17.07.2013
Вступление в ВТО и крупные торговые сети Улан-Удэ убивают фермерство
Вступление во Всемирную торговую организацию оборачивается для нашей республики самым драматичным образом. Дешевеющее импортное мясо грозит очистить прилавки улан-удэнских магазинов от продукции местных производителей, а саму республику - от ставших ненужными деревень.

Мясные короли наступают

В июле мясокомбинаты по всей республике должны были начать перерабатывать и отправлять мясо в Улан-Удэ. Но пока работа в большинстве из них продвигается медленно. «Мы работаем, но не в том объеме, в котором хотелось бы. Сегодня многие мясоперерабатывающие предприятия стоят», - говорит директор Петропавловского мясокомбината Владимир Хандуев.

Все дело в импортном мясе, которое постепенно заполняет прилавки магазинов. Не выдерживая конкуренции, местным производителям также приходится сбивать цену, работая себе в убыток. Такими оказываются результаты от вступления во Всемирную торговую организацию, от которой люди ждали доступные качественные автомобили, а получают некачественное импортное мясо.

Чиновники не устают повторять, что ВТО для нашей страны благо, а здоровая конкуренция сделает наших производителей сильнее. Позволим себе с ними не согласиться, такая конкуренция может привести только к одному – уничтожению последних остатков производства в деревне. Что повлечет за собой дальнейшее исчезновение сел, которые и так сокращаются быстрыми темпами.

Ведь ни у кого нет сомнения насчет того, что частные подворья Бурятии, держащие по две-три коровы, не могут конкурировать с мясными королями Бразилии, Уругвая или Аргентины. Кроме того, что там элементарно теплее, а предприятия крупнее, вскормленные на гормонах роста коровы в таких хозяйствах за год обретают желаемую массу. Сибирскому крестьянину, чтобы достичь такого же результата, нужно три года кормить скотину без всякой химии, готовить на зиму сено, строить и содержать теплые помещения, что обходится во много раз дороже, чем перевозка мяса через всю планету.

Ценовой натиск на восток

Бразильское мясо со всеми накрутками в нашей республике стоит 110-115 рублей за килограмм, тогда как мясокомбинаты в районах могут продавать минимум за сто тридцать рублей, при этом едва оставаясь на грани рентабельности. Естественно, они могут снизить закупочные цены на живых коров, что и предлагает сегодня сделать правительство, но это непременно скажется на благополучии селян.

«Нам предлагают снизить цены до 40-50 рублей за живой вес. Это закупочные цены 2004 года. Но это же жители нашего района. Цены на все растут, а на селе скот является единственным источником пополнения денежных средств у населения. Они возмущаются, как это понять. Мы тоже имеем совесть», - говорит Владимир Хандуев.

Для бурятских промышленников и сетевых магазинов, являющихся основными клиентами мясокомбинатов, становится выгоднее купить импортное мясо. Тогда они могут, закупив бразильское мясо дешевле, продавать его значительно дороже, как если бы оно было произведена в Бурятии. Этот парадокс отметил и директор мясокомбината: «В прошлом году мясо за 160 рублей брали, а в розницу оно стоило 270. Сегодня за 120-130 берут, но оно все равно 270 стоит, нисколько не падает цена».

Уничтожение мясного животноводства

Недавно директор компании «БМП-Агро» Александр Венедиктов на встрече с министром сельского хозяйства признался, что они ищут новые рынки закупа в Латинской Америке. При этом его предложение о поддержке собственного товаропроизводителя не нашло поддержки у министра сельского хозяйства России, который сослался на нормы ВТО, которые запрещают поддерживать свое село.

Эти самые нормы делают и так нелегкую жизнь на селе совсем тяжелой. Ни для кого не секрет, что на селе работы осталось мало, а все более или менее рентабельные производства давно уничтожены. Так, в предыдущие годы рынок почти полностью избавился от традиционного в республике овцеводства шерстяного направления, сократились до минимума производство молока и растениеводство.

Сегодня лишь по два-три предприятия в районах работают на полях, выращивая пшеницу. Но и они сокращают посевные площади из-за резко подорожавшего горючего, что тоже является своеобразным «приветом» от ВТО. Молоко большинство селян производят только для собственных нужд, сдавать его за деньги могут только жители пригородных районов.

«Контрольный выстрел»

В таких условиях содержание скота на мясо оставалось единственной возможностью товарного производства, за которые можно было получить нормальные деньги. Забив корову и сдав ее на мясо, жители могли подготовить ребенка к школе, заплатить за его обучение в вузе или расплатиться с долгами. Но сегодня дешевое парагвайское и бразильское мясо сбивает цены и на бурятское мясо.

Если к этому добавить стабильно растущие цены на электричество, продукты питания, ГСМ и потребительские товары, то становится очевидным, что уровень жизни бурятских фермеров снижается ускоряющимися темпами. «Самое страшное, что мы этим загубим свое животноводство. Люди перестанут держать скот. Мы уже успешно загубили производство шерсти, молока», - говорит Владимир Хандуев.

Разные ценники

Ситуацию частично могли бы исправить сами потребители, готовые купить пусть немножко дороже, но свое, местное мясо. Но они этого физически не могут сделать, потому что на ценниках в большинстве нет информации о месте происхождения продукта. Покупатель на рынке просто не знает, чье мясо он покупает – закаменское или бразильское. При этом независимо от страны происхождения мяса и закупочных цен, продается она по цене бурятского натурального продукта.

«Дело в том, что мы все еще не научились продавать свое мясо. Мясокомбинаты продают его, не позиционируя о том, что мясо произведено на местных пастбищах. У нас на рынках города появилось импортное мясо, покупатель видит мясо охлажденное, которое должно стоить гораздо дороже, чем импортное», - говорит начальник отдела пищевой и перерабатывающей промышленности минсельхоза Татьяна Полозова.

На товаре, по закону, должна быть информация о месте производства. Тогда у покупателей появилась бы возможность выбора. Есть надежда, что бурятские покупатели предпочтут все же местное мясо, нежели парагвайское, перевезенное через все широты в замороженном состоянии. К слову, раньше импортное мясо также ввозилось в Россию, но оно шло строго по квотам и только в перерабатывающую промышленность, а сегодня безвкусный импорт заполняет прилавки магазинов, рынок и закусочные.

Патриотизм горожан в помощь селу

«Этот вопрос мы поднимаем на уровне Роспотребнадзора и Управления ветеринарии. Происходит дезинформация покупателя. Любой уважающий себя продавец должен довести до потребителя полную информацию об изготовителе продукции», - говорит Татьяна Полозова. Как это происходит, например, с молочными продуктами. Покупатель при покупке сметаны в магазине обращает внимание, где оно произведено – в Улан-Удэ, Онохое или Иркутской области. И место производства имеет не меньшее значение при выборе продукта, чем цена.

Сейчас в министерстве принято решение о проверке соблюдения этой нормы, как сказала чиновник, «будут проводиться рейды в целях того, чтобы навести порядок в этом направлении». Тем не менее, по мнению Татьяны Полозовой, бурятские мясокомбинаты должны сами развивать маркетинг, продвижение именно своей продукции, позиционировать себя именно как производителей более качественного и экологически чистого мяса из районов.

«Мы пытаемся сподвигнуть наших товаропроизводителей, чтобы они начали рекламировать свою продукцию. Жизнь заставляет создавать маркетинговые службы, которые должны давать рекламу», - сказала Татьяна Полозова.

Кстати, это стало бы поводом для потребителей проявить свой патриотизм, покупая именно бурятское мясо и продукцию, сделанную из них. Только это сегодня поможет нашему селу выжить в условиях ВТО. Сегодня, когда окончательно стало ясно, что кроме самих жителей республики, никому больше нет дела до жизнеспособности бурятских сел и продовольственной безопасности республики.

Владимир Бадмаев, «Номер один».
Социальные комментарии Cackle
^