24.06.2009
Полномочному представителю президента России в Сибирском Федеральном округе Анатолию Квашнину.
Выступить с открытым письмом нас вынудила нетерпимая обстановка, которая сложилась в Улан-Удэ по отношению к малому предпринимательству со стороны властных, контролирующих и надзирающих структур. Мы живем в России и поддерживаем политику государства, направленную на развитие малого предпринимательства.

Принципиально не хотим цитировать сейчас Дмитрия Медведева и Владимира Путина, дабы не ставить наших влиятельных оппонентов в и без того уже неловкое положение перед общественностью. Достаточно сказать, что в каждом ведомстве созданы комитеты и комиссии по профилактике коррупции и защите малого бизнеса. Местные чиновники от муниципалитета, прокуратуры, судов имеют указание: гласное, на уровне законов, и негласное, на уровне селекторных совещаний и публичных заявлений лидеров страны, помогать нашему сектору экономики. Но в результате в Москву идут положительные отчеты, а на месте происходят разборки с конкретными предпринимателями по своим, придуманным, законам.

К сожалению, приходится говорить именно так жестко, потому как объекты "Жасмин", "Стиль", "Шальная ложка" стали названиями нарицательными в коридорах местной власти из-за абсурдности предъявляемых обвинений. И там совсем не стесняются объяснить, кто из нас и в какой период "перешел дорогу" влиятельной структуре или персоне.

Вместо заявленной помощи, декларируемой на всех уровнях государственной власти, мы видим одни лишь претензии, желание "поставить на место" и непомерные частные амбиции чиновников. В результате ситуация доведена до крайности, когда во время экономического кризиса УланУдэ может лишиться сразу нескольких предприятий одновременно. Мы обанкротимся — вместо пополнения налогами местных бюджетов, а наши работники вступят в армию безработных.

Все это происходит из-за того, что городская земля, на которой расположены наши объекты, стала не предметом права, но способом давления на не угодных и не понравившихся бизнесменов. Когда нет возможности наказать конкретный малый бизнес по существу их деятельности, найти налоговых, санитарных, пожарных и других нарушений, то сразу на повестку дня выносится "земельный вопрос". Это удобно, ведь указать, что наши объекты поставлены в Улан-Удэ не по … *.-c, может одновременно сразу несколько государственных структур. Несовершенство действующего земельного законодательства толкуется в пользу власти непререкаемо. Конституционные права граждан умаляются.

Мы поставлены в унизительные условия, когда приходится доказывать, что строили наши объекты с разрешительными документами, ранее выданными законным путем. Объекты строились под контролем государства, в соответствии с законодательством по всей процедуре. Кафе "Шальная ложка" в Гостиных рядах, магазин "Стиль" на улице Ключевской, пристрой к жилому дому на проспекте Строителей — магазин "Жасмин" появились не неожиданно, за одну ночь, без ведома власти, но с согласия последней.

Нас объявляют злостными нарушителями закона не на стадии визирования архитектурно-планировочных решений и не на стадии оформления земельных участков в аренду, но когда объекты уже запущены в эксплуатацию. Мы по велению контрольных органов и решению судов, имея разрешительные документы на руках, в одночасье оказываемся "самовольщиками". В данный момент нас обязывают снести сооружения, в которые вложены миллионы рублей и где уже более двух лет работают сотни улан-удэнцев. Они приходят домой, смотрят телевизор, и им говорят о защите их интересов, их экономической безопасности в столь непростое время. С ними посредством коммуникаций разговаривают лидеры страны, партий и в результате они чувствуют себя обманутыми. Им нет повода доверять государству, когда их рабочее место могут снести всего лишь из-за амбиций некоторых влиятельных господ.

Каждый из нас, борясь в одиночку за свои права, думал, что только его постигла такая участь — бороться с непрофессионализмом и заведомым пристрастием бюрократических структур в отношении конкретного бизнеса. Но оказалась, что это тенденция. Объекты "Жасмин", "Стиль", "Шальная ложка" ликвидируются по четко выверенному лекалу. Пристрастно, поздним числом находится слабое место в юридических документах, не противозаконное, но спорное, и без тени сомнений запускается механизм объявления субъекта бизнеса самовольщиком. Учитывая, что российское законодательство до сих пор далеко от совершенства, трактовать его в пользу власти или заинтересованных персон не составляет особого труда.

Поодиночке противостоять слаженной машине, состоящей из нескольких, зачастую переплетенных между собой мощных властных структур Бурятии, у предпринимателя нет никакой возможности. Фактически в республике нет случаев, когда малый бизнес смог отстоять свои права и вышел победителем в схватках за свою собственность.

Обстановка в коллективах наших предприятий очень напряженная. Люди обеспокоены грядущей потерей рабочих мест. Один из коллективов — кафе "Шальная ложка" уже выходил с акцией протеста, но фактически это не привело к результату. Работники "Стиля" и "Жасмина" морально уже готовы к подобным акциям в рамках действующего законодательства. У нас, руководителей предприятий, остается все меньше аргументов объяснить нашим работникам, что все закончится благополучно, и им дадут возможность работать дальше.

В заключение добавим, что это не попытка шантажа, мы уважаем власть настолько, чтобы до этого не опускаться. Это попытка объяснить очевидное: бизнес в Бурятии живет по законам, далеким от цивилизованных, и наша ситуация — лишь верхушка "айсберга".

Андрей Козлов, совладелец кафе "Шальная ложка".

Олег Носов, владелец салона цветов "Жасмин".

Анна Васильева, совладелица торгового дома "Стиль".

^