязненных городов России. На ее реплики, что дети начали страдать аллергией, местные только и смогли успокоить тем, что через некоторое время они привыкнут.

Впрочем, далеко не факт, что Челябинск станет окончательным пунктом назначения для летчиков Джидинской авиабазы. Вполне возможно, что ее будут перебрасывать оттуда еще дальше, одним из вариантов называют североосетинский Моздок.

Другая «жена военного», которая только собирается переселяться, говорит, что не хотела бы расставаться с Джидой. «Здесь мы уже привыкли, здесь у нас есть дом», -- говорит она. Она очень опасается того, что в Челябинске им не найдется жилья и им придется снимать комнату в общежитии. Им придется заново вставать в очередь на улучшение жилищных условий -- «А в связи с нашей разрухой в армии нам очень страшно». И если в Джиде военные проживали в служебном жилье бесплатно, то в Челябинске им придется квартиры снимать, причем за свой счет. Многим это просто не по карману, и часть военнослужащих из-за этого уволились.

После отъезда летчиков в Джиде остались другие военные -- это ракетчики из зенитной бригады, локаторщики и военные пенсионеры. Кроме того, осталось еще три бомбардировщика. Пока неизвестно, останутся ли они здесь или тоже будут перебрасываться в другие регионы страны. Но уже сейчас ясно одно: ликвидация базы повлекла за собой последствия, от которых поселку Джида будет сложно оправиться без поддержки республики. Единственное, что сейчас реально может спасти поселок и уникальный аэродром, по мнению Геннадия Шмана, является перебазирование сюда «хотя бы одной эскадрильи». Но у военных, как всегда, все секретно.

Помощь придет через полгода \\

По словам председателя Комитета Народного Хурала РБ по социальному развитию Александра Стопичева, Джида не останется без помощи республики. Но, как оказалось, до этой помощи джидинцам еще надо дожить:

«На планерном совещании в правительстве РБ было принято решение действовать по итогам первого полугодия 2011 года, когда окончательно станет ясно, какие потери понесли бюджеты поселка и района», -- сказал он.

Также парламентарий отметил, что республиканские власти могут начать действовать только после того, как собственность военных будет передана в ведение муниципалитетов. Вот тут-то и возникает множество вопросов, которые пока не имеют решения. Только по предварительной информации администрации Джидинского района, для принятия собственности на баланс района потребуется почти триста миллионов рублей. Этой суммы, конечно же, район не сможет потянуть самостоятельно. Все надежды районное начальство возлагает на региональные власти. Но если республика говорит, что они будут действовать только после процедуры передачи собственности, то непонятно, как она будет передаваться вообще. Замкнутый круг.

Владимир Сергеев, «Номер один».
^