05.08.2015
Улан-удэнские спасатели-водолазы ежедневно рискуют жизнью

Лето в разгаре, однако радует это не всех. Пока одни, будучи нетрезвыми, беззаботно плескаются в Селенге, другие вынуждены их спасать. Или, что еще страшнее - вылавливать опухшие синие тела. О нелегком труде водолаза, мистике на воде и о том, где проще всего утонуть, - в материале «Номер один».

Отважная восьмерка 

Едва ли найдется человек, который не помнит американский сериал родом из 90-х «Спасатели Малибу». Женщины в откровенных купальниках, среди которых Памела Андерсон, и мужчины модельной внешности из серии в серию патрулировали пляжи Лос-Анджелеса. Про улан-удэнских спасателей сериал пока не сняли, женщин в их команде тоже нет. Но это не значит, что труд местных водолазов не заслуживает отдельного рассказа. Достаточно хотя бы отметить, что на весь город их всего восемь. За плечами этих отважных мужчин - сотни спасенных жизней.

 База спасателей-водолазов малоприметная. На городской набережной можно увидеть катера и небольшое одноэтажное здание. Впрочем, там редко кто бывает. Спасатели не сидят на месте. В течение всего светового дня на двух катерах они патрулируют реки Селенга и Уда, а также выезжают спасать и, конечно, на поиски утопленников.

 - У нас порядка трех вызовов в сутки. Бывает, конечно, что все спокойно. А бывает и шесть-восемь сигналов, причем не только на территории столицы. К примеру, когда по разным обстоятельствам республиканская служба на место выехать не может, - рассказывает «Номер один» начальник поисково-спасательной службы Улан-Удэ Александр Норбоев.

 Спасатель со стажем только что вернулся с задания на озере Котокель – там его команда искала утонувшего мужчину. Видимость - нулевая, на поиски тела у профессионалов ушло почти двое суток. Но наступает новый день и новые задания. Через минуту у команды Норбоева планерка.

 Профессия не для слабонервных

Кстати, про ребят главного спасателя Улан-Удэ можно рассказывать бесконечно. Это команда, проверенная временем. Костяк здесь трудится с самого начала основания службы - 2000 года. Несмотря на тяжесть работы, текучки нет. Впрочем, бывали случаи, когда новички - молодые люди приходили, но тут же понимали, что профессия им не по зубам. 

 - Буквально недавно к нам приходил парень. Но едва ли не сразу же ушел, устраиваться не стал, - рассказывает Александр Норбоев. 

Как оказалось, горе-водолаз «спекся» после первого же утопленника.

 А вот сам командир Норбоев в структуре службы спасения уже 12 лет, в команде спасателей-водолазов - порядка восьми. Насмотрелся всякого, все же поисково-спасательная служба работает не только на воде. Это и ДТП, и попытки сброситься с многоэтажки, взлом дверей горящего здания, разбор завалов и многое другое. Если же брать только «воду», то даже здесь есть неописуемое многообразие случаев для острых ощущений. Некоторые «находки» способны шокировать даже опытного водолаза.

 - Однажды мы выловили труп, который, судя по всему, «проплавал» несколько лет. Как только мы начали вытаскивать его, он стал разваливаться по кусочкам, - рассказывает Александр Норбоев.

 Тем временем, любое тело - страшная находка, особенно, если при его обнаружении находится родственник. А так бывает наиболее часто, ведь именно последние зачастую бегают по берегу, помогают определить место трагедии, а позже и опознать утопленника. За долгие годы службы спасатели совсем не очерствели, но научились, как обращаться с обезумевшими от горя родственниками погибших.

 - Это непросто. Но мы пытаемся в этот момент донести до них, что трагедия уже произошла и ничего не изменить. Что теперь поделаешь, - признается «Номер один» один из опытных водолазов.

 Особенно сложно, если речь идет о детях. Например, в 2011 году в районе мясокомбината восьмилетняя Катя, играя с подружкой, провалилась под лед. Водолаз обследовал почти 15 тысяч квадратных метров. Когда же бездыханное тело девочки, спустя двое суток, нашли, матери стало плохо и пришлось вызывать «скорую».

 Стихия ошибок не прощает

Александр Норбоев сетует: к каждому купающемуся спасателя не приставишь. Вместе с тем, профилактика и увеличение штата водолазов дают соответствующий результат. Если в прошлом году утонувших с момента открытия купального сезона по 1 августа спасенных было семь человек, а утонувших уже 14, то в этом году - всего четыре утонувших и 22 спасенных.

 - Конечно, было бы здорово, не будь утонувших вообще. Но так ведь не бывает, - говорит Александр Норбоев.

 Тем не менее начальник поисково-спасательной службы рад, что чаще всего он и его ребята все же спасают людей, нежели извлекают из мутных вод трупы. Большую роль в изменении статистики по спасенным сыграли профилактика, в том числе беседы при патрулировании и пресловутое увеличение штата. Важно, что спасатели пытаются вложить людям в головы: вода - это целая стихия, и стихия сильная, которая не прощает ошибок.

 Люди, казалось бы, понимают. Вот только осознание опасности улетучивается при поступлении в кровь алкоголя. По данным улан-удэнской поисково-спасательной службы, прядка 90 % утонувших перед тем, как очутиться в круговороте, выпивали. Ситуация повторяется из года в год. Люди пьянеют, забываются и, как следствие, теряют контроль.

 Правда, стоит признать: дело не только в алкоголе. Пляжей в Улан-Удэ нет, и отдыхающие купаются где попало. Зачастую это как раз самые опасные места. По информации городской спасательной службы, наиболее часто улан-удэнцы тонут в районе старого автовокзала, Степной протоки, у автомобильного моста через Селенгу, в районе завода «Эмальпосуда», ДНТ «Профсоюзник» и протоки Банная.

 - В этих местах довольно сильное течение, присутствуют круговороты, местами ямы, неровное дно. Человек уступает силе реки, его подхватывает течение, и он тонет, - поясняет спасатель.

 Так, в мае этого года спасатели вытащили из реки двух едва не утонувших мальчишек. Во время купания детей вынесло на середину реки. Единственное, что им удалось, это встать на краю опоры моста. Прохожий увидел их случайно, вызвал спасателей. Ребята остались живы.

 Словом, в профессии наших собеседников романтики мало. Команде спасателей, как в известной песне, кладов не надо. Они их и не находят. На дне Селенги, конечно, можно встретить многое: колеса, ломы, бочки, ведра и даже стиральные машинки. Только не сокровища в стиле золота Колчака. Но, как в той же песне, спасатели-водолазы «за то, чтоб в синем море не тонули корабли», а еще, чтобы люди не пили и не лезли купаться, где это запрещено.

 Наш разговор заканчивается очередным срочным вызовом. Трое мужчин молниеносно выезжают на место. Чтобы снова, рискуя собственной жизнью, кого-то спасти. 

 Марина Ушакова (Игумнова), «Номер один».

^