29.08.2007
Подсчитано, что чиновник, занимающий руководящий пост, работает в среднем по 12—14 часов в сутки. Вот градоначальник, например, это, по сути, завхоз. На разбор и визирование деловых бумаг у него уходит максимум полчаса в сутки. Остальное время он отводит проблемам, как говаривал Жванецкий, "люков, стоков, канализации". И, скажем откровенно, пресса, внимательно следящая за потоком новостей, порой пропускает в общем будничном ряду отнюдь не рядовые события. В этом мы убедились в процессе беседы с мэром г. Улан-Удэ Геннадием Айдаевым.
- Геннадий Архипович, горожане много говорят сегодня о том, что "наш город за последнее время заметно преобразился и хорошеет день ото дня".

- Это все мелочи. Мы вот живем здесь безвылазно — у нас уже просто, как принято говорить, глаз замылился. И очень плохо, что у многих руководителей тоже замылился глаз, в том числе и у городских. Мне порой кажется, что они ездят по городу с закрытыми глазами. И стоит выехать куда-то — в Москву, в другие города, а потом вернуться в Улан-Удэ и взглянуть свежим глазом: грустно становится. Конечно, какие-то подвижки есть, я не возражаю. Но будем откровенными: о кардинальных изменениях в городе или хотя бы в каком-то отдельном микрорайоне сказать никак нельзя. Вообще, у Улан-Удэ пока нет облика современного города. Единственное, где сейчас этот облик намечается, — в районе мостового перехода, который откроется ко Дню города. Вот там будет по-настоящему современно и красиво, особенно когда в 20а квартале достроят два высотных дома — 14- и 16-этажный. Второй современный городской фрагмент начинает вырисовываться на пересечении улиц Смолина и Борсоева, где несколько довольно красивых домов уже построено. Скоро в центре этой новостройки должен встать 16-этажный дом, дальше стройка перейдет на улицу Партизанскую.

- На состоявшемся в пятницу открытии дороги на п. Загорск довелось услышать реакцию нашего президента на критику в ваш адрес. По поводу всех слухов и кривотолков он сказал примерно следующее: "нужно не слушать, что говорят, а смотреть, что делается руководством города". Но если это не касается фонтанов, цветников, благоустройства дворов, на что смотреть горожанам?

- Многое из того, что город делает, проходит, не в обиду будь вам сказано, незамеченным для журналистов. Вот, например, сколько проблем было у дачников с Левого берега, которые ездили автобусом 31 — он шел с площади Славы. Нагрузка на автобус была огромной, каждый день давка, ругань, испорченное настроение у людей с самого утра. Дачники, живущие в Октябрьском районе, испытывали страшные неудобства — со всем дачным скарбом они вынуждены были ездить к себе на участки с пересадками. Нынче мы запустили маршрут 31а, который ходит теперь через площадь Советов, проспект Победы, на Саяны и дальше — в кварталы. Маршрут разгрузили, люди довольны, многие звонили, благодарили. А где это освещалось? Я в одной газете, по-моему, видел информацию и все.

- И все-таки, в сравнении со всем городом, это касается только части его населения. А если уж говорить о транспорте, то те же пассажиры маршрута 3, который, как мы знаем, ходит на авиазавод, жалуются, что уже с "Бани" не могут утрами сесть на автобус.

- Мне известны все "болевые" транспортные точки города. Но автобусов у нас пока катастрофически мало. Сегодня те корейские автобусы, которые бегают по нашим маршрутам, они по российским стандартам вообще не имеют права перевозить пассажиров. Мы сегодня еще закрываем на них глаза, потому что нам действительно муниципальных автобусов не хватает. Мы купили на 42 млн. рублей 15 красивых новых автобусов большой вместимости, но это только несколько смягчило обстановку. Сейчас мы с бизнесменами создаем новое акционерное общество, и уже есть намерение закупить еще 10 таких же автобусов и 20 — средней и малой вместимости. Буквально осенью закупим и запустим по всем маршрутам. В том числе и маршрут 3 увеличим на два больших автобуса и четыре — средней вместимости. Думаю, это снимет напряжение и на данном транспортном направлении, и на других, особо проблемных.

- Но кардинальные меры необходимо принимать не только по вопросам, касающимся транспорта...

- Именно сейчас и настало время решения глобальных проблем по всем направлениям. Вы же видите, строим мосты, дороги, детские сады. А если вы помните, в 98-м году, когда я после выборов приступил к своим обязанностям, и перед республикой, и перед городом, как, впрочем, и перед всей страной, стояли проблемы иного плана. Мы начинали с дефолта, и приходилось думать, как выжить — город вообще стоял на коленях. Первые четыре года ушло на то, чтобы хоть немного выправить положение. Следующие пять лет "латали дыры", восстанавливали разрушенное. И только сегодня можно говорить о каком-то созидании. Я по специальности инженер и привык видеть результаты своего труда. Только конкретные результаты приносят настоящее удовлетворение. Поэтому я и хочу отработать еще один срок в этой должности — доделать хоть какую-то часть из того, что было задумано. Хотя... Конкретные результаты были и тогда, буквально в первые месяцы моей работы.

- Например, какие?

- На прошлой неделе я встречался с жителями Стеколки — довольно много жителей микрорайона пришло, интересный, запоминающийся разговор состоялся. Меня поразило и порадовало, как по-деловому и масштабно люди стали мыслить. Если раньше всех волновало только то, что касается их лично, то сегодня людей беспокоят и проблемы города, и всей России. Конечно, стеклозаводчане очень довольны, что городская свалка больше не функционирует. Кстати, после закрытия этой свалки на Стеколке я, честно говоря, думал, что пресса более широко осветит это событие. Ведь когда она была, сколько об этом писали, сколько было критики. Конечно, критика была совершенно обоснованной. Свалка ведь постоянно горела и дымила, от этого смрада страдал весь город. Через три месяца после своего вступления в должность я распорядился ее закрыть. Конечно, так и должно быть: если ты занял эту должность — ты должен решать подобные вопросы. Но это ли не событие было? А журналисты его, можно сказать, пропустили.

- Но если стеклозаводчане благодарят до сих пор, значит, у них в душе это событие отложилось как глобальное — это главное.

- Конечно. Вот только дорогу им разбили мусоровозами за столько-то лет. Жители и этот вопрос передо мной поставили на встрече. К ремонту улицы Воронежской мы уже скоро приступим. Дорогу сделаем, дом культуры надо до конца отремонтировать. На будущий год в бюджет заложим порядка 13 млн. рублей, доремонтируем, будет хороший дом культуры, жизнь оживится. Конечно, и другие вопросы поднимались — по благоустройству дворов, ремонту подъездов. Но они все решаемы. И мы будем их решать. И еще одну кардинальную меру, касающуюся и Стеколки, и всего города, скоро примем — закроем иловые карты. Я поясню, что это такое. Длительный период все городские отходы, поступающие по системе канализации, выплескивались в районе Стеколки как раз на эти самые иловые карты — то есть, прямо на местность. Далее следовал естественный процесс сушки, который под солнцем, с испарениями длился по 3—4 месяца. После этого высушенные отходы выгребали, увозили в специально отведенное место и производили их захоронение. Представить невозможно, что испытывали жители Стеколки, если эти запахи доносило до центра города. Я сам лично ездил в Днепропетровск к нашим постоянным партнерам — у них сейчас есть новая технология, которая предусматривает обезвоживание отходов. То есть они никуда не выливаются, а поступают сразу на центрифугу и затем высушиваются. Вся процедура обращения нечистот в сухой остаток длится час. Никаких 3—4-месячных ожиданий, когда природа все сделает сама, никаких испарений, никаких запахов. Иловую карту мы ликвидируем, проведем рекультивацию земель на данной территории, и уже скоро там будет хороший песчаный берег. Все это обойдется городу в 54 млн. рублей.

- Известно, что много добрых дел у нас делается и предпринимателями, которые поддерживают город во всех его начинаниях. Между тем, не так давно в прессе освещался конфликт одного из местных производителей пива с министерством культуры, представители которого настаивают на том, что предприниматель незаконно построил кафе в исторической части города. Далее на него начались масштабные гонения, дело дошло до суда. Речь идет о руководителе фирмы "Дария" Андрее Сергеевиче Козлове.

- Сразу скажу, что я на его стороне, это мы ему выделяли земельный участок. И теперь получается, что я не могу защитить его, как говорится, "с буквы закона", запрещающего какое-либо строительство в так называемых исторических зонах. Почему не могу защитить? Я считаю, в свое время правительство Бурят-Монгольской АССР совершило досадную ошибку, когда взяли и просто составили список таких исторических мест, включив в него все дома, которые находятся в центре. И получилось, что у нас теперь все "деревяшки" на Смолина, Кирова, Каландаришвили и так далее — это исторические памятники, которые нельзя трогать. Глупость совершенная, которая не дает центру города никакой возможности для перспективного развития. У нас, например, Генпланом предусмотрено расширение улицы Смолина. Коснулось Минкульта, Владимир Прокопьев мне говорит: нельзя на этой улице сносить дома, они представляют собой историческую ценность. Ну, хорошо, пусть даже это и так, но есть же какой-то выход — бизнесмены, допустим, сегодня готовы разобрать эти "памятники" и перенести в другое место. Но таким положение оставаться не может. В связи с созданием туристической зоны мы хотим сделать Улан-Удэ, как сказал наш президент, "визитной карточкой республики", а что это будет за визитная карточка, если у нас по всему центру дома, вросшие в землю?! Я убежден, что просто необходимо в самое ближайшее время собраться в правительстве и основательно перетряхнуть весь этот список. Разобраться, наконец, что можно считать памятником с точки зрения архитектуры, а что нет. Составить реестр, утвердить его на уровне правительства и поставить на этом точку. Я думаю, в самое ближайшее время мы с помощью правительства Бурятии решим эту проблему.

- Какую еще поддержку вы готовы оказывать местным товаропроизводителям, которые, кстати говоря, очень в ней нуждаются?

- Мне как-то, не помню от кого, довелось слышать, что мэрия не поддерживает малые инвестиции города. Да ничего подобного. У нас сегодня мелкий и средний бизнес уравнялся по налогам с нашими крупными предприятиями и дает до 40 процентов. А когда в 1998 году я начинал работать, было всего 8 процентов отчислений. Эти цифры о чем говорят? О том, что мелкий и средний бизнес растет. И мы помогаем ему. Частно-государственное партнерство создано в городе. Но я думаю, мы все-таки неправильно поступаем, используя систему торгов, которая далека от совершенства. То есть, по этой системе выигрывает тот, кто предлагает более низкую цену на свою продукцию. И непростительно, что мы эту систему не совершенствуем — руки не доходят. Я считаю, должно быть очень много критериев, по которым нужно проводить торги. И одним из главных критериев должно быть качество предлагаемой продукции. Вот на днях у меня был предприниматель, который выпускает лечебный хлеб с добавками. Выпускает в малых количествах, но для больниц, для детских садов почему бы его не покупать, хоть он и немного дороже, чем продукция Бурятхлебпрома. А у нас мышление какое-то автоматическое — что дешевле, то мы и берем. Не заботимся, не смотрим — какого качества, какого свойства продукт. И в результате кто у нас выигрывает торги? Иркутяне — в одни ворота — по той же молочной и колбасной продукции, которая у них дешевле из-за низких затрат на электроэнергию. Я убежден, что нам сегодня надо переходить на долгосрочные контракты по поставкам, хотя бы на то же мясо. Выходить напрямую на фермеров и договариваться с ними: сегодня твоя цена будет чуть выше рыночной, но ты сохрани нам эту цену года на два-три, а мы с тобой на этот срок заключим договор. Если у фермера будет гарантированный рынок сбыта, наверное, он будет заинтересован в том, чтобы расширять свое хозяйство. А мы будем покупать нормальное мясо, экологически чистое, а не сомнительного качества бразильское, перемороженное на сто рядов. По такой же схеме город мог бы закупать и молочную продукцию: масло, творог, сметану. Масло, произведенное в Можайке Еравнинского района, считается самым вкусным. Сколько они его выпускают? 50—60 килограммов. Так оно даже до города не успевает дойти. А могли бы до 500 килограммов. Я выходил с этим предложением на Минсельхозпрод — никакой реакции. Перед Минэкономразвития ставил вопрос. Они вроде бы восприняли нормально, но на этом все и закончилось. Вообще, местные товаропроизводители могли бы многим обеспечивать город и республику. Та же Хурамша круглый год могла бы кормить нас огурцами и помидорами, нужно только помочь им, вложить в них средства. А мы предпочитаем покупать китайские огурцы, неизвестно на каких удобрениях выращенные. Я всегда думаю, ведь если туризм начнет стремительно развиваться, уже завтра все это будет востребовано. Хлынут туристы — вопрос экологически чистых продуктов встанет ребром.

- Вообще, в связи с созданием туристической зоны вскрывается просто неохватный пласт перспективного развития самых различных сфер деятельности...

- В том-то и дело. Недавно я беседовал с предпринимателями, которые на территории бывшего cудостроительного завода собираются строить яхт-клуб, причалы, добротные офисы и жилье по улице Ербанова, которое будет выходить прямо на берег Селенги. На заводе начнут строить моторные лодки, катера. Кстати, мы заказали им один катер для нужд МЧС. Наводнения на территории города не было давно, и мы как-то забыли о том, что для спасательных работ такой катер необходим. Прогулочные катера и яхты тоже есть в перспективе у этих предпринимателей. И у авиазавода, на котором, к слову сказать, заложено производство маленьких вертолетов, на которые уже есть заказы. И легкие спортивные самолеты, думаю, в перспективе будут строиться с учетом потребностей сферы туризма. Словом, город не остается в стороне от этого поступательного движения нашей республики. Мы только сейчас стали набирать обороты по решению кардинальных проблем, которого от нас ждут горожане.

- Спасибо за беседу.

^