08.10.2014
В Бурятии протестуют против закона о желтом такси
В Бурятии протестуют против закона о желтом такси

Напомним, две недели назад Народный Хурал принял закон, согласно которому все таксисты республики должны перекрасить свои машины в желтый цвет к 1 января 2015 года. Похоже, теперь депутатам надо готовиться к шквалу критики со всех концов Бурятии и возможным акциям протеста.

Кабанск не хочет перекрашиваться 

Напомним, противоречивый закон депутаты пытались принять еще с 2011 года. В процессе обсуждения свое мнение высказывали и районные таксисты, по которым закон может ударить особенно сильно. В августе директора таксомоторных фирм Кабанского района написали депутатам открытое письмо, в котором призывали чиновников не принимать закон.

«Если депутаты Народного Хурала примут закон об обязательном желтом цвете кузовов легкового такси для всей Бурятии, мы в районе просто потеряем легальное такси. Многие лишатся рабочих мест, семьи останутся без средств к существованию. Власть практически своими руками расчищает дорогу «нелегалам». Нам кажется, что желтого фонаря и цветограммы достаточно», - говорится в письме.

Тем не менее депутаты крик души не услышали. «Мы плакать будем, что делать-то? В нашей компании своего парка нет, машины мы берем в аренду на пять лет, составляем договор. Но если машина арендованная, то какой хозяин нам даст согласие ее перекрашивать? А автопарк самим закупить будет очень затруднительно», - с возмущением говорит представитель таксомоторной компании «Ягуар» в Кабанском районе Нина Исрафилова.

Но и частники, которые ездят на своих машинах, по ее мнению, вряд ли будут заниматься перекраской: «С работой в селах очень плохо, и бывает, что люди работают на одном предприятии и дополнительно у нас подрабатывают на своих машинах. Кто их будет перекрашивать?»

Псевдореформы

Нина Исрафилова не видит никакого смысла и пользы в очередных псевдореформах: «Вот есть хорошая машина – иномарка, черного цвета. И ее перекрашивать в желтый – это, во-первых, затраты, во-вторых, сколько нужно по ГАИ ходить. На моей практике предлагали сделать желтые номера, мы все перешли на него, и что нам это дало? Ничего, просто деньги заплатили, бегали, переписывали документы». 

Кроме того, у водителя могут возникнуть проблемы с перепродажей перекрашенного автомобиля. В конечном итоге водитель теряет деньги не только из-за перекраски, но и из-за снижения цены автомобиля на вторичном рынке. По словам Нины Исрафиловой, водителям просто придется уйти в тень и «бомбить» нелегально: «Как-то же нам надо выживать. Иначе люди останутся без заработков. У нас в основном молодые люди работают, имеющие семьи, детей».

По мнению депутата Сергея Мезенина, такси в сельских районах, где общественный транспорт зачастую отсутствует как класс, выполняет социальную функцию: «Муниципального транспорта между селами, да и в самих поселках нет. Турунтаево - очень большой поселок, и пожилым людям в больницу, в аптеку нужно ездить. Там цены небольшие, клиентов не так уж много, доходы… не обогатишься этим. Они больше социальную функцию выполняют. Только начало все зарождаться, и этим законом мы фактически лишили возможности селян пользоваться этими услугами. Все будут пешком ходить».

Сельские водители с мнением чиновника согласны. «Мы людей уже приучили. На зиму многие свои машины ставят в гаражи, и они пользуются такси. Кто – на работу, кто в детский сад отвозит ребенка. А если такси исчезнут, то вообще будет катастрофа. Особенно в деревнях. А нелегалов будет еще больше. На электрички цены подняли, теперь еще и такси не будет», - говорят кабанские таксисты.

Желтый – цвет безопасности?

Инициаторы закона, между тем, объясняли свое стремление перекрасить машины-такси тем, что желтые машины будут безопаснее. «В чем они безопаснее станут?» - искренне недоумевают сами таксисты. 

«Просто мотивировка такая. Когда иностранцы приезжают, они видят желтые машины и понимают, что это такси. В аэропорт, например, запускается только желтое такси. А нам нужно думать в первую очередь о своих жителях республики и создавать им условия, чтобы жилось легче. А этим законом мы просто ввели очередной запрет», - заявил в интервью «Номер один» Сергей Мезенин.

К тому же в районах зачастую жители знают всех таксистов поименно. По словам Нины Исрафиловой, сегодня без перекраски пассажиры издали смогут идентифицировать такси благодаря опознавательным знакам. «На каждую машину имеется разрешение и фонарь, как в городе, есть боковая светография. Тем более что поселок у нас небольшой, жители каждую машину знают», - говорит она.

В свою очередь она предложила законодателям подумать над разделением понятий городского и сельского такси. Между тем, такое предложение Сергей Мезенин уже вносил на сессии, однако оно было отклонено. 

Село и город разграничить

 «Я предлагал разделить сельское такси и городское, но юристы сказали, что требования по региону должны быть едиными. Поэтому мое предложение не прошло. Меня поражает то, что мы так торопимся. Из всех субъектов России только двенадцать приняли такой закон. В двух регионах уже отказались по просьбам предпринимателей. Я предлагал не торопиться, если невозможно разделить город и село, - оставим его в первом чтении. Потому что сегодня в Госдуме обсуждается несколько законопроектов, касающихся служб такси», - отмечает депутат.

Сергей Мезенин выражает надежду, что депутаты, осознав, какую они совершили ошибку и увидев последствия принятия такого законопроекта, будут вынуждены вернуться к этому вопросу: «Ограничивать такси по цвету – это не обязанность, а наше право. Сегодня из федерального центра нет такого жесткого требования, чтобы мы обязательно вводили в республике единый цвет такси».

Несомненно, что в будущем депутатам все же придется решать проблему нелегальных такси. Но надо понимать, что они будут бороться не с преступниками, а с простыми водителями, которых они сами же своими «продвинутыми» решениями заставляют уйти в тень. Между тем, как стало известно «Номер один», и улан-удэнские службы такси также новость о перекраске такси повергла в шок. Ни предприниматели, ни водители не видят смысла и пользы в нововведениях. 

Владимир Бадмаев, «Номер один»
^