27.04.2011
Полгода осталось до выборов в Государственную Думу России
Предвыборные страсти в отдельных районах уже зашкаливают. Борьба, начавшаяся еще с мартовских выборов, все обостряется. Теперь на очереди Баргузинский район, после которого открывается прямая дорога к «большим выборам» в декабре. Мы решили посмотреть, каков сегодняшний расклад сил и каковы будут возможные результаты думских выборов по Бурятии. \\

ПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ В БУРЯТИИ НЕТ//

За годы т.н. стабилизации в России была сделана попытка построения партийной системы по западному образцу. Но, по мнению заведующего кафедрой политологии и социологии, доктора социологических наук Эрдэма Дагбаева, в Бурятии до сих пор не сложилось стройной партийной системы. На выборах не партии со своими идеями, программами определяют облик своих кандидатов, а наоборот, люди определяют облик своей партии.

Прошедшие выборы в Кижингинском районе, по словам политолога, показали, что хотя по форме это была партийная борьба, но по сути, по содержанию там происходила борьба прежде всего между двумя кандидатами. Соответственно, люди голосовали не за идеи и программы партий, а за людей -- своего родственника, земляка, хорошего хозяйственника и работодателя.

«В Кижинге люди в большинстве своем делали выбор не между «единороссом» и коммунистом, а между двумя кандидатами -- Лхасарановым и Бальжинимаевым», -- сказал Эрдэм Дагбаев. В этом с ним солидарен зампред исполкома БРО ЕР Михаил Кравченко, который отметил, что, действительно, в ходе предвыборной кампании больше говорили конкретно о кандидатах и существенно меньше об их партийной принадлежности.

ЛЮДИ, А НЕ ИДЕИ//

Секретарь рескома БРО КПРФ Сергей Аюшеев считает, что любая политическая, выборная кампания предполагает какую-либо политическую структуру, на которую опирается кандидат: «Политической силой, на которую опирался Геннадий Лхасаранов, была «Единая Россия», а Чимит Бальжинимаев опирался на силу Коммунистической партии. Поэтому говорить о том, что на этих выборах боролись между собой два физических лица не правильно».

Как бы то ни было, партийная система в Бурятии является продуктом, искусственно внедренным в местную политическую культуру. Посредством законов, различных процедур, повсеместного внедрения пропорциональной системы, по которой люди голосуют не за определенных людей, а за абстрактные партии с их не менее абстрактными кандидатами ниже третьего и четвертого по списку. Может, это было сделано из лучших побуждений, чтобы уменьшить роль родственно-клановых, корпоративных и иных связей.

Но, осев на традиционную почву бурятской политической культуры, партийная система вобрала в себя все элементы традиционной культуры, превратившись в чудовищное явление, которому вообще нет наименования. Если добавить к этому по-российски беспардонное использование административного ресурса, то мы получим современную местную политическую культуру.

ОБОСТРЕНИЕ БОРЬБЫ//

Любые выборы проходят по одному и тому же сценарию -- сначала выстраиваются основные политические фигуры, и уже потом они начинают искать партию, к которой можно приткнуться. При этом выигрывают обе стороны -- кандидат может воспользоваться ресурсами политической партии, а та, в свою очередь, -- использовать возможности своего кандидата. Опять же на примере Кижинги можно пронаблюдать все эти явления очень наглядно.

Роль там играло все и, прежде всего родственные, корпоративные связи самих кандидатов, связи партий, которые их поддерживали, их финансовые, административные возможности и т.д. Причем вся мощь административного ресурса правящей партии была направлена не столько на избирателей, сколько на уговоры третьего реального кандидата Виктора Тыкшеева, который имел достаточно большую поддержку среди населения. В итоге Тыкшеев за неделю до выборов снимает свою кандидатуру и начинает активно агитировать за Лхасаранова, добавляя весь свой немалый электорат в пользу «единоросса» и обеспечив ему тем самым победу.

Но почему ради победы в Кижинге, не самом важном для Бурятии районе, были задействованы такие мощные силы, включающие зампредов, республиканских министров, депутатов Хурала и т.д.? По мнению Сергея Аюшеева, это связано с тем, что партия «Единая Россия» в целом теряет свои позиции: «Тенденции говорят о том, что общество стремительно левеет». В условиях обостряющейся политической борьбы у партии власти не остается другого ресурса, кроме административного. И это ожесточение на малозначимых выборах, когда на кон ставится практически все, -- всего лишь естественная реакция партии, вольготно чувствовавшей себя на прошлых выборах и столкнувшейся с кризисом доверия сегодня.

КТО КОГО?//

Так же считает и политолог Эрдэм Дагбаев, по мнению которого, «ЕР» до сих пор сильна благодаря своим ресурсам, но тенденция идет к тому, что партия теряет популярность. Достаточно посмотреть результаты выборов последних лет, чтобы убедиться в этом. В 2007 году на думских выборах партия «ЕР» получила более 65 % голосов. С этого момента процент набранных партией голосов в Бурятии неуклонно уменьшается. В марте 2009 года на выборах в Улан-Удэнский горсовет партия власти набирает лишь 39 % голосов избирателей, тогда как их оппоненты (КПРФ, «СР», ЛДПР) совокупно получают поддержку 55 % проголосовавших.

Вот как «единоросс» Михаила Кравченко объясняет эту тенденцию: «Вообще в мире упаднические настроения в связи с кризисом. Войны разные, цены колеблются, лекарства дорожают, медицинское обслуживание. Людям все это тревожно. Но это было бы при любой партии». Непонятно, как войны в Республике Берег Слоновой Кости или в Дарфуре повлияли на рейтинг «Единой России», но «единороссу», наверное, виднее.

В связи с этим можно только представить, насколько будет обостряться борьба при приближении даты декабрьских выборов. Хотя, как заметил Михаил Кравченко, в этом году они превысят показатель 2007 года: «а мой прогноз всегда сбывался». Впрочем, находящиеся вне партии власти эксперты в реальность такого прогноза верят значительно меньше.

Владимир Сергеев, «Номер один».
^