23.08.2006
"А из нашего окна — только стройка и видна", — могли бы грустно пошутить жители домов на Профсоюзной, будь у них силы шутить. Стройка видна и слышна, она проникла в старенькие дворики, угрожает ветхим строениям и таит в себе не только неудобства, но и реальную опасность для жизни людей. Это не первый случай в Улан-Удэ, когда возведение новых зданий среди старых домов возмущает давних жильцов, нанося удар по их мирной жизни. Центр Улан-Удэ медленно, но верно превращается в перенаселенные каменные джунгли.

Опасно для жизни

— Когда начинали строить, нам обещали, что работать будут с восьми до шести и нас не потревожат, — сокрушается Людмила Цивилева, жительница дома 16. — А на самом деле вон что происходит...

А происходят прямо в центре города (стройка идет чуть ниже "Гостеприимной Бурятии"), можно сказать, дикие вещи. Прямо во дворе едва ли не каждые пять минут разворачивается тяжелая техника: "КамАЗы", бетономешалки, тракторы буквально вспахивают землю, поднимая плотную завесу пыли — обычной и бетонной. Стройка практически не огорожена со стороны злосчастного двора. Без охраны и трансформаторная будка, но еще страшнее зрелище змеящегося по земле толстого кабеля, подключенного к электролинии. Несколько метров кабеля свободно лежат на земле, ничем не защищенные и не прикрытые. Буквально прямо во дворе, где гуляют дети.

— Недавно строители этот кабель изолентой обмотали, потому что он оголился, — рассказывает Людмила Павловна. — А вчера я в окно выглянула, мальчик сидит эту изоленту разматывает. Я выскочила, кричу: "Отойди, не трогай!" Объяснила ему, что там ток, опасно, трогать нельзя. Но ведь это дети, за ними не углядишь, а стройка вот — в пяти метрах от подъезда, ничем не огорожена.

Просьбы поднять опасный кабель с земли, провести его по воздуху отправились в пустоту и услышаны не были.

С окончанием работ стройка пустеет, и никто не препятствует проникновению людей на объект. Меж железных прутьев, будущего каркаса здания, ребятне, которую всегда неудержимо тянет на приключения, вольготно: никто не мешает, не гонит, забора почти нет, равно как и таблички "Вход воспрещен". До поры до времени обходилось без беды, а вот на прошлой неделе прозвенел первый тревожный звоночек: играя на стройке, один из мальчишек распорол ногу. Конечно, домашний нагоняй на пару дней прекратит опасные прогулки, но как запретить ходить на стройку, где постоянно "день открытых дверей"?

Впрочем, опасно сейчас находиться даже рядом с родными стенами: камазисты, сколько их жители не упрашивали быть осторожнее, резво разворачиваются буквально в полуметре от торца дома 16. А зданию, между прочим, уже около семидесяти лет и оно уже в аварийном состоянии. Трогаешь штукатурку — "живая", шевелится. На стенах зияют проплешины, обнажая дранку; фундамент злополучного двухэтажного домика давно отошел от стен на жутковатое расстояние, через щели зимой проникает такой мороз, что жители первого этажа иногда не кладут продукты в холодильник — на полу не портятся. Ходить же по дому приходится в валенках. И все это — только от старости дома, а добавьте теперь сотрясение земли из-за маневров тракторов, нагруженных машин, которое практически не прекращается. Буквально за десять-пятнадцать минут корреспонденту "Номер один" два раза пришлось уворачиваться от "КамАЗов", а вот бетономешалке не повезло — уголок двора, облюбованный для разворотов, один из жильцов успел перекрыть автомобилем.

"Больной старик" на американских горках

Последние пять лет люди безрезультатно добивались от ЖЭУ-21 хоть какого-то ремонта, но нет то людей, то денег, то материалов. Жителям пришлось самим возводить палисадник, чтобы машины хотя бы не подъезжали вплотную к окнам. Дом похож на больного старика, которому отказали в лечении и усадили на головокружительные аттракционы. Долго ли он продержится?

И до начала стройки отсутствие асфальта на дороге и во дворе людей огорчало, но теперь проблема стала настоящей бедой. Земля разбита, образовались ямы и колдобины, а в воздухе висит, не опускаясь, взвесь мелкой пыли и цемента. Одежда, обувь и кожа жителей этих домов, стоит им выйти из дома, сразу покрывается серым налетом, который трудно смыть. Стало невозможно сушить в тихом прежде дворике белье, а окна и форточки приходится держать наглухо закрытыми, несмотря на спертый уже воздух в квартирах. В одной из квартир температурит в духоте ребенок. В другой, рассказывают жильцы, мучается постоянной головной болью пожилая парализованная женщина. В восемнадцатом доме живущим на первом этаже повезло еще меньше: стройка подошла к стене практически впритык (заборчик расположился вплотную с домом, а за ним — котлован), и грохот строительства превратил жизнь в ад. Таким образом, жители дома на Профсоюзной стали настоящими заложниками стройки.

Идеалистические передачи центральных телеканалов периодически советуют в таких ситуациях просто обратиться к строителям с просьбой быть аккуратнее, тише, а все неудобства компенсировать ремонтом старых домов. Жители домов на Профсоюзной хотели было решить вопрос мирно, однако бригадир спровадил опешивших посланцев очень быстро, предложив "идти допить, мало выпили", рассказывают потрясенные люди. Разговора не получилось. Побывавший на стройке чиновник бросил жильцам: "Это же стройка, чего ж вы хотите?" А хотят люди немногого — нормальной жизни.

Меж тем, строительство, начавшееся этим летом, в самом разгаре. Даст ли результаты письмо в прокуратуру и обращение в прессу, покажет время. Впрочем, печальный опыт других аналогичных строек оптимизма не внушает.

^