21.10.2015
Десять дней школьниц из поселка Тальцы искали родственники, опасаясь, что детей могут удерживать силой

В итоге девочек нашли. Но есть те, кто до сих пор не дошел до дома. «Номер один» выяснял, как обстоят дела с поиском пропавших. И как может получиться, что человек растворяется в воздухе.

Более полутора тысяч

«Пропал человек» - такое словосочетание стало нормой для всех новостных порталов Улан-Удэ и соцсетей. Мы привыкли к тому, что теряются люди. Меж тем, цифры «отрезвляют». Каждый день в республике пропадает в среднем шесть человек. 

Так, за девять месяцев 2015 года, по данным Бюро регистрации несчастных случаев МВД по Бурятии (БРНС), поступило обращений по 804 несовершеннолетним, 498 мужчинам и 328 представительницам слабого пола. То есть всего по 1630 жителям Бурятии. Конечно, здесь не обходится и без светлых моментов: по сравнению с прошлым годом ситуация улучшилась. Также нужно отметить, что не все заявления о пропаже подтверждаются. Однако люди все же пропадают сотнями. 

Следует иметь в виду, что в зоне риска каждый. Исчезают школьники и пожилые люди, мужчины и женщины. Что касается новых тенденций, то здесь подчеркнем интересную деталь: «трудные» дети из детских домов и реабилитационных центров стали «теряться» реже, чем дети из семей. Если в прошлом году по линии детских домов и спец.центров было зафиксировано 365 обращений, в этом - менее двухсот. Очевидно, беседы с воспитанниками сотрудников ПДН делают свое дело: меньше рецидивов. Несовершеннолетние, к слову, начиная с 12 лет, уходят чаще всего сами - в поисках приключений. В большинстве своем речь идет о детях из неблагополучных семей. Однако зачастую уходят и те, кому не хватает внимания родителей-карьеристов. 

Что касается взрослых, тут уже чаще всего, конечно, пропадают мужчины. За девять месяцев этого года поступило обращений по 498 представителям сильного пола. В прошлом году, для сравнения - 578. Здесь также имеют место «поиски приключений». Нужно сказать, что в практике часто встречаются случаи, когда мужчины, встретив старых знакомых, могут «загуляться», не отвечать на звонки, просадить деньги, а потом и вовсе боятся приходить домой. Но многие случаи весьма серьезные. Женщины пропадают реже, но стабильно каждый день, в среднем не меньше одной. За девять месяцев этого года в розыск заявляли родственники 328. 

Ни живым, ни мертвым

В какой-то мере такой высокий показатель условно потерявшихся людей объясняется и оперативной работой Бюро регистрации несчастных случаев. За три года работы оно уже обрело некоторую популярность и доверие со стороны жителей Бурятии. Последнее особенно относится к «сверхбдительным» людям, которые, бывает, слишком торопятся заявить об исчезновении. В итоге ситуация, особенно с мужчинами, оказывается комичной. Но лучше уж так. Ведь нередки и случаи, когда граждане, наоборот, затягивают с обращением. А дальше все может быть очень трагично: труп, опознание.

За три года работы в картотеке специализированной службы накопились тысячи документов о пропавших. Многих жителей Бурятии нашли, но так же многих ни живыми, ни мертвыми, не могут найти уже несколько лет. Куда они пропали - никто не знает. Человек словно был и растворился в воздухе.

И только у самих сотрудников полиции есть некоторые варианты и даже уверенность в том, как порой «искусно» теряются люди. По сведениям неофициального источника «Номер один», бывает и так, что на самом деле никто никуда не исчезал. Просто после бытовых ссор тела людей сжигались в печи «случайным» преступником. Заявление о потерявшемся в таком случае подается просто с целью сокрытия убийства. По некоторым данным, такое может случаться и с пропавшими детьми. Только доказать это не просто.

Марина Ушакова, «Номер один».
^