07.05.2008
Новость, озвученная пресс-службой президента и правительства Бурятии, о появлении нового атамана Окружного казачьего общества "Верхнеудинское" в лице главы администрации Президента Бурятии Александра Ковалева стала, мягко говоря, большой неожиданностью. Вроде бы никаких причин, чтобы столь высокому чиновнику занять вдруг эту специфическую должность, нет. Но это случилось.
Казакам в новейшей истории Бурятии вообще не сильно везло. Еще в 90-е годы прошлого века не очень вменяемое руководство своими распрями, а также нагайками, крестами и другими атрибутами низвела идею воссоздания некогда великих дружин до потешности. Впоследствии республиканская власть, видимо, благоразумно пришла к выводу, что здесь все-таки не Кубань и казаков как политическую силу особо не выпячивала. Тем более, что и сами местные казаки оказались сообществом "себе на уме". И большую часть времени они проводили в собственных местечковых разбирательствах "кто кого круче".

С точки зрения влияния на текущие политические и уж тем паче экономические процессы, казачество малозаметно на республиканском уровне. Гордо кричать о своей принадлежности к казакам ни в коридорах власти, ни среди населения как-то не принято — нет такой целесообразности.

Тогда зачем Александру Ковалеву — человеку, создающему и отвечающему за политические процессы в Бурятии, этот маловразумительный ресурс, не совсем ясно. В качестве электората рассматривать его вряд ли стоит, да и каких-либо значимых выборов в ближайшее время в Бурятии не предвидится. А поселенческие выборы в октябре совсем не того уровня, чтобы г-н Ковалев предпринимал ради них столь необычные и личные карьерные решения.

Казачество могло бы нести пользу в поселениях, в качестве силовых общественных структур, и это на сегодняшний день единственный потенциал, которым оно обладает. Но реализовать его, обозначить пределы компетенции казаков и приказать не "бодаться между собой" у всех на виду республиканской власти можно было бы и без вступлений в должность.

Вполне, впрочем, вероятно, что Александр Ковалев своим вступлением в должность предотвратил продолжение традиции местного казачества иметь у себя малопонятное нестабильное руководство. Возможно, по его мнению, командовать вооруженными хотя бы символическими шашками и нагайками людьми должны более вменяемые управленцы.

Справедливости ради надо отметить, что скандальные истории с руководством местных казаков проходили с завидной регулярностью на протяжении последних пятнадцати лет. И за обыкновенных людей, причисляющих себя к казакам, наблюдателям было действительно обидно. Нельзя исключить, что Александр Ковалев проникся личными симпатиями к местным невезучим на начальников казакам. Тогда честь ему и хвала. Но по аналогии, стоит ожидать от него таких же инициатив в отношении других почетных организаций вроде Совета ветеранов, где понятности не меньше. А что, на первый взгляд, у Александра Ковалева оснований стать главой Совета ветеранов примерно столько же, как в обсуждаемом случае. Это, разумеется, шутка.

Как показала практика, сам Александр Ковалев не склонен комментировать свои мысли и поступки публично, что логично и традиционно для глав администраций вплоть до федерального уровня. Поэтому действительные причины, побудившие его сделать столь брутальный кадровый поворот в своей жизни, видимо, останутся скрыты от наблюдателей. И остается только гадать, каким образом казачество будет существовать в новых для себя условиях и какую нишу в политических раскладах уготовил ему и себе глава Администрации.

^