07.10.2015
Мы поговорили с новым худруком Русского драматического о театральном искусстве и будущем театра

– В современном мире существует проблема главного героя, когда «географ глобус пропил» не актуален, а его все равно показывают. Так вот, герой нашего времени – кто он? 

– Несмотря на кажущуюся  простоту, вопрос этот сложный, и, чтобы дать на него ответ, нужно понимать исторически сложившуюся в мировой драматургии трансформацию героя. То есть проследить, как он изменялся со времен античности до наших дней, в силу каких исторических, политических, религиозных, военных, культурных и прочих обстоятельств. Нужно проследить, как менялась со временем сама концепция человека. Кто он – «венец природы» или «ошибка природы»? Герой в драматургии есть отражение и реакция на весь исторический контекст вкупе. Так он проходит путь от полубога, затем царя, принца, военачальника, интеллигента, затем к простому человеку, к маленькому человеку, рабочему. Затем идет и вовсе переход к человеку, лишенному вовсе рефлексии, к абсолютному антигерою, деструктивному элементу общества, и, наконец, к отсутствию героя как такового в постдраматическом дискурсе. 

– То есть сейчас героя нашего времени – нет вообще? 

– Если смотреть на современный мир и сравнивать его со всем историческим прошлым, то я склонен все же к тому, что героя в той традиции, как мы привыкли его идентифицировать, сегодня нет. 

Если в одно время европейская цивилизация стремилась освободиться от тысячелетней клерикальной концепции развития, то ей необходим был такой герой, воспетый художниками эпохи Возрождения.

Если западный мир во главе с Америкой стремился к капиталу через демократию и противопоставление советскому социализму, то ему необходим был для этого соответствующий герой и ровно противоположный герой – строитель коммунизма в СССР. 

То есть две мощнейших исторических парадигмы, противоборствующих и соревнующихся во всех ключевых моментах жизнедеятельности, давали своих героев, отстаивающих именно один верный путь гуманного и прогрессивного развития человека. И вот это противостояние рухнуло вместе с СССР и странами соцлагеря. И весь мир вроде как идет по одному пути, но поскольку никакой конкуренции не создается, то и создаваемых духовных благ, по большому счету, тоже. В общем, мир сегодня не знает, куда идти, история завершилась, а если весь мир существует по инерции, то и герой либо инертен, а значит, лишен отличительных признаков, либо его нет вовсе. 

– Как Вы думаете, почему театр сегодня – не очень популярное место? 

– Если говорить о модели театра, то она, к сожалению, существует в сегодняшних реалиях неадекватного рынка в рамках советской формации со всеми ее плюсами и минусами. Счастье, когда эти два понятия: и современное искусство и современная модель репертуарного театра умещаются в одном флаконе. Яркий тому пример – «Гоголь-центр» или «Центр Мейерхольда» в Москве.

 Что касается причин отсутствия интереса, то их много, начиная от слабого и морально устаревшего репертуара театров до огромной конкуренции за досуг человека. То есть в провинции мы боремся за свободное время не только с другими театрами и учреждениями культуры, но и с кафе, ресторанами, бильярдами, караоке и так далее. 

– Каким тогда должен быть театр сегодня и постановки, которые, действительно, трогают душу зрителя? («Фронтовичка» в этом плане – яркий пример).

– Я отвечу на вопрос о том, каким может быть современный театр, словами из нашей вновь сформулированной миссии театра, то есть, это то, куда мы сейчас двигаемся: 
«Театр имени Бестужева» – это уникальный культурно-театральный центр, выходящий из привычных рамок репертуарного театра. Это место в городе – центр притяжения для всех, кто хочет изменять жизнь вокруг себя и готов меняться сам, погружаясь во все многообразие современного искусства.

Наш театр нацелен на постоянный поиск, собственное развитие и развитие своего зрителя посредством: социальных проектов, дискуссий, образовательных программ, выставок, авторского кино и, естественно, современных спектаклей на русском языке. 

«Театр имени Бестужева» – это территория без назиданий и поучений, главное на которой – свободный и открытый диалог со зрителем о том, что его по-настоящему волнует. Это место силы.

Соответственно, исходя из этих позиций, и появляются новые спектакли, отвечающие данным задачам и требованиям, сформулированным в нашей миссии. Надеюсь, что они найдут отклик у зрителя, в том числе и молодого.

– Что надо сделать, чтобы в театр ходили люди и делали это с удовольствием, а выходили, действительно духовно обогащенными?

– Заниматься искусством, а не профанацией и заработком денег на всеядных постановках, развращающих одну часть публики и отпугивающих (возможно навсегда) другую часть. 

– Какой Вы видите свою цель в Русском драматическом? 

– Наверное, попытаться создать условия для всего коллектива, чтобы каждый человек смог обрести полноценную, осмысленную, профессиональную, творческую жизнь в живом, развивающемся театре, адекватном современному театральному процессу. 

– Спасибо за ответы! 

Соня Матвеева, «Номер один».
^