20.02.2012
Написала я тут очередную «социальную» статью. На этот раз про детдом. Тот самый, в котором сироты вступились за своего директора, требуя его возращения. Во всей этой истории меня поразил один факт – госпожа Хабаркова откровенно заявила, что после того, как Коногоров (бывший директор детского дома на Верхней Березовке) повел себя так некрасиво: он якобы втянул в бунт своих воспитанников, речи о его возвращении не может быть ни при каких условиях.
Именно этим поступком он навсегда закрыл дорогу назад. Мол, это все неэтично и непедагогично, и потому таким не место среди нас и прочее и прочее. Втягивал иль нет кто-то кого-то в бунт - вопрос может быть и важный для кого-то. Но мне лично непонятно другое. Почему такие выводы делаются без участия самих воспитанников? Почему бы их самих вначале не спросить? А потом уже заявлять всем журналистам о «непедагогичности» своего подчиненного.  

А вдруг дети и вправду хотят сосуществовать именно с этим «неэтичным», «непедагогичным» директором? И ежели так, вероятно есть смысл усомниться, действительно ли этот человек столь «непедагогичен» и забыть об этике, эстетике и прочих формальностях и позволить ему быть рядом с теми, кто в нем нуждается?  


Зато активно идет работа в другом направлении. Эдакая подпольно-партизанская возня. Наш сайт атаковали анонимы с громкими никами «Я знаю все», «Сирота».

На основании сообщений наших новых осведомителей можно было бы написать страшнейший ужастик, после прочтения которого Хичкок бы точно выбросил пишущую машинку в окно и занялся садоводством. Как пишут под статьей в комментариях глубоко законспирированные «всезнайки», оказывается, злокозненный Коногоров во время работы в детдоме беспробудно пил на рабочем месте, мало того, в пьяном бреду избивал сирот, бегал за ними с настоящим охотничьим ружьем, не с каким-нибудь там тривиальным ножом, а с целым ружьем! После чего хладнокровно шел «пить и есть за счет сирот». И так каждый божий день.

Еще более откровенные рассказы об изнасилованиях, темных подвалах с цепями и чуть ли не со специальными приспособлениями для истязания детей администратору приходиться  постоянно забанивать, чтобы совсем уж не травмировать людям психику. Как бы между прочим, те же люди «рассказывают всю правду» о госпоже Хабарковой - самом лучшем руководителе, прекрасном, кристальной души и безграничной честности человеке.

Но и на этом история не закончилась. В самой редакции точно такой же флэш-моб. Телефоны раскалываются от звонков анонимов. Вот дословный разговор с одним из них:

- Здравствуйте. Хотела спросить. По вашей статье непонятно – такой хороший, такой хороший и вдруг уволили. За что – непонятно из статьи.

Корр.: Так сам вроде написал заявление. Его же никто не выгонял.

- Тогда второй вопрос. А чего он сейчас цепляется, вновь пришел и начал претензии предъявлять и хочет подать в суд на Хабаркову?

Корр.: Быть может, хочет вернуться на прежнюю работу, потому что любит детей?

- А да? Но мы-то его знаем. Мы его знаем этого человечка. От него можно все ожидать.!

Корр.: - В чем суть претензий, например? Поконкретнее говорите, пожалуйста.

- Я хочу, нет, мы хотим узнать. Шесть человек нас хочет узнать, за что его уволили!  

Корр.: Его никто не увольнял. Он сам уволился по собственному желанию.

- Вы ему верите в этом? Василиса, как вас по батюшке? Вы молодая да? Мы-то все немолодые. Я звоню вам, хотя, собственно, мне необязательно сильно-то звонить вам. Но просто из статьи-то непонятно.

Корр.: - Не могли бы Вы свой номер телефона оставить? Я так и не поняла, что вы хотели сообщить, донести до меня.

- Я все. Спросила два вопроса. Потому что из статьи нам непонятно. Нас много таких. К вам будут еще звонить шесть человек.

И, действительно. Спустя 10 минут, снова звонок. На этот раз звонившая представилась как «просто прохожая» и сообщила мне ни менее ценную информацию о том, что Коногоров бесчестный человек и они (кто «они» пояснено так и не было) возмущены тем, как я преподнесла материал. Однако рассказать про конкретные проступки экс-директора детдома женщина тоже почему-то не согласилась. На просьбу представиться или оставить свой телефон – реакция та же. Звонки анонимов продолжались еще час.

Вывод? Даже, не имея в наличии никакой логики, невозможно даже предположить, что все звонившие незнакомые друг другу люди, обычные читатели в праведном гневе, возмущенные неправдой, написанной в статье. Этот безвкусно и плохо организованный флэш-моб весьма дурно попахивает кое-чем другим. И по чьей просьбе создается этот эффект: «Нас много и мы все против», - очевидно.

А это уже совсем другая история. Точно такая же реакция была после того, как я написала статью про то, что происходит в интернате для престарелых на Мокрова. Тогда несколько несчастных старушек и даже людей в инвалидных колясках  автоматизированно доставили к нам в редакцию, чтобы доказать мне воочию, насколько я была неправа. Потом еще полгода по интернату суетливо бегали люди, собирающие подписи под опровержением статьи. Потом в довесок вышли в прессе одна за другой проплаченные статьи о том, что внутри интерната просто не жизнь, а малина.

Такая же ситуация сейчас и по Селенгинску. Там тоже до последнего времени упорно заявляли, что на самом деле график работы очень удобный и хороший, и что всем и все нравится, кроме кучки недовольных чудиков. Собирали и подписи под текстом, насколько всем хорошо и ладно живется на свете.

И каждый раз все это повторяется с завидным постоянством. Согласиться с тем, что внутри предприятия, учреждения, ведомства, и правда, что-то не так, никто даже не собирается.  Главное, сделать так, чтобы все, включая самого автора статей, вдруг поняли, что ошиблись, раскаялись и, в порыве раскаяния ушли жить в монастырь. Или на Колыму. А дальше пусть все идет, как было.

Словом, сценарий всегда один. Редакцию атакуют анонимы. Внутри учреждения собираются какие-то подписи, мол, что все-все-все не согласны с тем, что мы написали, дескать, на самом деле все совсем наоборот. Для кого, зачем собираются все эти многочисленные подписи, мне до сих пор, честно говоря, непонятно. Точно также как и вот такая неадекватная, какая-то истеричная реакция на критику.

Социальные комментарии Cackle
^