17.03.2015
В суде закончилось рассмотрение иска экс-ректора БГУ по поводу земли в центре Улан-Удэ, где стоит его трехэтажный коттедж. Однако возникает вопрос - а имеет ли право Степан Калмыков там жить и тем более приватизировать этот особняк? Есть вероятность, что построено элитное жилье было за счет студенческих «добровольных» пожертвований.
В суде закончилось рассмотрение иска экс-ректора БГУ по поводу земли в центре Улан-Удэ, где стоит его трехэтажный коттедж. Однако возникает вопрос - а имеет ли право Степан Калмыков там жить и тем более приватизировать этот особняк? Есть вероятность, что построено элитное жилье было за счет студенческих «добровольных» пожертвований. 

Забрать с собой землю

Новые обстоятельства вскрылись за время судебного процесса, участниками которого стали оскандалившийся экс-ректор БГУ, сам университет, Росимущество и даже Минобрнауки России. Как уже сообщал «Номер один», в производство Советского районного суда Улан-Удэ поступил иск Степана Калмыкова. Он пытался отсудить у своего же родного университета землю в центре столицы, на которой построено его элитное трехэтажное жилище. Напомним, планировалось, что оно станет VIP-гостиницей БГУ для приема делегаций из других стран и городов. Однако в июле 2008 года ректор БГУ Калмыков передал этот дом в собственность по сути сам себе - как ректор частному лицу. Оформлен дом был якобы в соответствии с законом о приватизации жилья (словно обычная «хрущевка»).

Впрочем, в своем иске Степан Калмыков позиционирует себя честным гражданином, который сегодня по праву претендует на землю университета. Ведь по закону, граждане и юрлица, в собственности которых есть здания на государственной или муниципальной земле, имеют исключительное право на бесплатное приобретение оной. Негодуя, в 2014 году подает иск и просит обязать Росимущество принять по земле положительное решение.

Однако главное в этой истории - вовсе не земля. А коттедж стоимостью минимум 12 миллионов рублей. 

С благословения Потапова

По информации БГУ, он был отстроен и обеспечен всем необходимым вплоть до кресел за счет университета. Накануне финального заседания суда ТРК «Ариг Ус» удалось взять комментарий у экс-ректора. СМИ спросили, каким образом здание стало собственностью бывшего руководителя ведомства. Ответ, пожалуй, превзошел все ожидания. С его слов - заселиться ему помог бывший министр образования и науки России.

«Было принято решение министром образования, тогда еще Филипповым, подкрепленное ученым советом университета, об улучшении жилищных условий ректора БГУ. Все документы оформлены», - отрезал Степан Калмыков.

Нельзя не заметить, что уточнение про «улучшение жилищных условий» звучит по отношению к рядовым жителям Бурятии издевательски, если угодно. Ведь речь идет о более 200 квадратных метрах элитного жилья.

Тем временем бывший руководитель федерального министерства - не единственная крупной фигура, оказавшаяся вовлеченной в эту драматическую тяжбу. Так, на суде представитель Степана Калмыкова Алдар Эрдынеев подтвердил: приватизацию элитного объекта недвижимости Калмыков совершил в 2008 году, то есть во времена своего бессменного ректорства. Но готовилась передача дома задолго до этого. В частности, переписка по передаче дома в собственность ректора с федеральным агентством образования велась еще в 2004 году. И, что любопытно, переговоры велись не кем-либо, а на то время президентом Бурятии Леонидом Потаповым. Получается, сам Потапов замолвил за ректора словечко.

Должностное преступление? 

И вот как интересно выходит. Очевидно, Степан Калмыков пытается прикрыться чем-то недоступным для общественности. Не кощунства ради будет сказано, но с таким же успехом можно было бы заявить, что землей за старания наградил бывшего ректора сам Господь Бог. «Номер один» попытался взять комментарий, в частности, у Министерства образования РФ. В пресс-службе дать оперативный ответ пообещали. Однако его так и не последовало.

На суде же сторона БГУ многократно делала акцент на том, что сам дом был приватизирован незаконно. Комментируя такие заявления, представитель Калмыкова отмечал: дом на сегодня не является предметом судебного разбирательства. И, к сожалению, Алдар Эрдынеев прав. Более того, на сегодня дом и не может стать предметом спора.

По мнению юристов, в этой истории, вероятно, мы имеем дело с некоторыми злоупотреблениями со стороны должностного лица. В частности, на суде указывалось: приватизация была совершена в обход Устава БГУ 2002 года, действовавшего на тот момент.

Так, в своем отзыве на исковое Степана Калмыкова университет указывает на п. 61. Согласно ему закрепленные за университетом на правах оперативного управления либо находящиеся в его самостоятельном распоряжении объекты приватизации не подлежат.

Впрочем, есть тут один нюанс. Согласно уставу, государственное имущество, закрепленное за университетом, может отчуждаться собственником. Таким образом, если коттедж являл собой госимущество, то при согласии федерального Минобраза экс-ректор вполне мог туда заселиться. Однако было ли у г-на Калмыкова такое разрешение? Если нет, экс-ректор явно злоупотребил правом, а значит, должен был ответить за это перед судом. 

Сроки истекли, будьте здоровы

Но, как и бывает порой в просчитанных до мелочей историях, на сегодня срок уголовного преследования вышел, правоохранительные органы даже начинать разбирательства не станут. Будучи чистым перед Уголовным кодексом, Степан Калмыков набрался наглости судиться за землю под уже не де-юре, но де-факто – своим незаконным домом.

Впрочем, можно рассматривать и еще один вариант, при котором разрешение Минобрнауки России вовсе необязательно, а приватизировать для себя гостиницу БГУ Степан Калмыков мог и сам, единолично. Такое, опять же согласно уставу, могло быть в случае, если элитное здание было построено за счет пожертвований. Таким образом, есть вероятность, что жилище Калмыкова построено за счет «добровольных» пожертвований студентов БГУ. 

И об исходе тяжбы. Иск свой оскандалившийся ректор и депутат Народного Хурала 11 марта в суде проиграл. Будет ли решение оспариваться в Верховном суде, на сегодня представитель Калмыкова не уверен. Остается так же гадать о дальнейших действиях руководства БГУ. 

Кстати, даже в своих исковых требованиях бывший ректор словно пытался схитрить. В документах Степан Калмыков указал адрес с небольшой «опиской». Вместо земли под своим коттеджным пристроем экс-ректор прописал целый дом, с обычными улан-удэнцами. А какой крутой поворот имела бы история, не заметь эту ошибку суд.

Марина Игумнова, «Номер один». 

^