09.09.2015
Откровенное интервью лесника на условиях анонимности

Почему в Бурятии несколько лет полыхает лес, кто заинтересован в пожарах и как спасти республику от дальнейших пожаров, нам рассказал опытный лесник. Поскольку сотрудникам лесного ведомства официально запретили давать какие-либо комментарии, интервью дано на условиях полной анонимности. Опыт работы респондента в лесном хозяйстве одного из районов республики превышает 10 лет.

- Почему в Бурятии горит лес? 

- Он везде горит. От развала хозяйства. В 2005-м отменили всю старую нормативку, два года вообще каждый работал, как сам себе думал, с 2007-го заработал Лесной кодекс, который явно писали люди, не имеющие отношения к лесу. Раньше лесхоз делился на лесничества, а они - на обходы по 10 тысяч гектаров. За каждым обходом был закреплен лесник, который знал свой лес и отвечал за него. В качестве транспорта лошадь была у каждого лесника. И зарплата была нормальная. Каждый за свой участок отвечал, чтобы не пилили незаконно, чтобы не горело. Нашли «самоволку» (черных лесорубов. – прим. ред.) – премии лишали сразу. Загорелось – опять же лишают премии. У меня зарплата была в 4 раза больше, если перевести, где-то 40 тысяч на нынешние деньги.

Сейчас на того же лесничего 100 тысяч гектаров, ни машины, ни ГСМ. И как хочешь, так и добирайся до своего участка. В принципе, все сделано, чтобы он там в лесу не был. Даже если есть транспорт – все равно сто тысяч гектаров на человека, где за такой площадью усмотришь? До 2006 года в районе было около 300 мощных специалистов, сейчас меньше 50. «Спецов» нет – мало кто с профильным образованием. 

Про деньги – по Кодексу лесничество находится на самообеспечении, что является безумием. К тому же как орган надзора оно не имеет права осуществлять хозяйственную деятельность. Таким образом, лесничеству ни денег не дают, ни заработать – выписывать местному населению деловой лес нельзя. Зарплаты у работников 8-10 тысяч. Только в пожароопасный сезон идет финансирование на тушение пожаров.

- То есть мнение, что лесники на пожарах зарабатывают, это правда? 

- Отчасти да. Деньги выделяют на пожары, на профилактические мероприятия, по сезону. Летом за счет пожаров зарплата значительно увеличивается. Если лесник месяц на пожарах пробыл, он в пределах 30-40 тысяч получит. На пожаре оплата за первые сутки тушения 140 рублей в час, со вторых суток 90, с третьих - 70. 

То есть выгодно тушить в первые сутки. Но пока на пожаре, оплата считается. Есть мнение, что лесники специально тянут время, это глупости. Это риск, усталость, дым. Или в дыму три километра и 40-килограммовый рюкзак РЛО на себе нести. За десять минут его вылить и снова за водой, граблями километры в дыму в пыли проходить. Лучше просидеть в конторе, пусть и получишь меньше. 

Случаи разные бывают - нынче на пожаре двое запаниковали и молодых за собой повели. На верховом пожаре были. Огонь развернулся, разогнался с кромки, где они выходили за разрыв. Они в панике потерялись, что делать, и просто побежали по кромке пожара. Бежали метров 500, все начальство перематерили, грозились засудить. Мужики в годах со слезами выходят порой. Просто устают. Теряются, паникуют – когда четвертые сутки в тайге без отдыха, без бани в одной и той же одежде. Ложишься в два ночи, встаешь в пять утра, и погнал в огонь. Порой поесть некогда, по дороге банку каши съешь, просто физически изматываются люди. Да лучше за 8 тысяч в конторе на лавке просидеть, чем в дыму в огне круглые сутки без отдыха эти 30 тысяч зарабатывать. Какая это выгода? 

Сейчас нам уже раздали уведомления, что с ноября на полставки переводят. Значит – 4000 рублей в месяц. Кто-то в отпуска уходит, чтобы лесхоз не влез в долги, и хоть какой-то штат остался на следующий пожароопасный сезон.

- Как вы про пожары узнаете?

- Местное население, мониторинг. У нас в соседнем населенном пункте водитель живет. Утром на крышу встанет, видит дым. Ясно, какая местность горит – собрались, поехали. Звонят знакомые, кто дым увидит. В экстренные службы люди звонят, они нам передают.

- Кто-то поджигает лес специально? 

- Просто на примере. Есть у нас один поселок, с которым Селенгинский ЦКК стал работать очень плотно, лес у населения принимать. Там лет за пять сгорела абсолютно вся площадь участкового лесничества. Но в большинстве случаев это «черные лесорубы». Они лес косят, как правило, ночью. И надо быстро, лишь бы не поймали. Где окурок не потушат, где костер разведут. В основном, от них и горит. Раньше намного меньше было пожаров, часть не возникала - ведь у леса был хозяин. Стоял заготовитель в распадке - никто туда не лез. Отвечал за пожар и за сохранность своего участка не только лесник, но и лесозаготовитель. Они же не давали дорогам зарастать. Сейчас до многих пожаров не добраться просто. 

За последние 10 лет не был вычищен ни один противопожарный разрыв – финансирования нет. Раньше их делали в самых опасных направлениях, шириной по 50 метров. Те, что были, остались только на бумагах. 

- Лесхоз может списать этот лес? На сколько горелый лес дешевле обойдется?

- По вышесказанному примеру - лесхоз может списать на баланс Селенгинскому ЦКК. Где дровяная гарь – отвести местному населению на дрова. Сейчас они в ладоши хлопают, что лес спалили. Зеленка средняя сосна идет по 97,20 рубля за куб, а после гари 9,4 за куб. Но если это действительно дровяная древесина. Плюс лесхоз берет деньги за отвод лесосек. По 670 рублей за куб деловой древесины, по гари - 200. Если низовой устойчивый пожар прошел, хоть крона и стоит зеленая - это уже гарь. Хотя низовой пожар, даже устойчивый, если он не прожигает шейку корня, не опасен для сосны. Просто после пожара она расти не будет. Десять лет будет только выделять дубильные вещества и кору наращивать. 

- Что будет с горевшим лесом? 

- Его своруют. Сейчас выписать древесину очень сложно и населению, и предпринимателям под рубки ухода. Для прореживания местному населению давать нельзя, потому что по закону для строительства выделяются только спелые и перестойные насаждения. Они в труднодоступных местах, и их уже забрали крупные арендаторы. Местным жителям и индивидуальным предпринимателям туда ходу нет, они и воруют. А мы находим и ничего сделать не можем – это уже полномочия полиции. 

С ними как получается – лесники поработали, нашли свежие незаконные рубки, подаем в МВД информацию. Они в ответ - вы нам статистику портите. Соберете несколько самоволок в кучу, тогда подавайте. Чтобы у нас хоть один «глухарь» был, а не четыре. Они работают по сезону, «палки» зарабатывают. Сезон – за «елки» штрафуют. Сейчас сезон по ЧС. Ловят самовольщиков на несанкционированной рубке, и вместо уголовного дела им административные штрафы по 5 рублей выписывают по 8.32 КоАП. 

Все в органах надзора понимают: за полгода можно кардинально исправить обстановку с самоволками. Но десятки сел просто живут уже много лет на ворованном лесе. Он ночь «отработал», у него месячная зарплата лесника. Естественно, он будет возить. А закрыть леса, начать повально сажать - пойдут воровать и грабить на дороги и улицы. Все знают, что выписывается в республике миллиона два, скажем, кубометров в год. А вывозится четыре миллиона. Откуда еще два? Да кого это волнует?

- Мнение человека со стажем в отрасли, что можно сделать, чтобы не допустить таких огромных площадей пожаров в будущем?

- Содержать больше специалистов. У нас в каждом лесхозе есть бульдозер и трактор, а на содержание ни копейки: ни на запчасти, ни на бензин. Дают только на пожар для тушения заправиться. И на шесть единиц гусеничной техники два тракториста. 

Необходимо закрепление лесников за каждым земельным участком. Пусть 10 тысяч гектаров на человека, но человека с зарплатой, с социальной поддержкой - той же пенсией. Я ни одного МЧС-ника не видел, чтобы он на кромке с граблями стоял в лесу и от дыма задыхался. Но он отработал 12 лет - у него пенсия. У лесника почему нельзя так сделать? 

В хорошем случае несколько специалистов могут сдержать и исправить ситуацию на пожаре. Вместо этого сейчас народу со всей страны нагнали, который вообще ничего не может сделать. Людей-то с лесным образованием стало мало. Многие заканчивают и идут на шиномонтажку работать, лишь бы не в лес за такие деньги. 

В республике нет, например, ни одного грунтомета. Такой трактор, который делает минполосу и сразу на оборотах метров на 15 песок раскидывает. Не используется тушение пожаров взрывчатым способом. Это затратно, но зато они на сотни тысяч гектаров не будут разгораться. 

Я знаю, что будет. В ближайшее время в Бурятии снимут режим ЧС. Но сгоревший лес просто своруют, потому что в лесу нет хозяина. Либо купят за бесценок, несмотря на его жизнеспособность. И так будет продолжаться годами и десятилетиями до полномасштабной экологической катастрофы, если власть не задумается, что происходит. 

Елена Буерачная, для «Номер один». 

^