16.01.2014
Закон, который так долго и шумно оспаривало научное сообщество, в том числе и в Бурятии, все-таки вступил в силу. С 1 января все ученые оказались под крылом Федерального агентства научных организаций. Волна недовольства, которая прокатилась по России во второй половине прошлого года, сегодня, похоже, сошла на нет
Закон, который так долго и шумно оспаривало научное сообщество, в том числе и в Бурятии, все-таки вступил в силу. С 1 января все ученые оказались под крылом Федерального агентства научных организаций. Волна недовольства, которая прокатилась по России во второй половине прошлого года, сегодня, похоже, сошла на нет

Больше протестовать бурятские ученые, по всей видимости, не собираются. И, более того, многие даже видят в новом законе больше плюсов, чем минусов. Как рассказала главный ученый секретарь Бурятского научного центра Ирина Дамбуева, изменения коснутся лишь формальных аспектов обеспечения научной деятельности. На работе ученых новый закон практически не отразится.

- Главное изменение на сегодняшний день – это то, что финансирование науки перешло из ведения РАН к ФАНО. То есть теперь средства перечисляются не напрямую, а через агентство. Сейчас будет происходить ранжирование институтов по категориям. Раньше такого ранжирования не было, по крайней мере, документально. Но фактически оно существовало. Кроме того, будет подготовлен рейтинг конкретно по ученым. То есть будет применяться система, которая уже давно существует на западе. Это говорит о том, что Россия вливается в международное научное сообщество, - считает Ирина Дамбуева.

Распоряжением премьер-министра России в ведении ФАНО оказалось 1007 научных организаций. В Бурятии их насчитывается 11. Из них пять научно-исследовательских институтов (Институт монголоведения, буддологии и тибетологии, Байкальский институт природопользования, Институт общей и экспериментальной биологии, Геологический институт, Институт физического материаловедения), собственно сам Бурятский научный центр и прочие организации, относящиеся к РАМН и РАСХН.

Теперь все они обязаны будут прописать в уставе учредителя, коим станет все то же ФАНО. Ранее у этих научных организаций учредителей не было.

- Негативных последствий от принятия закона сейчас нет, - уверена Ирина Дамбуева. - Этот закон – веяние времени. Ранее были протесты со стороны ученых, потому что было непонятно, чего хочет от них государство. Теперь в законе все достаточно обосновано, определены задачи, появилась ясность.

Осенью 2013 года, напомним, ученые Бурятии выходили на митинг протеста против реформы РАН. В этом они были солидарны с учеными из других регионов. Впрочем, протестовали не сказать, чтобы уж очень шумно. Хотя и эта небольшая акция привлекла к себе внимание СМИ и общественности.

Пожалуй, главным противником реформы со стороны Бурятии стал сенатор от Бурятии Арнольд Тулохонов, который не раз критиковал новый закон. Он единственный, кто выступал против новых правил в Совфеде. Его позиция по этому поводу не поменялась и до сих пор.

Однако в Бурятском научном центре критическую позицию сенатора не разделяют. Более того, по мнению Ирины Дамбуевой, закон вовсе не требует доработки:

- По большому счету все осталось по-прежнему, условия работы ученых не изменились. Более того, мы надеемся на то, что они будут улучшены, поскольку теперь график финансирования стал более четким.

Сейчас научные организации, попавшие в подведомственность ФАНО, ведут работу по учету имущества и приводят документацию в соответствие новым нормам и готовятся в полной мере ощутить последствия реформы.

Впрочем, когда именно станет понятно, как повлиял новый закон на научное сообщество, станет известно далеко не сразу.

Владимир Пашинюк, «Номер один».
^