18.07.2012
Наводнение двадцатилетней давности может повториться с гораздо более серьезными последствиями

Это лето выдалось дождливым, что не может не радовать садоводов и огородников. У наших соседей в Монголии также получилось весьма влажное лето. Но «синхронные» дожди в Бурятии и Монголии, где находятся две трети Селенги, таят в себе не радостную угрозу. Именно по такому сценарию примерно раз в двадцать лет вполне смирная река, несущая свои воды в Байкал, становится опасной, разрушая привычный уклад жизни. 

Начало этой недели и вовсе началось с ливня, который обрушил сель на улице Трубачеева, заблокировав несколько автомобилей. Центр города и районы, близкие к Уде, как всегда, «поплыли». Мэр города Геннадий Айдаев, памятуя о трагическом наводнении на Кубани, решил подстраховаться и предупредил население о возможной катастрофе.

Действительно, Селенга за последние три недели существенно «выросла». Уже затоплены некоторые островки, которые обычно всегда остаются на поверхности. Но режим ЧС еще не введена. В ближайшее время, с 30 июля по 7 августа, городскими спасателями будут проведены командно-штабные учения.

река.jpg

Уровень воды в Селенге растёт последние 3 недели. Если дожди продолжаться, затопить может все новые торговые центры на Набережной. Фото Анны Огородник, июль 2012.

Раз в двадцать лет

За почти два десятилетия, прошедших с последнего крупного наводнения в Улан-Удэ, город кардинально изменился. Признанные тогда опасными для проживания Левый берег, низины Сотниково, район автовокзала, аэропорта, Бурвода и т.д. расстроились до невероятных размеров. Люди, гонимые безработицей из деревни, в поисках лучшей жизни, всеми путями, легально и нет, строят и ставят привезенные дома на затопляемых территориях пригорода. И власти мало что могут сделать в этой ситуации. Только предупредить.

В случае если Селенга выйдет из берегов, десятки тысяч людей окажутся в беде, и масштабы бедствия будут несопоставимы с тем, что было двадцать лет назад. Судя по не прекращающимся дождям в Бурятии и Монголии и неутешительному прогнозу погоды, ждать осталось недолго.

Молодое поколение, приехавшее из районов, вряд ли помнит, как в 1993 году большая часть Советского района Улан-Удэ превратилась в глубокий водоем, а люди передвигались на лодках спасателей или на специально введенной в город военной технике.

bronya11-1.jpg

Для спасения населения в 93 году в Улан-Удэ была введена военная техника

Стихия тогда коснулась не только Улан-Удэ, но и районов, по которым протекает Селенга. Переполненная дождями, как и сейчас, набухшая река сперва затопила приграничные районы: Кяхтинский, Джидинский, Селенгинский, Закаменский, Тарбагатайский, попутно наполняя менее крупные реки Джиду и Чикой, а потом пришла и в Улан-Удэ. Самый высокий уровень, который был зафиксирован в городе, - 4 метра.

Более 4,5 тысячи людей пришлось эвакуировать из зоны стихийного бедствия, пострадавших размещали в общежитиях вузов. На Левом берегу было организовано горячее питание, чай. В 1993 году еще не было МЧС, поэтому основную помощь оказывали военные из расположенных возле Улан-Удэ частей.

Всего же от воды, так или иначе, пострадало около 20 тысяч человек. Затопленными оказались 8250 жилых домов и более 9 тысяч дач и приусадебных участков. Не говоря уже о размытых дорогах, оборванных линиях передач, смытых мостах и тысячах гектаров уничтоженных сельхозугодий. О некоторых селах - Дэбэн, Шана, Енхор, Ехэ Цаган -- можно было догадываться по печным трубам, которые выглядывали из толщи воды в 4-5 метров. Улан-Удэ понес ущерб на 39 млрд рублей, что на пять миллиардов превысило бюджет города 1993 года.

Это был тяжелый год, если не сказать голодный, поэтому помощь из соседней Якутии и Москвы была очень кстати. Властями был учрежден специальный фонд помощи, куда желающие могли перечислять средства. Самое серьезной проблемой стало отсутствие жилья. Раньше не было технологий, по которым поселки возводятся за три месяца. Ветхие и шлакозаливные дома, не подлежащие восстановлению после потопа, надо было чем-то заменить. За счет средств социального обеспечения власти выдавали деньги на строительство.

Кроме этого головной болью стали сами жители затопленных домов. Многие не хотели эвакуироваться, боясь мародеров, рисковали жизнью. Это было начало девяностых, так что на Левом берегу часто раздавались выстрелы, даже были ранены боец ОМОН и моторист лодки, совершавшие патрулирование.

navodnenie.jpg

В августе 93-го власти Бурятии обратились к населению с просьбой предоставить имеющиеся частные лодки в распоряжение спасателей.

Газеты того времени писали, что, как и двадцать лет назад (в 1971 и 1973 гг.), город и республика оказались не готовы к паводку. Несмотря на то, что наводнения на Селенге происходят с заведомой периодичностью, каждый раз как первый.

- Мы тогда вели разговор по углублению русла реки, планировали дамбы, чтобы развернуть поток от города. Но сегодня я не вижу, чтобы что-то из задуманного в те годы было сделано, - говорит тогдашний председатель Улан-Удэнского горсовета, активно занимавшийся устранением последствий стихийного бедствия, Валерий Яковлев. – Мы не можем и тогда не могли заставлять людей не селиться в районах затопления, но спасать жизни, оберегать имущество и компенсировать ущерб обязаны. Я считаю, что это неправильно. Надо предупредить гражданина и зафиксировать на бумаге. Раз в двадцать лет, товарищ, ты будешь тонуть до ушей, это твое право, но перестраивать свой дом и постройки будешь только за свой счет.  

О строительстве дамбы и запрете строительства жилых домов на Левом берегу 20 лет назад говорил, например, Геннадий Айдаев, бывший в начале девяностых главой Советского района.

«Конечно, наводнения многому нас научили. Печальные уроки, что скрывать… Сегодня не разрешается строить на Левом берегу Селенги ни дачи, ни индивидуальные дома. Правда есть люди, которые занимаются этим самовольно. Конечно, чтобы решить проблему радикально, надо строить дамбу. Но сегодня это строительство выльется в миллиарды, которых у нас нет», - цитировала слова будущего градоначальника в августе 93-го газета «Правда Бурятии».

223626_131230710299308_7183899_n.jpg

Как мы видим, уроки прошлого так никого и ничему не научили. Ни власть, ни население. Несмотря на то, что времена изменились и город позволяет себе тратить миллионы на праздники и скульптуры, о строительстве дамбы никто после не заикался.

Ситуация с заиливанием Селенги и Уды возле Улан-Удэ обсуждалась давно, но Речной порт берет песчано-гравийной смеси столько, сколько ему нужно для бизнеса. Об углублении дна вспоминают в особых случаях.

Эффект неожиданности

Это лето запомнится наводнением на Кубани, которое унесло жизни 164 человек. Наводнение было быстрым и стремительным. Власти, знавшие о идущей воде, не успели предупредить жителей Крымска. Несмотря на то, что использовали современные средства оповещения – бегущую строку по телевидению и СМС-рассылку. Строку никто не увидел из-за отключения электричества, а СМС пришли на следующий день, когда было уже поздно.

Невозможность вовремя предупредить людей, а также неправильное расположение поселка на дне котловины сейчас называют основной причиной такого количества жертв, которых можно было избежать.

В 1993 году вода прибывала медленно, из-за степного рельефа Бурятии. До прихода в Улан-Удэ Селенга вовсю разливалась в Кяхте. Когда первый вал подошел к городу, у людей было время не только спастись самим, но даже спасти от порчи имущество, перетащив его на верхние этажи и крыши.

Тем не менее в тот раз хорошо сработала система оповещения. Почти в каждом доме было проводное радио. Автомобили с громкоговорителями курсировали по улицам. И, может, поэтому в городе не погиб ни один человек.

До сих пор в плане эвакуации города, наряду с современными системами оповещения, телевидением, радио и мобильной связью, значатся сирены с советских времен, которые сработают наверняка.

- Сирены расположены на крупных предприятиях, - говорит сотрудник пресс-службы мэрии Анна Матвеева. – ЗММК, авиазавод, ЛВРЗ, ВСЖД, аэропорт, железнодорожный вокзал, гормолзавод, Бурятмяспром, ТЭЦ и т.д., все вместе они охватят весь город в случае чрезвычайной ситуации. Кроме того, все автомобили с громкоговорителями будут курсировать по определенным маршрутам, информируя население.

Новые реалии 

Voda.jpg

В случае крупного наводнения под водой окажутся часть центра города, где недавно был построен новый стадион, начало улицы Трубачеева, а также многочисленные дачные посёлки на Левом берегу.

Однако даже в случае своевременного оповещения последствия современного наводнения в Улан-Удэ могут быть катастрофическими.

Во-первых, из-за экологии. Двадцать лет назад на берегу наших рек не было такого количества мусора, который в случае прихода большой воды разольется по всем улицам, включая содержимое выгребных ям бесчисленных дворов Левого берега и центральных улиц -- Смолина, Каландаришвили, Свердлова и т.д. Дальше грязная вода поплывет к Байкалу.

Водопровода на Левом берегу почти нет, все колодцы и скважины с питьевой водой окажутся затоплеными. Возникнет угроза заражения бактериями.

Эвакуировать пострадавших в общежития, как это было двадцать лет назад, будет невозможно, все общежития города даже летом заняты постоянными жильцами, арендующими комнаты. Новые времена, новые правила.

В прошлый паводок старый автовокзал на набережной был затоплен и закрыт. Сейчас же автовокзал, нисколько не заботясь, перенесли еще ближе к воде, чтобы уж наверняка. Рядом развернулся «Народный рынок» и амбициозная стройка ЗАО «Унга» с кинотеатрами и торговыми центрами. В случае разгула стихии это все окажется в воде.

Есть еще один объект, который также может пострадать от наводнения, недавно построенный «Центральный стадион». Он находится аккурат на том месте, где вода в 1993-м доходила до крыш старых домов. С красивым и дорогим покрытием стадиона в несколько миллионов придется проститься.

Евгения Балтатарова, «Номер один».

Социальные комментарии Cackle
^