07.11.2012
В столице Бурятии идут архитектурные преобразования, но центральные улицы - Смолина, Свердлова, Шмидта, Куйбышева и прочие - оставались не тронутыми цивилизацией. Мрачные переулки с дворовыми туалетами, переполненными фекалиями, разруха, бомжи и прочие асоциальные элементы. Принято решение их уничтожить.

«Он же памятник!»

Мэр Геннадий Айдаев предложил бороться с одноэтажным Улан-Удэ самым радикальным способом.

- Ни одного деревянного здания в Советском районе быть не должно, начиная сапоговаляльной фабрикой, - заявил он. Правда, мэр не уточнил, к какому году исчезнут деревянные строения, уродующие центр, ведь сделать это в одночасье вряд ли удастся.

Долгое время в народе бытовало мнение, что, как и в Иркутске, центр Улан-Удэ сплошь застроен памятниками культурного наследия, снести которые нельзя, так же как и перенести в музей за городом. Поэтому соседство с неблагоустроенными хибарами воспринималось как само собой разумеющееся. Памятники культурного наследия охраняются законом, и за снос можно получить срок по уголовной статье, примеры в том же Иркутске уже есть.

Содержать же эти памятники государство не спешит, так как большинство из них приватизированы и имеют хозяев. И хозяева в свою очередь не спешат вкладываться в реставрацию жилья. Оно им вообще не сильно надо. Получается замкнутый круг, разорвать который под силу лишь деньгам, причем очень большим деньгам.

Министр культуры Бурятии Тимур Цыбиков на недавнем завтраке с представителями СМИ рассказал о том, что, вопреки расхожему мнению, памятников культурного наследия в центре Улан-Удэ не так много. По улице Смолина их всего шесть.

- По улице Шмидта памятников нет, все можно отдавать под комплексную застройку. В основном памятники идут от Смолина кварталами улицы Куйбышева, Свердлова, Банзарова до Центрального рынка, - заявил он. - Эти дома-памятники превращены в безобразные буузные. С этим, конечно, нужно бороться. Глава республики поручил нам ужесточить работу с собственниками, вплоть до изъятия. Мы сейчас уже организовали работу, по квартирам обход ведем – по всем жильцам и всем собственникам.

Выяснился любопытный факт: центр-то не совсем исторический. Так почему его еще не снесли и не застроили современными зданиями? Местные предприниматели в один голос стонут, что в городе негде строиться, а цена за пятачок земли, прошедшей через кучу арендаторов и перекупщиков, становится баснословно высокой. Поэтому в Улан-Удэ неоправданно дорогие новостройки - квартиры и офисы, независимо от местоположения. 

Действительно, если выкупать землю без административного ресурса под какие-то социально значимые объекты, как в случае с домом Асташовых на развязке или с Центральным стадионом на улице Смолина и Свободы, то аппетиты домовладельцев превратят любую затею в коммерчески нерентабельную. Поэтому центр сильно не трогали. Что же происходит сейчас?

Нынешнюю активность республиканских и городских властей по преобразованию центра Улан-Удэ можно объяснить заключенными в сентябре инвестиционными соглашениями.
Во время Байкальского экономического форума с предпринимателями из России, Китая и Южной Кореи было подписано соглашений на небывалую для Бурятии сумму – 69 миллиардов рублей.

В правительстве республики заявили, что существенная часть этих инвестиций пойдет в центр города на строительство туристической инфраструктуры, гостиниц и развлекательных центров. Скорее всего, застройка центра будет идти на паритетных началах с государством, федеральными и республиканскими средствами. В этом случае расселение и снос ветхих домов пройдет менее болезненно.

Пока никто из власти не комментирует такое предположение. Официально в центре города всего лишь одна инвестиционная площадка - возле сапоговаляльной фабрики «Наран» на улице Борсоева площадью чуть меньше гектара. Куда пойдут корейские миллиарды, каков план эпохальной застройки, будет ли учтено мнение общественности, архитекторов и т.д., пока неизвестно.

  Евгения Балтатарова, «Номер один».

Социальные комментарии Cackle
^