25.05.2011
Уполномоченный по правам ребенка России Павел Астахов недавно на пресс-конференции в Курске заявил, что обеспокоен количеством детских самоубийств в Бурятии
Он озвучил страшные цифры -- 50 случаев на 100 тысяч детей в год, тогда как среднероссийский показатель составляет около 20 подобных фактов. Наш борец за права детей -- Татьяна Вежевич -- согласилась с ним, отметив, что проблема детских суицидов в республике стоит очень остро.

Однако в Бурятии есть отдельные населенные пункты, где количество детских самоубийств даже на фоне высоких общереспубликанских показателей зашкаливает. Так, в селе Могсохон Кижингинского района с начала года произошло уже три попытки самоубийства среди школьников. Двоих детей спасти не удалось. Три случая за три месяца -- в марте, апреле и мае -- в далеко не самом большом населенном пункте района -- совершенно дикие цифры! Это притом, что всего в Бурятии за весь прошлый год было зарегистрированы 32 завершившиеся попытки самоубийства среди несовершеннолетних. Остроты добавляет еще и тот факт, что все трое учились в старших классах одной школы.

Как отметили в Следственном комитете по Кижингинскому району, эти три факта никак не связаны между собой. Причиной их стали в некоторых случаях конфликты в школе, в других -- неблагополучная семья, в которой рос ребенок. Местные жители говорят, что местность тут нехорошая: в округе попытки самоубийства слишком часты, чтобы быть просто совпадением. Всего же в районе с начала года было зарегистрировано 14 попыток самоубийства, что является абсолютным рекордом по Республике Бурятия. В самом поселке Кижинга, как говорят жители, также регулярно фиксируются подобные случаи.

По словам Татьяны Вежевич, основная причина детских суицидов -- это социально-экономическое неблагополучие: «Это конфликты, как со сверстниками, так и с взрослыми. Это конфликты с родителями. Очень часто взрослые не обращают внимания на подавленное состояние детей, считая это не слишком серьезным».

Одной из главных бед, мешающих бороться с этой проблемой, является попытка замолчать проблему. Как будто если не озвучивать ее, не кричать на всех углах об этих страшных цифрах, то и проблемы как таковой не будет. К этому добавляется отсутствие единой базы данных и ответственного органа, который бы собирал информацию и проводил ее анализ. Для решения этих проблем, по словам уполномоченного по правам ребенка по Бурятии, в скором времени будет создан Банк данных при министерстве здравоохранения. Также будет выработана межведомственная программа профилактики подобных случаев. Но самое главное -- проблема будет обсуждаться на правительственном уровне.

Кроме того, в школе нужна профилактическая работа.

«Эта не та тема, которую напрямую обсуждают с детьми, -- говорит Татьяна Вежевич. -- В школе должны грамотно работать психологи, которые по внешнему виду, по поведению ребенка определяют, что с ним что-то не то. Или он замкнулся, стал раздражительным, агрессивным, или он не появляется в школе -- это уже сигнал к тому, что с ребенком что-то происходит. Кроме того, это проблема занятости детей -- когда ребенок занят полезной деятельностью, в массовых мероприятиях, секциях и кружках, тогда у него просто нет времени о чем-то задумываться».

Владимир Сергеев, «Номер один».
^