17.01.2007
Пожалуй, самая заметная интрига последних месяцев в политической жизни Бурятии — конфликт между президентом республики и Игорем Бобковым, ставшим инициатором целого ряда громких разоблачений и тем самым заработавшим невиданную популярность в народе и массу врагов среди представителей власти. Президент не раз высказывал жесткие претензии в адрес председателя комиссии по противодействию коррупции, оценивая ее работу крайне негативно. Леонид Потапов направил также письмо в адрес Народного Хурала с просьбой дать оценку деятельности комиссии, которая работала, по его мнению, из рук вон плохо и занималась не свойственными ей функциями. По мнению первого лица республики, Игорь Бобков узурпировал власть в комиссии и использовал ее в своих политических целях. После письма президента Совет Хурала решил поставить комиссии по итогам ее работы "неуд". Заклеймит ли "неудом" Бобкова теперь еще и Народный Хурал в полном составе, станет ясно в феврале на сессии. Среди всех этих жестких оценок и обвинений мнение самого Игоря Бобкова по поводу последних событий так и не стало достоянием широкой гласности. "Номер один" решил исправить ситуацию и для того чтобы общественность имела полную и объективную картину по вспыхнувшему конфликту, дать слово второй стороне.

— Игорь Александрович, на своей последней в 2006 году пресс-конференции президент Бурятии Леонид Потапов в очередной раз жестко высказался в ваш адрес. Он заявил, что вы, работая на посту председателя комиссии по противодействию коррупции, занимаетесь доносами. Как Вы прокомментируете это заявление?

— Президент выбрал для себя очень удобную манеру высказываний. Он, по сути, прилепил мне ярлык "доносчика", слово с ярко выраженным негативным оттенком, тем самым, пытаясь дискредитировать меня лично и деятельность возглавляемой мною комиссии в глазах общественности. Однако формально к его словам не придерешься — если посмотреть Комментарий к Уголовному кодексу РФ, то донос там определяется всего лишь как сообщение о совершении преступления, сделанное в правоохранительные органы.

В положении о Комиссии прописано, что она имеет право обращаться с конкретными фактами в правоохранительные органы с тем, чтобы они дали им правовую оценку. Что мы и делали. То есть выполняли задачу, для которой комиссия собственно и создавалась. Во-вторых, сообщать о каких-либо противоправных деяниях — это мой личный долг, моя гражданская обязанность. Ведь, следуя логике президента, если бы я, к примеру, вдруг стал свидетелем убийства, то не должен был бы сообщать об этом в милицию из-за боязни, что меня кто-то вдруг обзовет доносчиком. Коррупция — такое же преступление, и если в распоряжении Комиссии оказывались какие-либо факты незаконных действий должностных лиц, мы считали своей обязанностью сообщить о них в правоохранительные органы. При этом никакой личной или корыстной заинтересованности, которую подразумевает слово "донос", в наших действиях не было.

— Была информация, что президент и ряд членов правительства обращались в прокуратуру республики с заявлениями о возбуждении в отношении вас уголовного дела по фактам клеветы и ложных доносов. Какое решение приняла прокуратура?

— В возбуждении уголовного дела им было отказано. Мы не занимались ни ложными доносами, ни клеветой, а оперировали только проверенными фактами. Что и подтвердилось решением прокуратуры. Я думаю, что таким образом писавшие заявления рассчитывали заполучить еще один рычаг давления на меня, однако они не учли, что ситуация в республике изменилась — она уже не та, что была, например, в 1996 или 1998 годах, когда любое инакомыслие жестко пресекалось, а людей просто ломали. Вспомнить хотя бы ситуацию с Сагановым, Ивановым, Кореневым, Шаповаловым, Марковым, Тиваненко, Семеновым.

В этой связи я укажу на еще одно высказывание президента в мой адрес: "сведи меня судьба с ним в 1937 году, я бы давно был расстрелян как агент немецкой разведки". Я считаю, что параллели по поводу 37-го года здесь не со мной нужно проводить. Ведь не комиссия, а наша исполнительная власть, чтобы "уничтожить" своих политических оппонентов, не гнушается никакими методами.

— Кстати о методах борьбы с политическими оппонентами: деятельность комиссии Советом Хурала была признана неудовлетворительной. На декабрьской сессии Народного Хурала должен был рассматриваться отчет о работе Комиссии по противодействию коррупции, и уже все депутаты должны были оценить ее деятельность. Вполне вероятно, что вас ждал этакий "суд линча", но, все-таки, почему вы отсутствовали на сессии?

— В тот день я находился в командировке. В то же время я не вижу ничего страшного, что вопрос о деятельности Комиссии был перенесен на февральскую сессию. Я надеюсь, что к февралю судебные органы вынесут решение по моему иску о признании постановления Совета Народного Хурала недействительным и незаконным. Рассмотрения иска пока не было.

— Почему вы решили обжаловать постановление Совета Mародного Хурала?

— Напомню, что в октябре прошлого года Совет Хурала в закрытом режиме обсуждал деятельность комиссии. Этому предшествовало гневное письмо Леонида Потапова в Хурал, в котором он раскритиковал деятельность Комиссии, а меня фактически назвал "клеветником". Получив подобную "установку", большинство членов Совета, лояльных главе республики, признали деятельность комиссии неудовлетворительной. Я думаю, все было предрешено заранее: депутаты повторяли в мой адрес те же обвинения, которые были в письме президента. Сколько бы я ни приводил доводов и фактов о деятельности комиссии, никто даже слушать меня не хотел. Я считаю, что текст постановления, в котором работа комиссии признана неудовлетворительной, является предвзятым и необъективным. Это постановление, на мой взгляд, не что иное, как попытка политической расправы.

Это тем более очевидно, что в отчете комиссии фигурировали и фамилии некоторых членов Совета Хурала.

— Сегодня все идет к тому, что на сессии будет рассматриваться явно не тот отчет о деятельности комиссии, который готовился вами первоначально. Хотелось бы донести до читателей, что было в том самом отчете, вызвавшем такую болезненную, отрицательную реакцию, и который, судя по всему, никогда не дойдет до депутатов и населения. Чем же все-таки занималась комиссия?

— Действительно, от первоначального отчета, скорее всего, мало что останется, хотя именно в нем, на мой взгляд, отражен главный итог нашей работы.

За время работы Комиссией было направлено в правоохранительные органы, органы государственной власти и местного самоуправления 84 запроса, по инициативе членов Комиссии проведено 4 проверки Счетной палатой Республики Бурятия, рассмотрены и изучены более 20 обращений граждан. Отчет, подготовленный первоначально, подробный и довольно объемный. Приведу лишь некоторые факты вкратце.

Комиссией были проанализированы результаты проверок целевого использования средств бюджета, выделенных Администрации Селенгинского района с 1998 по 2004 год. По мнению Комиссии, около 40 миллионов рублей были использованы не по целевому назначению. Прокуратурой заявления Комиссии были рассмотрены и удовлетворены частично.

На заседаниях Комиссии неоднократно рассматривался вопрос о законности выделения бюджетных средств в размере 79 миллионов 431 тысячи рублей золотодобывающим предприятиям. В частности, рассматривалась эффективность использования бюджетного кредита, выделенного министерством финансов Республики Бурятия, которое перечислило ООО "Икон" 17 килограммов химически чистого золота (составившего в рублевом эквиваленте 5 506 564 тыс. рублей) с металлического счета Правительства Республики Бурятия на металлический счет ООО "Икон".

— Комиссия, рассмотрев собранные материалы о заключении договора на оказание юридических услуг от 24 февраля 2003 года между Правительством Республики Бурятия и ООО "Международное аналитическое агентство правовых исследований" (МААПИ), обратилась в Прокуратуру с заявлением о том, что данный договор заключен с нарушением норм законодательства, что повлекло за собой причинение ущерба бюджету Республики Бурятия в размере 33 миллионов рублей (дело адвокатов — ред.).

В ходе проверки данные факты подтвердились. В отношении министра финансов Республики Бурятия Налетова прокуратурой Республики Бурятия было возбуждено три уголовных дела.

Одним из направлений работы Комиссии был сбор и всесторонний анализ фактов преднамеренного банкротства предприятий республики. Было установлено, что большинство из прекративших свою деятельность предприятий в свое время получали бюджетные или иные денежные средства, а потом, зачастую с целью невозврата денег были обанкрочены.

— Так, Комиссией было установлено, что Фондом реализации Федеральной программы социальноэкономического развития РБ с 1996 по 2003 годы было профинансирован 101 инвестиционный проект на сумму 293 миллионов 134.3 тыс. рублей. Проведенной проверкой установлено, что на 1 января 2004 года не возвращено 114 миллионов 653,2 тыс. рублей. По ряду проектов сумма фактически выделенных средств займа значительно и необоснованно превышала определенную комиссией сумму.

В результате необъяснимой "некомпетентности" должностных лиц правительства РБ при распределении бюджетных средств из числа заемщиков, получивших и не вернувших бюджетные средства, признаны банкротами и находятся в стадии банкротства 22 организации, ликвидировано 8. В результате "неэффективной" деятельности Фонда инвестиционные деньги в размере 138 миллионов 540,4 тыс. рублей "осели" в задолженность по возврату бюджетных средств Республики Бурятия. При этом большая часть задолженности практически нереальна к взысканию вследствие признания организаций-заемщиков банкротами. Интересная картина, не правда ли? Особенно поражает масштаб.

В целях невозврата выделенных средств на многих предприятиях умышленно увеличивалась неплатежеспособность, что приводило к банкротству. При этом бюджетные средства государству не возвращались. Наиболее ликвидные активы выводились в другие коммерческие структуры, подконтрольные должностным чиновникам. Понятно, что все это могло стать возможным только при наличии личной заинтересованности должностных лиц правительства РБ — кто бы стал подставляться, если бы на кону не стояли миллионы.

Комиссией было направлено заявление в правоохранительные органы с целью возмещения причиненного ущерба и привлечения виновных лиц к ответственности. Прокуратурой РБ было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК РФ, в отношении руководства Фонда реализации ФП СЭР РБ, которые своими действиями причинили ущерб казне в размере 125 млн. рублей.

— На мой взгляд, один из самых ярких примеров преднамеренного банкротства — ситуация с госпредприятием ПАП-2. Членами Комиссии была инициирована проверка финансово-хозяйственной деятельности этого предприятия аудиторами Счетной палаты РБ. Было установлено, что вследствие ненадлежащего исполнения своих обязанностей должностными лицами Госкомимущества РБ и Минпрома РБ кредиторская задолженность ПАП-2 увеличилась на 244% и составила 16 миллионов 119 тыс. рублей. В настоящее время ПАП-2 не имеет возможности рассчитаться по своим обязательствам и является банкротом. В результате государственное предприятие будет ликвидировано, имущество будет реализовано по низкой цене, что причинит ущерб государству в особо крупном размере. По заявлениям Комиссии были возбуждены уголовные дела в отношении руководства ГП РБ ПАП-2 по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 201, ст. 199 прим. 2 УК РФ. Ведется следствие.

Также комиссией направлялись запросы по фактам нарушения законодательства при банкротстве ОАО "Хлеб", Тонкосуконной мануфактуры и многих других предприятий.

По заявлениям Комиссии вновь расследовались уголовные дела в отношении директора МУП "Теплогенерация". В частности, по фактам того, что МУП за период 2003 г.—9 месяцев 2004 г. не перечислило удержанный налог с доходов работников предприятия в сумме 7 756 548 рублей в бюджет. Хотя имело возможность перечислить его, как минимум, в размере около 3 млн. рублей, которые пошли на премиальные поощрения руководства МУПа. Руководитель МУП "Телогенерация" направлял письма дебиторам о перечислении средств на счета своих кредиторов, минуя расчетные счета МУП. Всего так было перечислено несколько миллионов рублей. Таким образом, правам и законным интересам работников МУП причинен существенный вред, выразившийся в ущемлении их прав на получение заработной платы в полном объеме, а также причинен существенный вред интересам государства.

— Комиссией рассматривались вопросы о законности принятия правовых решений по фактам выделения земельных участков в Прибайкальском районе, относящихся к особо охраняемым территориям, ряду коммерческих фирм. По заявлениям Комиссии, ранее прекращенные уголовные дела направлены на дополнительное расследование.

— Для того чтобы проверить законность использования средств республиканского бюджета, выделенных на социальное жилье с 2003 по 2005 год, члены Комиссии выступили инициаторами проведения проверки Счетной палатой РБ. В рамках этой проверки был выявлен ряд грубых нарушений законодательства. Было установлено, что в материалах жилищной комиссии на граждан, получивших субсидии, отсутствуют документы, подтверждающие право на получение этих самых субсидий. Так, из 133 граждан, получивших субсидии, ни по одному из получателей жилищная комиссия не затребовала полного пакета документов. Не по всем получателям имеются даже личные заявления с просьбой о выделении субсидий. Таким образом, за период с 2003 по 2005 год бюджетные средства, предназначенные для приобретения, строительства или ремонт жилья социально нуждающихся граждан, выделялись лицам, не относящимся к категории пенсионеров, инвалидов, малообеспеченных граждан и т.д. Комиссией Народного Хурала по противодействию коррупции по результатам проведенной проверки было направлено заявление в правоохранительные органы.

Результатом стало возбуждение уголовного дела в отношении Руководителя Администрации Президента Республики Бурятия Дагбаева И.Б. по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 УК РФ. Встречной проверкой ТУ ФСН в РБ за период с 2000 по 2006 год выявлены нарушения при предоставлении социальных жилищных субсидий на сумму 18 385,956 тыс. рублей. Это только часть той работы, которую провела комиссия.

— Судя по всему, работа действительно проведена громадная. Комиссия по противодействию коррупции действует при республиканском парламенте уже второй год, однако критические высказывания в ее адрес начались только этой осенью. Тогда же в комиссию влился ряд новых депутатов, лояльных к президенту (и выступающих, кстати, против принятия отчета комиссии, о котором говорилось выше), в СМИ появились критические публикации в ваш адрес. Что произошло, в чем вы провинились?

— Действительно, до этого момента мы работали в спокойном режиме, обращались с заявлениями в правоохранительные органы по фактам злоупотреблений должностных лиц. В СМИ выходили публикации, разоблачающих противоправную деятельность чиновников. Все это продолжалось до тех пор, пока Комиссия не попыталась обратить внимание прокуратуры на факты, касающиеся самого президента. Речь шла о нашумевшем деле по распределению социального жилья, о том, что незаконное выделение средств утверждалось главой республики. На мой взгляд, президент подписывал распоряжения о выделении жилищных субсидий, не учитывая возможностей бюджета, без заключений правительственной жилищной комиссии, подтверждающих право граждан на получение субсидий, а также распоряжения о выделении субсидий членам правительства, которые не относятся к категориям граждан-получателей социальных субсидий.

— Насколько мне известно, прокуратура не усмотрела в действиях президента ничего противоправного...

— Действительно, прокуратура РБ вынесла отказ в ответ на наше заявление, не усмотрев оснований для возбуждения в отношении президента уголовного дела. Однако факт остается фактом — именно в это время развернулась кампания вокруг работы нашей Комиссии и начались обвинения в доносах и т.д.

^