03.11.2004
Аня и Рома жили в нормальной полноценной семье: мама, папа, брат, сестра. Сначала дети лишились отца, он сильно болел. После смерти мужа мама с ребятишками решила уехать в родительский дом в деревню. Не успели обжиться на новом месте и забыть страшное горе, как в доме родителей мамы случился пожар, и старики, приютившие Рому, Аню и их маму, погибли. Череда трагедий подкосила здоровье женщины, спустя некоторое время умерла и она. Детей отправили в детский дом. Оттуда детишек забрала Нина Васильевна — родная бабушка Ромы и Анечки.
Нина Васильевна Гурулева в 1999 году оформила опекунство над детьми и забрала их к себе. Окружив Аню и Рому материнской лаской и заботой, она сделала все, чтобы детям было хорошо. Да и они к ней прикипели душой. Все шло вроде бы нормально, и дети стали забывать череду непрекращающихся трагедий, да вот в июне этого года затеяла Нина Васильевна дома ремонт. Закупила обои, краску, стала приводить в порядок свою квартиру. Краски не хватило совсем чуть-чуть, и она пошла в магазин...
— Не знаю, как такое могло получиться: ее сбила машина, — вздыхает Полина Федоровна, 77-летняя прабабушка детей и мама Нины Васильевны, — 21 ноября ей исполнилось бы 55 лет.
Кто бы мог подумать, что обычный поход в магазин за краской обернется еще одной трагедией для семьи. И дети, которым Нина Васильевна стала почти что мамой, опять лишились родного человека. Работники социального обеспечения вновь подняли вопрос о направлении детей в детский дом. Но прабабушка Полина Федоровна оформила опекунство над Ромой и Аней на себя.
— А кто, если не я? — задает себе риторический вопрос Полина Федоровна. — У детей в этом мире больше никого и не осталось.
У нее и самой было тяжелое детство. Поэтому она очень хорошо представляет, как это — осиротеть в раннем возрасте.
— Я тоже осталась без матери совсем маленькой, — с грустью вспоминает Полина Федоровна. — С пяти лет меня и сестер воспитывала наша бабушка — мамина мама. С началом войны папу забрали на фронт. Тяжело вспоминать военные годы. Вот так мы и росли. Очень много работали. Я в 1942 году закончила 7 классов, собиралась поступать в техникум, а тут война. Мне всего-то было 15 лет, когда мы с подружками написали заявление, чтобы нас взяли на фронт. Но нас собрали и забросили в лес на стройку, и мы там жили в бараках по 6—8 человек, а холодно было — просто кошмар. Мы дрова пилили, песок возили, в общем, всю черную работу делали. Так я прожила там три года, параллельно еще и училась.
Государство выделяет Полине Федоровне на воспитание двух сирот 1370 рублей в месяц. Плюс небольшая пенсия бабушки. Этого, конечно, ни на что не хватает. Ведь детей нужно накормить, обуть и одеть.
— Младший сын у меня трагически погиб, — продолжает Полина Федоровна. — Работал на авиационном заводе и попал под высокое напряжение. Старшая дочь — бабушка Ромы и Анечки — тоже вот ушла из жизни. А я взяла ребятишек к себе, все-таки домашний уют не сможет заменить ни один, даже самый лучший детский дом. Тяжело, конечно, утром надо рано вставать, кормить, одевать, стирать — это же быт. Но я, видимо, жизнью закаленная. Не даю себе хворать, а то куда ж они без меня?
Рома в этом году пошел в школу. Теперь с удовольствием учится. Хочет стать летчиком, а потому считает, что должен хорошо учиться. "Ведь без знаний меня не возьмут в летную школу!" — говорит мальчик. Рома и Анечка ценят тепло Полины Федоровны и очень сильно ее любят. Помогают по дому. Так и живут.
— Хотя нам и оказывают материальную помощь представители власти, этого мало на что хватает, хорошо бы спонсора найти, — с надеждой и грустью в глазах рассказывает прабабушка Ромы и Ани. — А на мою пенсию ни одежды хорошей не купишь, ни ранцев.



^