26.07.2006
В прошлом номере газеты в материале под названием "Владельцам лопастного завода устроили маски-шоу" сообщалось о том, что предприятие, судя по всему, подверглось рейдерской атаке. "Номер один" решил, что тема заслуживает того, чтобы остановиться на ней более подробно. "Рейдер" в переводе с английского — захватчик. Рейдерская атака — атака с целью приобретения бизнеса против воли его владельцев. Главный расход в бюджете любого захвата — взятки чиновникам, судьям, милиции. При том расцвете коррупции, который наблюдается у нас, и практическом отсутствии серьезных рычагов борьбы с рейдерством захваты в России принимают масштаб эпидемии. Если за 2000—2004 годы, по данным Торгово-промышленной палаты РФ, было захвачено 5 000 предприятий, то только за прошлый год — около двух тысяч. В этом году — темпы и размах захватов еще более усилились. В Бурятии рейдерские войны также набирают обороты.

Сказано — съедено

"Нигде в мире нет такого рейдерства, как в России, — утверждает Виктор Плескачевский, председатель комитета Госдумы по собственности. — В мировой практике рынок поглощений — один из самых цивилизованных. У нас же ни одно АО не защищено сегодня от рейдеров". В Госдуме только разрабатывается законопроект, который призван защитить наши предприятия от рейдерства. Пока же он готовится, акционерным обществам приходится рассчитывать только на самих себя. Отразить рейдерскую атаку — задача не из легких.

По данным сайта Захват.ру, рейдерские конторы запрашивают от 500 тысяч до нескольких миллионов долларов за один захват. Здесь же указываются расценки на услуги чиновников. Возбуждение уголовного дела — 25 000$, депутатский запрос — 10 000$, участие в захвате крупного чина из милиции, прокуратуры или ФСБ — 50—100 000$. Ни один из рейдеров не посмел бы захватить предприятие, если бы не опирался на коррупционные связи — в правоохранительных органах и других структурах. Вообще затраты на рейдерскую кампанию составляют примерно 10—25% от стоимости бизнеса.

Захваты осуществляются несколькими способами. Первый из них — скупка акций у сговорчивых миноритарных владельцев. Если это удается, новые акционеры подают в суд заявление о наложение ареста на основной пакет акций, к примеру, по поводу ущемления своих прав. В момент ареста имущества рейдерский пакет превращается в контрольный, рейдеры быстро выбирают своего гендиректора и переводят все ценные активы предприятия на счет заказчика. Если такой вариант не проходит, рейдеры идут более сложным путем — "кошмарят" руководство предприятия (делают его жизнь невыносимой). Для этого акционерное общество "заказывают" представителям силовых ведомств. Прежде всего, организуются всевозможные проверки: налоговая, пожарная и т.д. Чем больше — тем лучше. Кроме того, в ход идут депутатские запросы по различным "нарушениям", на директоров заводятся уголовные дела, устраиваются обыски и т.п. Периодически акционерам напоминают о предложении продать контрольный пакет, как правило, по невысокой цене, если руководство не соглашается, его продолжают "кошмарить". То, что уголовные дела оказываются "дутыми", а обыски и проверки признаются незаконными, неважно. Потому что главная цель — вынудить владельцев отказаться от бизнеса. Иногда дело доходит до силового захвата предприятия и полного беспредела.

На страже беззакония?

Обратимся к опыту Бурятии. Республика сегодня оказалась в эпицентре второй после приватизации волны передела собственности. Несмотря на малое число рейд-пригодных предприятий, рейдерский захват и для нас печальная примета сегодняшнего дня. Не будем углубляться в историю, к примеру, с переделом собственности на Селенгинском ЦКК, напомним лишь последние факты, а именно атаки с целью передела собственности на Центральный рынок (Буркоопсоюз) и ОАО "Хлеб", о которых сообщалось в прессе. Самый свежий и практически не освящавшийся в прессе пример рейдерской атаки сегодня представляет ОАО "Улан-Удэнский лопастной завод", а потому на нем стоит остановиться подробней.

На первый взгляд может показаться, что руководителей лопастного завода преследует злой рок или череда серьезных проблем, вызванных различными причинами. Однако, посмотрев на ситуацию несколько шире и сопоставив ряд фактов, мы придем к другому выводу. Судите сами. В начале нынешнего года, по словам директора лопастного завода А. Пнева, от имени одной могущественной корпорации держателям основного пакета акций завода — ОАО "ВИК" — было сделано предложение, от которого оказалось очень трудно и хлопотно отказаться. А именно — о покупке контрольного пакета акций. Положительного ответа от держателей акций не последовало. Именно после этого и началась масштабная череда проблем. Директор лопастного завода уверен — речь идет о попытке рейдерского захвата предприятия и ни о чем другом.

После того как предложение о покупке было проигнорировано, на лопастной завод обрушились всевозможные проверки, а что самое неприятное — сюда с завидной регулярность зачастили сотрудники управления по налоговым преступлениям с требованиями на имя директора А.Г. Пнева о предоставлении бухгалтерских и иных и документов. До этого ничего подобного даже близко не наблюдалось. Почему проверки так удивительно совпали с предложением о продаже акций, мы не знаем, однако факт остается фактом. Впрочем, эти проверки ничего не выявили, кроме того, что завод чист: налоги платятся, зарплата и прибыль растут. Тогда, судя по всему, за дело взялись с другой стороны.

Поясним следующее. ОАО "ВИК", работающее в Бурятии около 15 лет, помимо лопастного завода владеет акциями ОАО "УланУдэнский авиаремонтный завод" и ОАО "Электромашина". У директоров всех этих предприятий также вдруг начались серьезные проблемы. Причем все эти неприятности рождались, если можно так выразиться, с подачи одних и тех же ведомств, одних и тех же должностных лиц, по крайней мере, этот факт четко прослеживается по документам. Согласитесь, это наводит на некоторые мысли. Во всех документах так или иначе фигурирует или управление по налоговым преступлениям (руководитель О.Ю. Беломестнов), или зампрокурора РБ Л.Я. Хорошев, или вместе. Мы умышленно упускаем имена конкретных оперативных работников, следователей и пр. исполнителей — в данном случае это, скорее всего, не играет серьезной роли.

Предприятия "ВИК", судя по всему, действительно "кошмарят" — полномасштабно, жестко, с применением всех возможных способов. Оставим в стороне обычные проверки, обратим внимание лишь на вещи еще более неприятные и хлопотные — уголовные дела, выемки документов и обыски.

Прежде всего, сотрудники по налоговым преступлениям взялись за проверку авиаремонтного завода. В рекордно короткий срок с санкции зампрокурора Хорошева на гендиректора ОАО "Авиаремонтный завод" Е. Зайцева заводится уголовное дело по факту несвоевременной уплаты налогов. Зайцев подает в суд по поводу незаконного возбуждения уголовного дела. Суд, посчитав, что налоги были уплачены еще до проверки, что сумма долгов составляла значительно меньше предусмотренных уголовной ответственностью десяти процентов и, не усмотрев личной выгоды руководителя, признает возбуждение уголовного дела незаконным.

Параллельно опять же зампрокурора РБ Хорошев ставит визу на постановление "О выемке документов в ОАО "Авиаремонтный завод", которое также впоследствии признается судом незаконным.

Далее. По поводу другого предприятия "ВИК" — ОАО "Электромашина" делается депутатский запрос о возбуждении уголовного дела. Дело возбудить не удается. Предпринимается вторая попытка, и дело против руководителей "Электромашины" по признакам преднамеренного банкротства все-таки заводится. Затем в "ВИК" (опять-таки с санкции Хорошева) появляются сотрудники с целью выемки документов. Причем постановление выносится с теми же нарушениями закона, что и в случае с выемкой на авиаремонтном заводе. Руководство "ВИК" подает по этому поводу жалобу не в суд, а в прокуратуру. Однако в ответ на это буквально на прошлой неделе в административном здании ОАО "ВИК" устраиваются "маски-шоу" — проводится обыск, поводом к которому служит уголовное дело по ОАО "Электромашина". Руководители "ВИК" утверждают, что обыск проводился с массой нарушений. Причем все это происходило на территории предприятия, работники которого не являются подозреваемыми или обвиняемыми. Сама же силовая мера явно неадекватна в этой ситуации: документы выдавать сотрудникам никто не отказывается. Руководители "ВИК" также отмечают, что проводившие обыск милиционеры вели себя крайне самоуверенно, на всякие замечания отвечали: можете жаловаться куда хотите, мы же будем делать все, что захотим. И действительно: в обыске принимает участие даже один из понятых, который просматривает документы и изымает их. Обыск парализует работу предприятия, доставляет кучу неприятностей руководству "ВИК" и в результате оказывается практически бесполезным. 21 июля суд выносит решение о незаконности возбуждения самого уголовного дела в отношении руководителей ОАО "Завод "Электромашина". Соответственно обыск в рамках дела, которое оказалось "дутым", утрачивает всякий смысл.

Но попытки найти слабые места в деятельности авиапредприятий не прекращаются. Так, в прошлую среду на имя замминистра промышленности Ю. Добровенского опять-таки из управления по налоговым преступлениям за подписью начальника УНП О.Ю. Беломестнова поступает письмо с просьбой предоставить информацию в отношении ОАО "ВИК" и сведения об объемах производства и реализованной продукции теперь уже за 2005 год.

Что это: простое совпадение, вопиющая некомпетентность (все их действия признаются судом незаконными)? Или же у всех этих действий имеется другая, более серьезная причина? Мы опять же не можем утверждать точно — это всего лишь газетная публикация, но все вышеперечисленное очень сильно смахивает на рейдерскую атаку с применением всего арсенала средств, не правда ли?

Действительно сложно доказать "заказ" предприятия, поймать за руку кого-либо из должностных лиц. Тем важнее честность и неподкупность руководства силовых структур. Корреспондент "Номер один" в ходе подготовки материала переговорил с руководством МВД Бурятии, которое в настоящее время ведет серьезную работу с экономическим блоком в своем ведомстве. К этой структуре у министра больше всего вопросов, и нет сомнения, что в ней будет наведен порядок (тем более что чаще всего среди "кошмаряших" при рейдерских атаках бизнесмены Бурятии называли и называют нам именно сотрудников этого ведомства). Пытались мы задать свои вопросы и зампрокурора Хорошеву, однако на наш запрос ответ пока не поступил.

Вообще, в случаях рейдерства правоохранительные органы могут и должны обеспечивать немногочисленным успешным предприятиям нашей республики всевозможную защиту. Тем более что при несовершенстве нашего законодательства самим предприятиям с рейдерскими атаками справиться предельно сложно и во многих случаях нереально. Им в отличие от искушенных рейдеров надо еще и работать, наполняя бюджет республики и обеспечивая людей работой.

Особенно важно это в нашей республике, где львиная доля промышленных предприятий развалилась. Казалось бы, властям надо беречь оставшиеся предприятия, как зеницу ока, всячески оберегая их от попыток захвата и поддерживать в стремлении и дальше оставаться успешными и самостоятельными. Ведь в конечном итоге это основа нашей экономики, ее инвестиционная привлекательность. На деле же происходит иначе.

^