26.03.2014
Отставки министра природных ресурсов Баира Ангаева можно было избежать

Недавно бывший министр сам пролил свет на причины своего неожиданного ухода. Оказалось, что цена этому увольнению – 20 тысяч штрафа от УФАС за незначительные нарушения 94-ФЗ. Однако ситуация в правительстве настолько накалена, что даже малейший намек на уголовное преследование приводит к отставке. Второго высокопоставленного сидельца руководство Бурятии допустить не могло. 

Не виноватый я 

Недавно в интервью еженедельнику «Информ Полис» Баир Ангаев сообщил, что был оштрафован УФАС на 20 тысяч рублей.

«Официально - за нарушение ФЗ №94 о госзакупках, которое произошло при выполнении работ по параметризации так называемой «нефтяной линзы» - многотонного нефтяного загрязнения в районе Стеклозавода в Улан-Удэ», – сообщил Баир Ангаев.

В УФАС это подтвердили.

«Согласно закону о персональных данных мы не можем разглашать сведения о штрафах, наложенных на физические лица. Однако если Баир Ангаев сам вышел с этим в СМИ, то мы подтверждаем, да, действительно это имело место», - сообщили в пресс-службе ведомства.

Но только на факте штрафа опальный министр не остановился. Баир Ангаев полагает, что пострадал безвинно, выбирая наименьшее из зол. Штраф дали за нарушение закона при финансировании исследований подземного «бензинового озера» в районе Стеклозавода. В конце 80-х здесь было обнаружено гигантское загрязнение почвы нефтепродуктами. Откуда взялись под землей тысячи тонн бензина, установить так и не удалось. Однако понятно, что эти тысячи тонн нефтепродуктов когда-нибудь начнут поступать в Селенгу, а оттуда в озеро Байкал. На ликвидацию этого нефтяного озера государство выделило деньги. 35 миллионов рублей на первый этап – изучение проблемы и подготовку проекта по ликвидации «нефтяной линзы». Но при расходовании этих средств «что-то пошло не так».

«Проблема возникла из-за того, что высокий уровень воды в Селенге не позволил сделать все анализы вовремя. Приборы могли работать только в сухих условиях. Поэтому я подписал соглашение о продлении работ, то есть о выполнении анализов… Я пошел на намеренное нарушение закона, то есть, как выразились в УФАС, я «гипотетически» нарушил права потенциально возможных претендентов на выполнение работ. Получается, что я для пользы дела, для сохранения Байкала, намеренно нарушил закон», - заявил Ангаев.

Почему бывший министр вынес на публику это незначительное событие, да еще и после отставки? Есть основания полагать, что из–за нефтяного озера на Стеклозаводе пострадал не только кошелек Ангаева, но и его высокопоставленная должность. Оттого обидней, что проступок не тянул на «уголовку», а увольнение все–таки состоялось.

Паника в рядах правительства

Напомним события того рокового для министра природных ресурсов дня – 10 февраля. Слухи о возможной отставке появились еще накануне. С утра об этом говорилось как о деле решенном, но без официального подтверждения. К обеду СМИ удалось связаться с самим министром и получить его комментарий, в котором он свою возможную отставку отрицал. Он предположил, что слухи о его уходе распространились после шутки на утренней планерке у главы республики. Ангаев имел неосторожность пошутить, что ротацию кадров начнем по алфавиту, при этом его фамилия в списках правительства стоит первой. Буквально через пару часов пресс-служба правительства сообщила об увольнении министра по собственному желанию. Вот так просто, без видимых причин. Однако мало кто знал, какая драма разыгралась в тот день.

«Проступок у министра был можно сказать обычный, так все делают, выбирают меньшее из зол, потому что 94-ФЗ не совершенен, особенно в нашем случае с загрязнением на Стеклозаводе. Скажу больше, он просто там не применим, - говорит наш источник в правительстве. – Штрафы министры в УФАС по представлению прокуратуры выплачивают очень часто, и этим никого не удивишь. Только в случае с Ангаевым сработал психологический фактор. Допустим, 9 февраля звонят из прокуратуры главе республики и говорят, что у него там по министру природы есть потенциальная «уголовка». Глава думает, консультируется. Все это время идут какие–то невнятные сливы в СМИ. Все подогревается, глава с утра читает новости и думает – «да ну его, лучше подстраховаться». В итоге получается, что зря. Конечно, Ангаеву сейчас обидно. Другой вопрос, кто из министерства дал наводку прокуратуре по тому госконтракту и в итоге спровоцировал отставку».

Проблемное нефтяное озеро 

Сегодня в конкурсе на вакантную должность министра природных ресурсов заявлено семь человек, в том числе и первый заместитель Ангаева, который сейчас исполняет его обязанности – Александр Лбов. Александр Валентинович непосредственно занимался сопровождением государственных контрактов с питерским ЗАО «Экопром», который исследовал и будет заниматься нейтрализацией вреда от нефтяного загрязнения Селенги. Только на исследование бюджет потратил около 35 миллионов рублей, на сами же работы предусмотрено около 170 миллионов вплоть до 2020 года.

Во время подготовки этого материала мы обратились к Александру Лбову за разъяснениями по данным госконтрактам, однако получили очень резкий ответ.

«Зачем вы вообще эту тему пишете? Сейчас понапишете, а мы на вас в суд подадим, знаем мы прекрасно, как это делается», – заявил Лбов в телефонном разговоре с корреспондентом.

Нервозность чиновника понять можно, на кону сегодня слишком большие ставки. А вопросов по ситуации с нефтяным озером и деньгами вокруг него не меньше. Так, например, независимых экологов смущает отсутствие отчета, который должен был быть обнародован по окончании исследования в 2013 году. До сих пор неизвестно, сколько тонн нефти находится под землей, в каком она состоянии и что вообще можно сделать.

Судя по техническому заданию ко второму госконтракту с «Экопромом», питерцы хотят поставить перехватывающий дренаж и построить на месте выделения нефти в Селенгу локальные очистные сооружения. О том, насколько эффективны такие меры, бурятские ученые затрудняются сказать, так как исходных данных нет никаких. Высказывают опасения и в «РЖД». Недавно в адрес экологов пришло письмо за подписью начальника слюдянской геобазы ВСЖД, в котором железнодорожники просили дать оценку последствиям при рекультивации территории, так как нефтяное озеро проходит аккурат под железнодорожными путями. Видимо, получить информацию не могут и они. Ни в министерстве природных ресурсов, ни в самой питерской компании комментировать ситуацию никто не хочет.

Экологи предполагают, что исследование выявило то, что ситуация гораздо хуже, чем предполагалось ранее. И 170 миллионов рублей на ликвидацию «нефтяной линзы» не хватит. Но по логике чиновников уже выделенные деньги надо как-то «освоить», хотя это и не принесет нужного результата.

Евгения Балтатарова, «Номер один».

Социальные комментарии Cackle
^