06.03.2013
Отсутствие действенной поддержки оленеводов Бурятии и жителей Баунтовского района со стороны лиц, которые заявляли о таковой, уже не новость. Зато появляются прецеденты реальной помощи. Четверть миллиона рублей за пригон оленей в Бурятию и проведение Интернета в уже знаменитое село Россошино. Первые итоги пригляда заместителя председателя Совета эвенкийского народа России Владимира Мачехина на эвенками Бурятии.

Три года без оленей  

- Нам выделили государственную субсидию на покупку оленей, - комментирует председатель СРЭО «Тактыкан» Людмила Догончина. - Оленей-то мы закупили, но вывезти у нас никак не получалось, нет у нас собственных средств, прибыли никакой нет. Обращались ко всем, но нигде не получалось. Денег ни у администрации района, ни у соседней общины «Дылача» на перевозку не оказалось. Так олени уже третий год продолжали жить в Забайкалье. Как последний крик о помощи попросили Мачехина.
  У нас есть свои олени, но у нас в стаде одна кровь. Новых оленей мы хотели для смешения крови, чтобы потомство было здоровым. Ну, и для увеличения поголовья. Сейчас идет подготовка, обговариваем все.

«Собрание было в Багдарине, - рассказывает сам Владимир Мачехин. - Представитель «Тактыкана» обратилась ко мне с просьбой каким-то образом решить эту проблему. Почти три года оленей из Забайкальского края не могли доставить в Баунтовский район. Естественно, я пообещал помочь им». 

Сразу после этого председателем «Тактыкана» Людмилой Догончиной была подготовлена смета в размере двухсот тридцати семи тысяч рублей, которую Мачехин оплатил из средств племенного оленеводческого хозяйства «Орон» на Сахалине, председателем коего он является.

  Главная проблема местных жителей, которые не могут даже перевезти купленных оленей до дома, по мнению Владимира Мачехина, в отсутствии социально ответственной компании: «Нет нормального партнерства в виде некоего соглашения. Просто извлечение прибыли, отношение к людям наплевательское. И самое странное, наши лидеры, если их можно еще так называть, изо всех сил стараются защищать коммерческие интересы «Дылачи».

Похожая ситуация произошла и с Интернетом. Как поясняет Лариса Мурзакина, работник библиотеки села Россошино: 

- Министерство культуры закупило аппаратуру, компьютеры для подключения библиотеки к Интернету. А для того чтобы подключить оборудование к станции, нам сказали - изыскивайте свое финансирование в размере ста тридцати одной тысячи рублей. Ну, и когда Мачехин Владимир Владимирович был в Россошино, мы обратились к нему за помощью.

Статус для прикрытия  

Напомним, сам Владимир Мачехин впервые появился в Россошино драматичным образом. Во время пика конфликта с «Дылачей» в конце прошлого года он прибыл с визитом от Союза эвенкийского народа, чтобы лично проинспектировать события в Баунте. Как он сейчас вспоминает:

- Но больше всего поразили не сами просьбы – проблем у коренных народов хватает, а отношение к нему со стороны местных организаций, в том числе «Дылачи». Преподносили нам одну ситуацию, что ущемляются права эвенкийской общины, происходит якобы дискриминация эвенкийского народа, эвенков в Бурятии.

А когда я приехал непосредственно в Баунтовский район, там совершенно другая ситуация. Удручающая ситуация. Оказалось, что «Дылача» никакого отношения к эвенкам Баунтовского района не имеет, никаких традиционных промыслов не развивает, это обыкновенная ресурсодобывающая компания, которая прикрылась статусом эвенкийской общины.

«Что меня поразило, вроде нефрит там есть, Клондайк, как описывают СМИ, а в Россошино и непосредственно поблизости живут, как в средневековье. Лед выдалбливают прямо из реки кусками и складывают во дворах. Экологическая ситуация абсолютно ужасающая. Земля как перепаханное поле, как танкодром, в которую ее превратили все эти тягачи, вездеходы, тяжелая техника», вспоминает Владимир Мачехин.

  Действительно, «Номер один» уже описывал ситуацию в деревне Россошино, являющейся перевалочным пунктом для добытого нефрита. Местные жители не только ничего не увидели от тех миллиардов, которые ежедневно проплывают мимо них, но и не имеют права собирать камни в близлежащих лесах. А официально на приисках, по их словам, работают в основном приезжие. Отсюда валится и вся коренная экономика – оленеводство и социальная политика, в части того же доступа к Интернету.
 

Максим Шарапов, для «Номер один».

Социальные комментарии Cackle
^