02.04.2008
О том, что Бурятия, помимо золота, вольфрама, молибдена, полиметаллов, угля, железной руды, богата еще и нефтью, знают немногие. Между тем, ее запасы в недрах республики оцениваются учеными почти в 800 миллионов тонн. Это приблизительно столько же, сколько было освоено Татарстаном за многие десятилетия добычи нефти. Прогнозируемые резервы нефти имеют под собой серьезное научное обоснование — Байкальский район давно считается потенциально нефтегазоносным бассейном. Тем не менее, осваивать эти огромные по объему запасы нефти никто не торопится.

Нефть нашли 200 лет назад

История изучения Байкальского региона на углеводородное сырье насчитывает более ста лет. Первые же проявления нефти были обнаружены в Забайкалье более двухсот лет назад. Поводом для начала исследований стали находки нефти в виде выступающих на воде Байкала пятен, которые, кстати, фиксируются и ныне.

Так, недавно гигантское пятно нефти диаметром около одного километра, поднявшееся со дна Байкала, было отмечено в Чивыркуйском заливе близ Усть-Баргузина. Кроме того, отмечались и другие находки, в частности, битума, образующегося из нефти при ее окислении. Месторождение озокерита (горной породы из группы нефтяных битумов) было открыто в дельте Селенги еще в 1908 году.

Первые работы по поиску нефти в республике были начаты еще до революции, а завершены в тридцатые годы прошлого века. Поисками нефтяных месторождений занимались местные купцы, которые создали для этой цели акционерное общество. Научного обоснования их поиски, естественно, не имели, купцы ориентировались большей частью на прямые находки — битум или капли нефти.

Активные разработки месторождений нефти были продолжены в 50—60-е годы, но когда открыли нефтяные месторождения в Тюмени, разведку нефти в Бурятии прекратили. Между тем, нефтяные битумы были обнаружены геологами тогда во всех впадинах Бурятии — в Усть-Селенгинской, Баргузинской, Еравнинской.

Прогнозно-поисковые работы были приостановлены на многие годы, и только в последнее время поисками нефти вновь занялись. Сегодня на Баргузинской впадине одна из частных организаций, на собственные деньги выкупив лицензию, начала работы по разведке нефти. А средства на поиски углеводородного сырья требуются немалые — только одна скважина, в зависимости от глубины, стоит от 20 и 70 миллионов, а на первоначальный этап работ требуется как минимум один миллиард рублей.

Потому практически никто из предпринимателей не осмеливается вложить в разведку столь крупную сумму, опасаясь прогореть, не найдя нефти. Между тем, если сделать необходимое теоретическое обоснование разработкам, найти инвестора и взяться за дело, Бурятия вполне могла бы стать одной из серьезных сырьевых баз страны.

Главный научный сотрудник Геологического института Сибирского отделения Академии наук, доктор геолого-минералогических наук Александр Татаринов уже много лет занимается исследованиями в этой области. Вместе с коллегами он разработал программу поисковых работ на нефть и газ в Забайкалье на 2008—2012 годы. Осенью прошлого года доклад об этом сотрудники института сделали на Международной научно-практической конференции в Татарстане, где получили положительную оценку своей работы.

Бурить следует не впадины, а горы

Для того чтобы месторождение нефти возникло, необходимо два обязательных условия. На разрабатываемом участке впадин должна быть пористая порода, иначе говоря, коллектор (его роль обычно выполняют песчаники), а над ней обязательно должна быть покрышка — глинистый мощный слой или слой многолетней мерзлой породы, которая бы не дала нефти мигрировать на поверхность, там окисляться и превращаться в битум.

Этим условиям отвечают лишь две впадины региона: глубокая (в пять километров) Усть-Селенгинская с глинистыми слоями в качестве покрышки и Чарская с покрышкой из мерзлой породы. Но первая находится у берегов Байкала, и ее разработка может не только нарушить природное равновесие, но и привести к дегазации вплоть до возникновения подвижек земли и мелких землетрясений, а вторая впадина, к сожалению, расположена у соседей в Иркутской области. Остальные впадины, к примеру, Еравнинская, Иволгинская, Баунтовская, более мелкие, в них мало глинистых покрышек и нет многолетних мерзлых покрышек.

Возникает вопрос — где же искать нефть, ведь процесс нефтеобразования на глубине не прекращается, нефть в регионе есть. На этот вопрос отвечает Александр Татаринов, который предлагает уже давно запатентованный в мире и активно используемый метод добычи нефти:

— Мы предлагаем не разбуривать наши впадины без покрышек, а бурить горы рядом с впадинами, — ученый рисует схему (впадина, а рядом — гора). — Покрышкой для нефти могут служить так называемые надвиговые зоны, состоящие из меланитов, которые лучше глины могут служить покрышкой для нефти. Получается, что месторождение может быть не во впадине, а под зоной гранитного шва.

Именно в поднадвиговой зоне открыты многие крупнейшие мировые месторождения нефти. Этот способ использовали и во Вьетнаме, и в Америке, где месторождение нефти обнаружили в Скалистых горах. Нефть теперь ищут не в глинах песчаника и в осадочных породах, а в кристаллических породах — в гранитах, в гнейсах. Поэтому, по мнению ученого, в Бурятии нужно изменить стратегию прогнозно-поисковых работ, что и предлагают сотрудники Геологического института.

Необходима поддержка государства

Тюменские нефтяные запасы уже исчерпываются, ведь это не бездонная бочка, и звездный час, казалось бы, должен пробить для Забайкалья, обеспечив черным золотом и Бурятию, и Читинскую область, да и весь Дальний Восток. Но все опять упирается в деньги, причем немалые.

— Инвесторы боятся вкладывать в разработку свои средства, — говорит Александр Татаринов. — Потому что нашим предпринимателям подавай все готовенькое, разведанное, на поиски они очень скупятся. По большому счету, они готовы работать только для себя, и судьба региона их мало волнует.

По объемам ожидаемые приблизительные объемы ресурсов составляют 800 миллионов тонн. А это приличные объемы. Кроме того, ведь это не только нефть, а еще и сопутствующий ей газ: нефтяная залежь, как правило, находится чуть ниже, а сверху — газовая шапка.

Этот рискованный этап прогнозно-поисковых работ частный капитал проходить не хочет. Вкладывать деньги в долговременные проекты наши предприниматели не желают. А вести прогнозно-поисковые работы, нацеленные в дальнейшем на многие годы добычи углеводородного сырья, просто необходимо.

— Нужна реализация наших прогнозных оценок, — с горечью говорит ученый. — Если бы правительство Бурятии заинтересовалось этим вопросом, взялось бы за поиски инвестора, наш институт сделал бы теоретическое обоснование возможных ресурсов нефти. Байкальский район давно считается потенциально нефтегазоносным бассейном, и тем не менее, никто ничего не делает в этом направлении. Думаю, сейчас самое время начать новый этап в поиске, освоении и добыче нефти, таящейся в глубинах наших недр.

^