10.12.2013

Как и ожидалось, основная полемика на 3-й сессии разыгралась при обсуждении нового закона об образовании. Наиболее дискуссионный и острый вопрос возник при обсуждении 11-й статьи законопроекта о языках образования. В результате непривычно острой полемики депутаты согласились с предложением правительства Бурятии – рассмотреть вопрос о бурятском языке отдельно, после подготовки более выверенного варианта 11-й статьи.
Без эмоций не получилось 

По словам министра образования РБ Алдара Дамдинова, изначально в законе была прописана обязательность преподавания бурятского языка в школе. Но, как оказалось, это противоречило основному закону страны: «Существующая правовая ситуация не позволяет нам этого сделать на сегодня».

Поэтому самую острую, одиннадцатую, статью закона Алдар Дамдинов предложил рассмотреть отдельно от всего законопроекта на следующей сессии. 

«Хотел бы отметить, что данную статью нужно обсуждать в более спокойной обстановке, не на эмоциональном фоне, и с привлечением широкого круга экспертов и правовиков», - сказал он.

Предложение министра у части депутатов не нашло поддержки. Самыми непримиримыми противниками закона оказались коммунисты, которые обрушились с критикой на проект закона в целом. 

«Многие, может, не знают, что есть решение Конституционного суда РФ по этой теме. Государственные языки республики - это один из элементов конституционного статуса субъектов, которые определяются Конституцией РФ и республик», - дал старт дискуссии Аркадий Цыбиков.

По его мнению, преподавание на нескольких языках обусловлено также федеративным устройством Российской Федерации о равноправии и самоопределении народов: «Решение Конституционного суда предполагает изучение государственного языка в национальных школах в равных объемах и обязательно к применению на территории всей России».

Государственный подход 
 
«Наше министерство образования готовило этот законопроект довольно длительное время, и такое впечатление, что гора родила мышь. Мы должны понимать, что Республика Бурятия после утраты автономного статуса Агинского и Усть-Ордынского округов осталась единственной территорией, где можем что-то сделать. И глава республики на одной из последних сессий прошлого созыва четко определил свою позицию. Я думаю, Вячеслав Владимирович, надо четко объяснить политическую волю, ведь бурятский язык вымирает. Поэтому нужен государственный, комплексный подход», - обратился Аркадий Цыбиков к главе республики.

Его коллега по партии Екатерина Доржиева отметила, что закон совершенно сырой и принимать его в таком виде не нужно. 

«Закон об образовании имеет массу негатива со стороны народа и учительского сообщества. Бюджетные учреждения превращаются в коммерческие организации. Это неправильно», - сказала она.

Вопрос же с бурятским языком вообще удивил депутата. 

«Если в Республике Бурятии признаны два государственных языка, почему мы должны думать о том, как быть с бурятским языком? Должна быть четкая государственная политика о двух государственных языках», - заявила коммунист.

Торопиться нет смысла 

В качестве своеобразного ответа на негативные выпады Бато Семенов, поприветствовав своих коллег на бурятском языке, убежденно заявил, что не все поймут его в этом зале. 

«Наверное, не созданы условия для того, чтобы все услышали и поняли. Сегодня ситуация с бурятским языком очень напряженная. Здесь мы идем в противоречие с действующим законом 92-го года о языках, который мы принимали и который работает. И отдельные его главы, статьи не дают нам возможности принять закон об обязательном изучении бурятского языка», - сказал он.

Депутат согласился с министром, что нужно пока отложить принятие статьи о языках на следующую сессию: «Откладывание имеет смысл, потому что мы мало еще наработали в этом направлении. И торопиться в этом вопросе, я думаю, нет смысла». Впрочем, обсуждение «проблемной» статьи продолжалось.

Не только язык 

И это тем более странно, что инициатор закона предложил перенести его рассмотрение на следующую сессию. Лишь «справоросс» Сергей Мезенин выразил недоумение, что из всего массива нового закона об образовании депутатами обсуждается лишь отдельная проблема об изучении бурятского языка. 

«Никого не смущает, что выпала глава о мерах социальной поддержки педагогических работников, как мы будем выполнять федеральный закон об обеспечении бесплатными учебниками всех учащихся в школах, поддержка молодых специалистов, закрепление их на селе, поддержка талантливых педагогов», - перечислил он проблемы школ.

Тем не менее эсер также не смог пройти мимо вопроса о бурятском языке. «Нигде в населенных пунктах не ставили проблему, что запрещается или не изучается бурятский язык. Бурятский язык изучается, просто нужно создавать условия для его изучения. Ставили ведь вопросы о переиздании учебников, подготовке методической литературы, финансировании, подготовке кадров. Ведь 70 % школ изучают бурятский язык. Бурятский язык изучать нужно, но нужно и преодолевать те проблемы, которые есть. Понятие об обязательности в закон не пропишешь, все это понимают», - сказал он.

Поэтому формулировка 11 статьи, по словам Сергея Мезенина, является «грамотно выверенной». Напомним, одиннадцатая статья закона, из-за которого ломалось в тот день столько копий, гласит, что «в образовательных организациях, расположенных на территории Республики Бурятия, обеспечивается преподавание и изучение государственных языков республики».

Закон для людей 

В законе нет слов об обязательности бурятского языка, к чему стремились противники закона. 

«К вопросу об изучении бурятского языка надо подходить тонко, потому что сегодня создали такой ажиотаж! Не пошел бы обратный процесс – об отказе от изучения бурятского языка, потому что если мы пропишем норму, противоречащую Конституции, любой родитель в суде выиграет процесс», - предостерег Сергей Мезенин.

«Единоросс» Игорь Марковец в свою очередь бесхитростно заявил: 

«Я русский, всю жизнь прожил в Бурятии, и я полностью поддерживаю изучение бурятского языка в школах республики. Конечно, язык титульной нации надо обязательно изучать, это гордость наших детей, когда они будут ездить, разговаривать на бурятском языке, независимо от национальности», - то ли депутат призвал учеников, чтобы они выбирали бурятский язык для изучения, то ли своих коллег-депутатов, чтобы они поддержали закон об обязательности изучения бурятского языка.

В пространном выступлении Степана Калмыкова, в котором упоминались азиатские «тигры» и китайский профессор из Харбина, знающий русский язык, ректор БГУ выступил резко против переноса рассмотрения статьи. Иначе, по его словам, получается нонсенс – принятый закон об образовании, но без определения языка, на котором это образование должно вестись. 

«Мы же этот закон не для крупного рогатого скота принимаем», - заявил депутат, вызвав радостный и благодарный гул подуставших коллег.

Изменить Конституцию 

Оказалось все же, что это вопрос политический. Об этом откровенно заявил глава республики Вячеслав Наговицын, взявший слово после долгого молчания. Он сказал, что поддерживает изучение бурятского языка во всех школах: «Нам нужно сохранить свою самобытность, культуру, язык. Мы можем потерять язык, а, значит, и свою национальность». 

Но из-за того, что обязательное изучение бурятского языка в школах противоречит федеральному законодательству, глава предложил найти другие формулировки, для чего придется вносить изменения в Конституцию республики. 

«У нас создана комиссия, она будет усилена общественниками, депутатами и в первую очередь, юристами. Нужно будет грамотно сформулировать, чтобы не превращать этот вопрос в политиканство - когда на «ура» что-то приняли, а завтра получили протест от прокуратуры», - сказал Вячеслав Наговицын. 

Как оказалось, речь главы республики оказалась решающей. Большинством голосов депутаты поддержали позицию министерства образования, приняв закон без 11-й статьи. Как видно, баталии вокруг языка еще продолжатся. 

Владимир Бадмаев, «Номер один».

Социальные комментарии Cackle
^