08.07.2014
Один из самых известных политологов России Олег Матвейчев в интервью «Номер один» объяснил, чем вызвано политическое обострение в республике, перспективы Вячеслава Наговицына в Бурятии и его политических оппонентов, и почему Кремлю нужен нынешний глава региона.
- Политическая ситуация в Бурятии стала более радикальной. Идет обострение политической борьбы, причем связана она не только с выборами в горсовет. Насколько ситуация в Бурятии отличается от других регионов?

- Я Бурятию знаю достаточно хорошо в плане понимания политических процессов, здесь происходящих. В прошлом году во время выборов в Народный Хурал я несколько раз посещал регион и знаю изнутри всю ситуацию.

Согласен с вами, что в последние месяцы политическая ситуация несколько обострилась. Не скажу, что она сильно отличается от других регионов страны, где также есть реальная конкуренция между элитами. Тем не менее в целом на сегодняшний день борьба между группами элит проходит острее.

- С чем это связано?

- При бывшем руководителе региона, Леониде Потапове, политический режим в Бурятии можно было бы назвать «авторитарно устойчивым». Вячеслав Наговицын - другой человек. Он многим политическим процессам разрешает быть. Он действительно позволяет оппозиции спокойно развиваться. И это отличает Бурятию от других регионов России. Такого терпимого отношения к оппозиции и к оппозиционным СМИ я в других регионах не припомню.

- Это минус или плюс для Вячеслава Наговицына?

- Я думаю, что скорее плюс. Вячеслав Наговицын выстроил систему, позволяющую держать регион в состоянии управляемости. А это главный критерий, по которому Кремль оценивает губернаторов. Если губернатор обеспечивает управляемость регионом, значит, он на своем месте. Второй критерий – лояльность Кремлю, и с этим никаких проблем нет. Также, впрочем, имеется и обратная поддержка действующего главы Бурятии из Москвы.

- Тогда неминуем вопрос о возможных досрочных выборах главы Бурятии, которых ждали…

- Президенту России необходимо укрепить вертикаль при резко усложнившейся геополитической обстановке. 2014 год очень удачный для выборов руководителей регионов из-за высокого рейтинга Владимира Путина. Добрая половина губернаторов может спокойно на фоне рейтинга Путина переизбраться без особых проблем. Безболезненные выборы легко прогнозируются и у Вячеслава Наговицына.

Почему Наговицын не подал заявление о досрочном прекращении полномочий? Я могу выдвигать в данном случае свои гипотезы, не лишенные оснований. Срок полномочий нынешнего срока истекают только в 2017 году. Вячеслав Наговицын был переназначен недавно, в 2012 году. На мой взгляд, выглядело бы немного странно, проработать два года и писать заявление об отставке.    

Кремль также учитывает фактор стабильности в регионе. Как бы оппозиция ни пыталась в последние месяцы показать обратное, но ситуация в Бурятии спокойная. Безусловно, все относительно, но если брать среднюю температуру по больнице, то в Бурятии градус социальной стабильности выше среднего. Бурятия считается в Кремле стабильным регионом.

Я думаю, что Вячеслав Владимирович спокойно доработает второй срок. Ну а далее как человек, который служит своему государству, своей родине, пойдет туда, куда ему прикажут. В этом смысле он солдат своей страны. Это его абсолютно искренняя позиция, и он об этом неоднократно заявлял. Надо будет остаться на третий срок – останется.

- Если все так спокойно, то почему политическая ситуация выглядит тревожной?

- Тревоги, пользуясь вашей терминологией, добавляет резко возросшая в последние месяцы активность одного из элитных кланов. Я не буду называть и персонализировать его, к тому же в Бурятии эту историю знают лучше меня. Бурятская оппозиция отличается подковерной формой политической борьбы. Основные решения принимаются на уровне кулуарных переговоров между людьми, за которыми есть электоральный капитал или властные позиции. Отсутствие прозрачности вселяет неуверенность. Но она мнимая, в кратко- и среднесрочной перспективе, на мой взгляд.

Оппозиции в Бурятии особо предложить некого и нечего. И ситуация, кстати, похожа на общероссийскую. Нет единого лидера, на кадровой скамейке у оппозиции мест немного. Люди, желающие думать далеко и играть в длинную, в том числе надеясь на посты в исполнительной власти, оппозицию выбирают крайне редко. Обычно это случается, когда не хватает мест на кадровой скамейке партии власти. Оппозиционные партии и группировки, как правило - второй эшелон, иногда и третий. И чем дальше эшелон, тем хуже качественный состав соискателей. Народ и элиты это прекрасно понимают.

- Тогда почему некоторые оппозиционные силы пытаются распространять слухи о рассмотрении Кремлем кандидатур на место Главы Бурятии?

- Это абсолютно стандартный типовой процесс. Просчитываются вопросы замещения тех или иных вакансий должностных лиц, в том числе уровня губернаторов и мэров. В спектре возможных кандидатур обязательно, подчеркиваю, должны быть представители оппозиции. Кремлю все равно на данный момент, какой партийности будет кандидат. Монопольное право «Единой России» занимать руководящие посты ушло. Ушло не потому, что центральная власть слаба, а наоборот, потому что сильна.

Также Кремлем рассматриваются кандидатуры, встроенные в местные властные структуры и оппонирующие местному губернатору. В этом случае главное - по каким критериям он оценивается, насколько он готов встраиваться в процесс укрепления государства. И если вся прежняя политическая деятельность его была направлена на расшатывание государственных устоев, то он не годится.

Что такое губернатор, в вашем случае - глава региона? По сути это объективация президента России. И когда кто-то предвзято, необъективно начинает дискредитировать высшее должностное лицо региона, он попадает в политические аутсайдеры. Потому что это реально удар по государству. Оппозиция должна быть – и это ее право, это одна из основ демократического общества. Но если ты дискредитируешь свое государство, тогда не требуй себе место во власти. Никто тебе его не даст. Это жесткая позиция любого государственного руководителя, и я ее разделяю.

- Прогнозируете ли Вы усиление политической борьбы после выборов в горсовет, как это произошло по аналогии с хуральскими в прошлом году?

- После выборов в Хурал было обострение, потому что предстояли нынешние выборы. А поскольку после горсовета будут выборы только в Госдуму, и это все далеко по срокам, пока о них вряд ли кто-то всерьез размышляет в Бурятии. Я уверен, что после выборов мэра в Бурятии вся нынешняя истерия оппозиции затихнет.

Зачем вообще нужны выборы? Ведь, помимо народного волеизъявления, в выборы зашиты другие латентные смыслы. Одна из социальных функций выборов - это легитимизация правящих элитных групп. Если одна из групп выиграла выборы и у нее есть кредит народного доверия, то остальные должны спокойно к этому отнестись. То есть разойтись в стороны и не обижаться друг на друга.

- Следите за предвыборной борьбой в Улан-Удэнский горсовет?

- Я почитал некоторые региональные газеты. Риторика оппозиции, с которой она выходит к населению, кажется мне смешной. Обещать людям резкое снижение тарифов ЖКХ может человек, либо в этом не разбирающийся, либо мошенник. Это сделать невозможно, это не решает горсовет. И они это прекрасно понимают. Значит, оппозиционеры сознательно идут на такого рода манипулирование в надежде, что избиратели им поверят. В чем я сильно сомневаюсь.

За 20 лет российские граждане прошли хорошую политическую школу и стали критичнее ко всему относиться. Медвежьих углов, в плане легкого манипулирования населением, в стране больше не осталось. И такой факт должен всех нас радовать.

Беседовал Артем Самсонов, «Номер один».
Социальные комментарии Cackle
^