05.02.2014
Новая история многострадального предприятия может закончиться, как старая
Судьба «Бурятмяспрома» напрямую зависит от ситуации в Россельхозбанке, который, по сути, уже много лет является его настоящим владельцем и основным распорядителем. А дела в этом банке сегодня идут не лучшим образом. «Номер один» попытался спрогнозировать несколько вариантов дальнейшего развития ситуации с «Бурятмяспромом», и какими последствиями это грозит Бурятии. 

Погрязли в судах

В том, что у крупнейшего мясоперерабатывающего завода Бурятии имеются проблемы, уже не сомневается никто. Количество громких судебных разбирательств вокруг модернизованного только в 2011 году комплекса уже превысило все «нормы» финансово и репутационно здорового предприятия. Компании, выступавшие подрядчиками на строительстве нового комплекса стоимостью в 1,6 миллиарда рублей, один за другим предъявляют претензии по оплате своих услуг. 

Так, в начале 2014 года иск почти в 50 миллионов выиграла ангарская компания ЗАО «Стальконструкция» в арбитражном суде первой инстанции. На очереди еще несколько крупных фирм, таких как новгородский «Атриум», сумма претензий только новгородчан, монтировавших систему газоснабжения на предприятии, превышает 20 миллионов. 

Сам «Бурятмяспром» также не сидит без дела и один за другим подает встречные иски. Сегодня в Арбитражном суде Бурятии компания требует более 50 миллионов рублей. Однако в основном иски проигрывает. Так, например, недавно компания требовала почти полтора миллиона со строителей, написавших открытое письмо в СМИ и различные инстанции, в котором они обвиняют руководство «Бурятмяспрома» в невыполнении своих обязательств, нецелевом использовании или «отмывании» денег Россельхозбанка и общей недобросовестности. Иск был подан и на СМИ, опубликовавшие данное письмо. Арбитражный суд Бурятии поддержал строителей и журналистов, в удовлетворении иска «Бурятмяспрому» было отказано. Однако, судя по всему, компания готова идти до конца, затягивая до бесконечности судебные разбирательства, выплачивая внушительные, с шестью нолями, гонорары своим адвокатам.

Трудно понять, что движет нынешним руководством «Бурятмяспрома». Почему обновленное предприятие, получившее от Россельхозбанка и финансовую и моральную поддержку, то есть полный карт–бланш на развитие, запнулось на самой первой ступени и  не может спокойно начать работу?

История повторяется 

Как ни странно, но нынешние события до боли знакомы. В конце прошлого десятилетия состоялось эпичное банкротство ОАО «Бурятмясопром». «Номер один» не раз подробно описывал возможные коррупционные схемы, которые в конце–концов привели бурятского гиганта к краху.  

Нынешняя модернизация производства не первая, по крайней мере, на бумаге. Под предлогом «спасения» в ОАО «Бурятмяспопром» в течение нескольких лет перед банкротством закачивались миллиарды, и судя по тому, что «пациенту» такая терапия совсем не помогала, большая часть этих средств была выведена заинтересованными лицами.  То есть наш завод, некогда гордость советской республики, стал «банно–прачечным комбинатом». Основным спонсором этого праздника жизни был Россельхозбанк, который со времени своего основания, в начале нулевых, оказывал особое внимание бурятскому мясоперерабатывающему заводу, и почему–то «лишних» вопросов типа «а куда у нас уходят деньги?» не задавал. 

Ко времени банкротства ОАО «Бурятмясопром» уже со всеми потрохами принадлежало банку, новое ООО «Бурятмяспром» создавалось им же, не говоря уже о назначении нового руководства. Официально ООО «Бурятмяспром» выкупило мощности (помещения и оборудование) завода у Россельхозбанка, однако вряд ли это были живые деньги, скорее всего, завод куплен в кредит, выданный тем же Россельхозбанком. Не исключено, что новым предприятием планировалось управлять по старым «прачечным» схемам, то есть без конца кредитовать предприятие и не очень придирчиво смотреть за тем, куда уходят деньги. Но что–то пошло не так. 

Аграрная корпорация 

Нынешние проблемы и невнятная логика действий «Бурятмяспрома» могут быть связаны с непростой ситуацией вокруг самого Россельхозбанка. При том что этот банк является одним из самых крупных в России по величине филиальной сети, количеству выданных кредитов и капитализации в 200 с лишним миллиардов рублей, финансовые показатели у него изначально были не на высоте. 

Сам аграрный банк на критику отвечает просто, социальная направленность банка и  высокие риски сельскохозяйственного сектора не позволяют выходить на коммерческую прибыльность, как другим банкам. Однако в правительстве с этим явно не согласны, так как еще в 2010 году банк был поставлен в план приватизации, которая должна была завершиться в 2013–м. Основной целью приватизации и дальнейшей продажи 100-проценьной доли государства является попытка оздоровить Россельхозбанк и вывести его на полагающиеся ему позиции. Что можно воспринимать как попытку покончить с коррупцией и халатным отношением к государственным деньгам, потому что иначе там ситуацию объяснить нечем. Ежегодно из бюджета страны в капитализацию банка закачиваются астрономические суммы, только в 2012 году докапитализация составила 40 млрд рублей, в 2013 - еще 30 млрд, за пять лет в банк было нашпиговано более 100 млрд рублей. Что потом происходит с этими деньгами, никто не знает, в любом случае списание убытков на неурожай и плохую погоду звучат все чаще.

Докапитализация равная или превышающая сумму выданных кредитов – основное требование Центробанка России, чтобы обезопасить систему от краха. Однако если обычные банки восполняют собственную капитализацию с доходов, Россельхозбанк капитализируется из бюджета, потому что доходов там почти нет. С каждым годом это требование все труднее исполнять, и кризисный 2014 год может стать переломным в судьбе банка. 

Однако за три года желающих купить госбанк как–то не нашлось. Более того, директор Россельхозбанка, сын секретаря Госбезопасности Николая Патрушева Дмитрий Патрушев попросил правительство не приватизировать банк, а сделать из него нечто диаметрально противоположное – госкорпорацию.  Такое решение позволило бы банку уйти в еще большую тень, так как по закону  финансовая информация о госкорпорациях не подлежит раскрытию,  их не проверяет Счетная палата, им не обязательно следовать нормативам ЦБ.  Однако в Кремле такой вариант сочли неприемлемым, значит, курс на приватизацию и финансовое оздоровление сохранится. 

Другой вопрос, что делать сейчас. Деньги для этого «постоянно голодного монстра» не были запланированы, так как в правительстве надеялись его продать. Что будет с десятками  сельскохозяйственных и промышленных предприятий по всей стране, которые когда–то отошли Россельхозбанку за долги? В некоторые из них уже вложены миллиарды, и без постоянной подпитки все они просто развалятся. И наш «Бурятмяспром» в их числе. 

Бурятию не зацепит

Вероятное банкротство «Бурятмяспрома», о котором сейчас так много говорят, мало затронет республику, кроме тех, кому предприятие непосредственно должно денег. Завод, который имеет военный заказ. вряд ли кто–то осмелится остановить, банкротство просто спишет все долги и предприятие опять официально перейдет к Россельхозбанку. И волки сыты и овцы целы. 

Однако прогноз в отношении «Бурятмяспрома» не может быть точным в силу многих причин. Во–первых, оборонный заказ – дело закрытое, об объемах и долгосрочности контракта можно судить весьма опосредованно, а юридическая форма ООО не позволяет посмотреть бухгалтерскую отчетность в открытом доступе. Но именно от объемов этого заказа сегодня зависит судьба предприятия, к сожалению, спрос гражданского населения на продукцию компании никогда не сможет покрыть затраты хотя бы в ноль. Если заказ достаточно хороший, предприятие сможет продержаться некоторое время и без вливаний Россельхозбанка , расплатится с долгами, не уходя на банкротство. Если нет, то нет. 

Причем вместе с населением со стороны увлекательную картину происходящего с «Бурятмяспромом» будут наблюдать и власти Бурятии, так как от них тут мало что зависит. Ну не станет тушенки или колбасы БМП на прилавках, ну не построят «Новый город» на мясокомбинате. Этого просто никто не заметит. 

 Евгения Балтатарова, «Номер один». 
Социальные комментарии Cackle
^