09.01.2008
Можно понемногу выдыхать с облегчением. Марафонский забег подготовки к Новому году длиной в несколько месяцев можно считать завершенным. Остался Сагаалган, но это не столь кровопролитное событие. А вот Новый год — праздник суровый. Почти круглогодичный, если вдуматься. И вообще странный в последнее время.

Растяжимое понятие Новый год у нас стал вообще понятием очень растяжимым, к сожалению. По идее, это праздник одной ночи, нескольких часов. Очень сконцентрированный. Но разве на этом заработаешь? И отмечание старательно разбалтывается, размазывается на долгие месяцы. Например, приход 2008 года начался еще в сентябре 2007-го.

Как только стартовал учебный процесс, и были сняты рекламные баннеры школьных ярмарок, так сразу же их сменили призывы срочно закупать новогодние подарки. И понеслось... Скорее, скорее купите подарки, сделайте новогодние вклады в банки, поторопитесь с выбором нарядов. Как будто можно действительно не успеть приготовиться к смене последней цифры в номере года.

В этом году сработали на опережение и с оформлением городских улиц и площадей. Еще ноябрь не закончился, снег даже не успел лечь, и вообще повеять зимой, а у "Сагаан Морина" уже установили елку. Раньше других точек недели на две. Это безмолвный спор — кто первый? Тогда в этом году нам ждать елок уже в начале ноября? А через годдругой с сентября будем начинать украшаться?

Теперь вспомним, что европейская новогодняя символика у нас плавно вошла в список атрибутов Сагаалгана, практически вытеснив исконные традиции, и сохраняется в городе примерно до февраля. И это минимум, иногда елки вообще до марта доживают, были случаи — запраздновались, видимо. Хорошо, что не до мая, как в бородатом анекдоте.

Отмечать начали за месяц

Та же спешка в этом, точнее, конечно же, в минувшем году была с так называемыми "корпоративами", то есть походами в увеселительные заведения всем трудовым коллективом. Уже в начале декабря попасть в приличный ресторан или кафе, чтобы просто поужинать в хорошей компании, было невозможно: столики заказаны, мест нет.

Понятно, что всем организациям хочется отметить праздник, и не все успели вовремя забронировать места на самые последние числа декабря. Но, наверное, несколько странно отпраздновать наступление Нового года настолько заранее, а потом еще две недели работать в обычном режиме. Хотя, с другой стороны, выхода вроде как и не видится, ведь на отмечание праздника непосредственно на рабочем месте, как было когда-то, сейчас немногие согласятся.

Или вот еще предновогодние выставки-ярмарки. Точнее одна выставка, прошедшая в конце декабря. Вот чего может ожидать горожанин, увидевший плакат с надписью "Рождественская сказка"? Навскидку — рождественские ассоциации: конфеты, орехи, мандарины, хвоя, подарки, хлопушки, сюрпризы. Ну и так далее. То есть на выставке, названной "Рождественская сказка", ожидаются в ассортименте сласти, открытки, мишура-"дождики", елочные шарики и сами елки, книги со сказками, игрушки, фейерверки и далее по списку. Ан нет.

В целом выставочном зале Художественного музея хорошо если на пяти витринах были упакованные сладкие подарки. Еще два стеллажа — книги от "Учснаба" и Бурятского книжного издательства (во втором случае — весьма далекой от Новогодья тематики). Плюс витрина салона красоты. Остальное — монгольские фирмы и их одежда из "верблюжки". Свитер или тапочки — это хороший, конечно, подарок. Но к Рождеству-то он как относится?

Вернемся к праздничному оформлению города. Сколько разных мышей нарисовали советские художники-мультипликаторы! Начиная от многочисленных версий "Теремка" или "Курочки Рябы" и заканчивая колоритной парочкой из сериала про Леопольда. А уж сколько всевозможных мышей и крыс было создано для иллюстрирования детских книг — симпатичных, веселых, с разными характерами! Но нет.

Словно десятков лет советской мультипликации и книгоиздания и не бывало, а все их традиции канули в Лету. В Улан-Удэ с поздравительных и рекламных щитов на нас с прошлого года смотрят либо американские Микки Маус и Джерри, соперник кота Тома, либо появившаяся на киноэкранах лишь в прошлом году крыса Рататуй, либо вообще нарисованная на компьютере помесь мыши, крысы и, кажется, хомяка. Зубы точно от бобра достались. И взгляд у большинства зверьков странный — глаза у переносицы. А ведь наверняка тот, кто создал это "шедевр", получил за это деньги.

Выпускники школ искусств или студенты академии культуры изобразили бы карандашами и красками куда более праздничную и жизнеподобную мышь. И наверняка за меньшие деньги. В конце концов, к юбилею города ведь провели конкурс детских рисунков, и лучшими украсили улицы. По меньшей мере, детские рисунки естественнее мертвенных оттенков компьютерного изображения.

Традиции голодных лет

Отдельная тема — подарки. Понятно, идут распродажи, и людям трудно удержаться от желания сэкономить. Но каждый год покупатели забывают простейшую вещь: в большинстве случаев якобы скидки в реальности означают как раз поднятие цен. Если какая-то вещь стоит 100 рублей, то ее цену повышают на 20 рублей (без объявлений), а затем объявляют распродажу со скидкой в 10%. Посчитайте сами, насколько "упадет" цена после нехитрого и, в общем-то, не противоречащего закону арифметического фокуса.

И все-таки снова весь декабрь улан-удэнцы штурмовали торговые центры, хватая все от фенов до компьютеров. Подарки с каждым годом становятся все крупнее. Чтобы взрослых порадовать — кредитоваться нужно. И примерно до конца года долг отдавать. И детям презенты теперь вручаются нехилые. Раньше, например, детей было легко порадовать пистолетом с пистонами или куклой, умеющей говорить "ма-ма", то сейчас бюджетным подарком не обойтись, чтобы чадо не оказалось хуже всех в классе. Извольте самым маленьким — игрушечные компьютеры, а тем, кто постарше — и технику посерьезнее.

Но и это не остановило покупателей в лихорадочном скупании подарков. Как обычно, все отложили шопинг на распоследний момент, и в магазинах творилось страшное. Например, 30 декабря игрушечный отдел в "Центральном" был набит битком уже в 11 утра, и продавцы разрывались на части требованиями продемонстрировать действие той или иной игрушки. А вскоре после обеда, когда выспавшиеся горожане спохватились и ринулись за подарками, там, как в старые недобрые времена, выставили барьер и запускали по 20 человек в отдел. Не хватало разве что записей очереди химическим карандашом на рукаве.

Боевые действия развернулись опять в крупных торговых центрах. Площадки для парковки перед ними были забиты под завязку, горожане бросали свои авто даже на проезжей части. Уже к вечеру 30-го ситуация накалилась до того, что движение на многих участках превратилось в однополосное. А уж что внутри разных кеш-энд-керри происходило — трудно без содрогания вспомнить. Безумные очереди в каждую кассу, битвы за свободные тележки и корзинки, сметание с полок всего подряд, будто улан-удэнцы держат месячный жесткий пост и отъедаются в новогоднюю ночь про запас.

Вариант покупки впрок скорее смешон: уже первого января открылись продуктовые магазины — хоть хлеб свежий бери, хоть традиционного гонца снаряжай. А главное — вид мусорных свалок по дворах в первые дни года: горы пропавшей еды, оставшейся не съеденной и прокисшей. Ну и кому были нужны эти покупательские подвиги? Особенно с учетом того, что в маленьких магазинах можно было свободно купить все нужно и без толчеи. Страшное наследие прошлых лет. Как будто все мы войну пережили.

Сладкие подарки детям тоже удивляют. До сих пор в них упорно кладут и банан, и апельсин, и мандарины. Ну понятно, что в 80—90-е годы эти фрукты оказались страшным дефицитом, и было крупной удачей снабдить хоть одним из них кулек для малышей. Но сейчас-то, когда большинство детей и так периодически, слава богу, ест и бананы, и апельсины? Сильны традиции голодных прошлых лет, сильны. Но еще сильнее — желание обмануть потребителей.

В декабре полки в магазинах были забиты если не просроченным товаром, то с истекающим на днях сроком годности. Понятно, в расчете на спешку, суету, нехватку времени... Такой обман стал уже, к сожалению, привычным. А каково ребенку, открывшему коробочку с набором конфет и шоколадок, обнаружить, что половина из них "поседела", частями покрылась плесенью, а начинка скисла?

Волшебства все меньше

Единственное, пожалуй, приятное предновогоднее наблюдение в этот раз — острая нехватка в почтовых отделениях конвертов и упаковок для посылок. Значит, народ возвращается в эпистолярному жанру, шлет подарки не в виде денег переводом, а настоящие, и открытки — "живые", подписанные собственной рукой.

Главные символы Новогодья — Дед Мороз и Снегурочка — начали использоваться тоже заранее. Уже в середине декабря мало какое событие проходило без их участия, будь то открытие магазинов, спортивные праздники или рекламные ролики. Опять же ощущение праздника смазывается. Ладно взрослые, мы знаем суровую правду жизни, а вот дети? Ну самые маленькие, которые верят, что волшебный старик появляется с подарками только в новогоднюю полночь?

Каково им от мельтешения повсюду в течение нескольких недель самых разнообразных "дед-морозов"? И хорошо, если эту роль выполняют профессиональные актеры, умеющие работать с публикой. А то вот объявление в декабре было сделано оригинальное: "Требуются мужчина и женщина для работы Дедом Морозом и Снегурочкой". Просто и без изысков, важны лишь половые признаки. А как же сказка?

Как раз сказочного, волшебного, чего-то детского в Новогодье становится все меньше с каждым годом. И все чаще люди задаются вопросом: а где же оно, настроение нужное, правильное? Ну как где? Часть продали, а оставшееся размазали на несколько месяцев. Вот и весь секрет.

^