03.06.2015
Майские указы и бюджетные организации позволили собрать налогов больше, чем в 2013г.
При этом обосновавшиеся на другой чаше весов бизнес и промышленность оказались в глубоком минусе. Причина тому – банкротства, промышленный кризис и тот факт, что бизнесу сегодня выгоднее не платить налоги. 
 
Натянутые доходы
 
Если говорить об общеэкономических показателях, то ситуация выглядит несколько печальной. В прошлом году валовой региональный продукт вырос на 0,3 процента, что выглядит, скорее, как статистическая погрешность, нежели как показатель роста. Всего же ВРП по прошлому году составил чуть более 190 миллиардов рублей.
 
Одна из причин – серьезный кризис в промышленности. Все мы помним истории из прошлого года с многострадальным СЦКК, провалившимся ЛВРЗ, оставленным за бортом «Улан-Удэстальмостом». По сути промышленность в 2014 году вытянул на себе авиазавод – единственный, кто показал серьезный плюс.
 
В итоге всех этих бедствий темпы промышленного роста замедлились до двух процентов в год. Для сравнения – в 2013 году тот же показатель достигал почти 15 процентов. Грандиозное падение власти республики списывают на кризис, санкции и валютные скачки. Впрочем, все эти явления обострились только во второй половине прошлого года, тогда как промышленность начала падать задолго до этого.
 
Плюс к этому, не порадовали и показатели, характеризующие приток инвестиций. Так, инвестиционная активность предприятий снизилась на 16,8 процента к 2013 году. Печальная ситуация наблюдалась не только в промышленных компаниях, но и прочих видах бизнеса.
 
Несмотря на все эти проблемы, годовой план по налогам все-таки удалось выполнить. В казну поступило 17,3 миллиарда рублей налогов, что на десятые доли процента превышает запланированную сумму.
 
Минус на плюс 
 
Но сохранившийся объем налоговых поступлений вовсе не говорит о том, что реальный сектор экономики работает как часы. Здесь замешаны другие факторы, которые, скорее, говорят об отчаянных усилиях местной исполнительной власти по сохранению доходности.
 
Пример тому – НДФЛ, который в прошлом году прибавил более 10 процентов. Подрос он не потому, что реальный сектор экономики показал рост. Его обеспечили, как это ни парадоксально, майские указы Путина, которые власти с таким трудом пытались выполнить, пробиваясь через дефицитность бюджета.
 
В итоге – в здравоохранении рост этого налога составил почти 11 процентов, в образовании – шесть, в организации отдыха, культуры и спорта – больше 13 процентов. И это, конечно, хорошо. Но, во-первых, это было сделано искусственно, можно сказать, насильно. Во-вторых, другая часть экономики, которая и отражает реальную картину, закончила год скорее с отрицательным результатом.
 
Добывающая промышленность по НДФЛ показала минус семь процентов, обрабатывающие производства – минус пять процентов, строительство, даже несмотря на рекордные темпы сдачи жилья, – минус 13 процентов.
 
- «В сложившихся в настоящее время экономических условиях предприятия зачастую целенаправленно идут на нарушения сроков и полноты исчисления налоговых платежей по НДФЛ, поскольку, даже с учетом уплаты штрафов за просрочки по платежам, привлечение дополнительных средств в оборот таким способом является более выгодным, чем привлечение кредитных ресурсов», - говорится в докладе Татьяны Думновой, выступавшей недавно на заседании правительства по исполнению бюджета.
 
То есть бизнесу в Бурятии сегодня выгоднее не платить налоги. Используя эти деньги в обороте, они заработают больше, чем начисленные налоговой штрафы. Кроме этого, среди причин падения называются сокращения в не бюджетных предприятиях, коими был богат прошлый год, а также рост налоговых вычетов по НДФЛ.
 
Налоговики стали «злее» 
 
Примерно такая же ситуация и с налогом на имущество, который вырос более чем на 17 процентов и достиг 2,5 миллиарда рублей. Треть от всех поступлений от этого налога формируется за счет бюджетных организаций. И столько же за счет естественных монополий.
 
Больше платить стали здравоохранение и образование, в которые власти ежегодно вкачивают примерно по три-четыре миллиарда рублей. За счет появляющихся школ, детсадов, поликлиник и прочих соцобъектов и растет налогооблагаемая база для налога на имущество.
 
Впрочем, в отличие от НДФЛ, налог на имущество показал плюс и по внебюджетному сектору. Но, опять же, не потому, что бизнес республики стал лучше жить, больше строить и покупать недвижимость. Просто в прошлом году отменили льготы для естественных монополий по этому налогу.
 
Если кто и сумел извлечь из кризиса максимальную выгоду – так это добывающая промышленность. Если быть еще более конкретным – золотодобытчики. Именно эта отрасль обеспечила рост налога на добычу полезных ископаемых на 12 процентов. Всего же за год в казну поступило 480 миллионов рублей.
 
Золотодобывающим компаниям «черный вторник» показался не таким уж и «черным». Ведь цены на золото диктует мировой рынок, и диктует их в долларах. И если раньше цена за тройскую унцию в пределах 1100 долларов в пересчете на рубли была на грани себестоимости добычи, то теперь добывать и продавать этот металл стало очень даже выгодно.
 
В конечном счете рост налоговых доходов обеспечил контроль, который, как признаются в минэкономики, в прошлом году был значительно усилен. Эффективность работы налоговиков на одну выездную проверку повысилась на 20 процентов. В результате их контрольной работы было начислено платежей на один миллиард рублей.
 
И это при том, что на начало этого года совокупная задолженность по налогам в Бурятии составляет 2,6 миллиарда, что на 421 миллион больше, чем годом ранее. Здесь немалую роль сыграли банкротящиеся предприятия, которых на фоне кризиса сильно прибавилось.
 
Таким образом, натянутая положительная динамика налоговых поступлений за прошлый год совсем не отражает реальной картины. По сути, сегодня в шоколаде оказались лишь добывающие производства, и то не все. Реальный сектор экономики в глубоком минусе, а за счет бюджетных организаций поддерживать нынешний уровень доходности у Бурятии в этом году, скорее всего, не хватит ресурсов. А значит, в конце года следует ожидать гораздо более суровых налоговых показателей, демонстрирующих кризис во всей красе.
 
Владимир Пашинюк, «Номер один».

^