12.12.2007
Суд Прибайкальского района признал виновными в превышении должностных полномочий двух оперуполномоченных отдела уголовного розыска ОВД Прибайкальского района. Два с лишним года проведут в колонии общего режима опера, чьи методы получения показаний от подозреваемых противоречили закону "О милиции", а избиение, пытки и унижение стали основными средствами получения нужных показателей в работе. На суде обвиняемые не признали своей вины и настаивали на том, что их оговорили.

Потерпевшими по этому уголовному делу проходили двое жителей Прибайкалья. Оба — и мужчина, и женщина — были задержаны операми по разным фактам преступлений, оба после "общения" с оперуполномоченными обратились за медицинской помощью и подали заявления в прокуратуру.

В дом к Бато Доржиеву молодые, но уже достаточно опытные оперуполномоченные Трифонов и Дугов приехали в первом часу ночи. Не объясняя причин, они попросили мужчину проехать с ними в ОВД, расположенное в с. Турунтаево. Накануне в реке недалеко от села, где жил Доржиев, был найден труп убитого мужчины.

В ходе отработки района сотрудники милиции получили информацию о том, что убитый не так давно поссорился с неким Доржиевым. Эти сведения не вызвали у Трифонова и Дугова сомнений, потому они сразу же стали требовать от задержанного признаться в содеянном. Доржиев отказался оговорить себя.

Сказал, что в тот день он был в Улан-Удэ, да и с убитым у него были нормальные отношения. Ему не поверили, надели наручники и стали бить. Подрезали ударом под колени и, схватив за волосы, опрокинули на пол. В тот момент у Доржиева упали и разбились очки.

Издевательства продолжались несколько часов. Били ногами, кулаками, резиновой дубинкой, заламывали руки и душили, поставив ногу на шею. Потом снова требовали признаться. Получив отказ, продолжали "колоть". Ближе к утру приковали избитого подозреваемого к батарее. Один из оперов ушел домой, другой лег спать в кабинете. И только в 9 часов утра Доржиева наконец освободили. После, в ходе медицинского обследования, у него были зафиксированы множественные ушибы и кровоподтеки по всему телу.

Через несколько месяцев на тех же оперативников в прокуратуру поступило еще одно заявление. На этот раз пострадавшей выступала женщина, жена подозреваемого в незаконной рубке леса. Следы трактора такой же марки, как у него, были обнаружены на вырубленной деляне.

С вопросом о местонахождении мужа Трифонов и Дугов обратились к Васильевой. Та ответила, что не видела супруга с утра. "Как не знаешь? Поедем в ОВД, там скажешь!" — пообещали опера, заломили женщине руки, надели наручники. Васильева кричала, сопротивлялась, говорила, что дома у нее маленький ребенок, и она не может уехать.

Из окна машины она кричала о помощи, просила соседку помочь ей, за что получила от оперов первый удар. По словам задержанной, Трифонов грозил, что изнасилует и убьет ее, а потом выбросит тело в реку. На полпути машина остановилась, женщину за волосы выволокли из кабины. После трех ударов в лоб у Васильевой появилась большая гематома на голове, была рассечена бровь. Дугов подал ей тряпку, чтобы вытереть с лица кровь, а когда подвозил домой, извинился, сказал, что у напарника был нервный срыв.

На суде парни не признали своей вины. Говорили, что Доржиева не били, наручниками не пристегивали, беседовали с ним спокойно, а когда подтвердилось алиби, вывели его на крыльцо и сказали, что причастность к убийству не подтвердилась, он может быть свободен. По факту задержания Васильевой рассказали, что в тот день они встретили ее на дороге пьяной, она начала их оскорблять и сама их спровоцировала.

Приговор в отношении оперов еще не вступил в законную силу, наверняка и сторона обвинения, и потерпевшие подадут жалобу на пересмотр приговора.

Имена изменены, совпадения случайны.

^