16.02.2005
Художник-монументалист Юрий Мандаганов определяет свое творчество как монументализм. Работая в технике флорентийской мозаики, он не может равнодушно проходить мимо бесхозно валяющихся осколков мрамора и бордюрного камня. Весь этот материал идет на создание уникальных картин, которые в завершенном виде стоят не менее двух тысяч долларов. Его работы хранятся в частных коллекциях известных людей Иркутска, Улан-Удэ, украшают фонды многочисленных зарубежных музеев. В феврале жители столицы республики смогли увидеть эти работы на первой в Сибири выставке флорентийской мозаики, которая проходит в музее истории Бурятии.
Техника флорентийской мозаики зародилась еще в Средние века в Италии, где неподалеку от Флоренции были открыты каменоломни с мрамором высокого качества, и тогда местные ремесленники изобрели этот вид искусства, украшая местные храмы и дворцы. В советское время в России эта техника широко применялась при отделке общественно значимых зданий, флорентийская мозаика украшает немало станций Московского метрополитена, здание Центра олимпийской подготовки, а Храм Христа Спасителя практически полностью отделан в этой технике. Кроме картин, помещенных на фасадах зданий, в технике флорентийской мозаики выполняют и картины, предназначенные для интерьерного украшения. Юрий Мандаганов, закончивший Московский художественный университет, практически единственный в республике, кто занимается этим делом профессионально. Он рассказывает, что замысел его картин складывается у него в голове неделями, а порой и месяцами. Затем он делает несколько эскизов на бумаге и только после этого приступает к самой трудоемкой, но в то же время захватывающей части создания картины. Все материалы, из которых выполнены картины, природного происхождения — это минералы и самоцветы, которые художник собирает по всему Байкальскому региону. Яшму и нефрит Юрий находил на Хамар-Дабане, в Саянах и Горной Оке, лазурит — в Иркутской области. Все его камни — это "магия природы", они представляют собой окаменелые растения и водоросли. Часто они берутся в местах, находящихся вблизи так называемых "святых мест", которыми много в Бурятии. Одними из самых близких Юрию Мандаганову по духу людей являются геологи, которые рассказывают ему, где в республике встречаются заброшенные каменные карьеры и каких сортов мрамор там можно найти.
— Один из опытнейших геологов Бурятии Евгений Багадаев всегда помогал мне с консультациями, рассказывал о структурах камней, о том, в каком районе республики я могу найти мрамор определенного оттенка и где встречается, например, россыпь того или иного минерала, — поделился художник.
В своей мастерской художник-"флорентиец" распиливает камни на пластины толщиной в пять миллиметров. В процессе вытачивания и обработки участвует не только сам автор, но и два его ученика — Очир Галсанов и Батор Жанаев, с которыми он выпиливает и шлифует детали мозаики на семи станках, затем обтачивает на бор-машине и завершает процесс обязательной ручной обработкой.
— У каждого камня свой характер, — говорит Юрий Мандаганов, — один хрупкий, другой мягкий или слишком твердый. Любая погрешность, небольшой скол или царапина сразу же портит картину, и поэтому здесь нужна особая аккуратность.
По словам художника, сегодня большинство российских и зарубежных мастеров, работающих во флорентийской технике, ушли, с его точки зрения, в ремесло. Сейчас модно воссоздавать в камне уже написанные ранее известные картины. На взгляд бурятского мастера, это бездарная трата времени и сил. Для Юрия Мандаганова, кроме кропотливого, но интересного процесса создания картины, не менее важна и ее внутренняя наполненность, идея самого художника. Двадцать картин, которые экспонируются на выставке в Музее истории Бурятии, художник собирал по частным коллекциям состоятельных людей в Иркутске и Улан-Удэ. Даже в работах, сделанных на заказ, как, например, в созданной для эвенкийской общины Бурятии картине "Праздник моего детства" Юрий уверяет, что как художник чувствует себя свободно. Все обязательные смысловые элементы, причудливым образом вплетаясь в плоскость картины, подчинены одной цели — создать настроение праздника. Тема коренных народов совершенно неожиданно возникает и во вполне наднациональной картине "Игрок", Она выставлялась, в свое время, в Центральном доме художников в Москве.
— В игре, азарте, в этих рискованных и пограничных моментах нашей жизни я вижу угрозу цельности национального характера вообще, в том числе и бурят, — пояснил Юрий Мандаганов.
Пример скульптора Даши Намдакова в последние годы для всех бурятских художников самый близкий образец того, что успех, в том числе и коммерческий, близок и достижим. Каждая работа художника-"флорентийца" стоит достаточно дорого и, как определяет сам автор, относится к разряду роскоши как для самого автора, так и для ее будущих хозяев, тем не менее покупатели этих картин в Бурятии находятся. Совсем недавно его картину "Дочь Байкала" приобрел один из высокопоставленных чиновников Улан-Удэ для того, чтобы при случае подарить ее Президенту России Владимиру Путину. Сам художник самым заветным своим проектом считает мозаичное панно дворца Потала в Лхасе. Работая над эскизом, Юрий исследовал точный четырехметровый проект Поталы, который использовался на съемках голливудского фильма "Кундун". Художник считает, что эта работа, возможно, станет самой важной в его жизни.



^