16.07.2014
Сейчас в Бурятии проживает уже 17 украинских семей беженцев. Семья Антипчук добралась до Бурятии на старенькой «копейке». Позади постоянные бомбежки, пулеметные очереди, неустроенная жизнь, постоянный страх перед завтрашним днем. Бросив все нажитое, Сергей и Ольга Антипчук предпочли покинуть родину, в первую очередь ради безопасности своих детей.
Войну не ждали

Сергей и Ольга только-только своим трудом добились того, чтобы начать жить достойно. Сергей раньше работал трактористом, потом пошел на завод. А пару лет назад они с женой открыли собственный маленький бизнес по установке пластиковых окон. Дело шло в гору. Сделали ремонт своего частного дома в селе Александровка. Зимой, когда спрос на новые окна спадал, Антипчуки активно занимались своим хозяйством: разводили кур, уток, продавали их на рынке. Работали на огороде, а недавно разбили еще и сад. Урожай уже начал поспевать. И в погребе остались все соленья-варенья. Но все, что было, пришлось в одночасье бросить. 

Продавать бизнес, дом – некому. Какой тут бизнес, когда люди живут на войне. Поэтому в дорогу Антипчуки собрались с минимальными личными сбережениями. Собрали только самые нужные вещи, погрузили в «копейку» и поехали в далекую Бурятию, где проживает их родственница. Теперь в незнакомой республике им придется строить свою жизнь заново, с чистого листа. 

Концлагерь для украинцев

Жить в селе Александровка, что находится под городом Славянск, в последнее время становилось все сложнее и сложнее. Школы, больницы, роддома, детские сады, магазины, - все в округе закрывалось. Передвигаться по родному селу и выезжать за его пределы стало небезопасно. Постепенно прекратили работать телевидение, радио, Интернет, телефонная связь. Работы тоже не было. Жизнь как будто остановилась. Когда Сергей Васильевич в очередной раз увидел, как с сопок летят огненные снаряды в их сторону, и почувствовал, что их дом буквально подпрыгивает при каждом взрыве, он решил, что хватит ждать неизвестно чего. Пора уезжать вместе с детьми и беременной женой подальше от такой жизни. Тем более, что уже ходили слухи, что выезжать за пределы страны с каждым днем становится все более и более сложно. 

- Чтобы проехать из Донецкой области в Харьковскую, у людей снимают отпечатки пальцев. Потом на карточке пишут твои данные и с этой трафареткой фотографируют. Как раньше в концлагерях. Я точно такие же фотографии видел, когда искал двоюродного деда, который погиб в концлагере. Еще преступников также снимают для картотеки. Поговаривают, что это делается для того, чтобы учет вести. Всех мужчин до 45 лет хотят вычислить и заставить воевать, - рассказывает Сергей Антипчук. 

До самого последнего дня и Сергей, и брат его жены Андрей каждый день ходили на работу. Несмотря на взрывы и выстрелы вокруг. Узнавали от знакомых об очередных жертвах. Были потрясены, когда погибли трое молодых парней-односельчан. Их жены стали вдовами, а дети - сиротами. Потом узнали о гибели 23-летней медсестры. Но по украинскому телевидению ни о чем таком не рассказывали. 

- Например, погибло 30 человек, а на украинском канале говорят, что ранен был один человек, а погибших вообще нет. Про многие вещи просто умалчивали. А по российскому каналу показывали правду. Потом ополченцы уничтожили телевышку, и украинское телевидение у нас вообще исчезло. Мы даже с облегчением восприняли это, потому что там нечего было смотреть, они искажали все, - говорит Сергей Антипчук. 

Мобильная связь работала очень плохо, чтобы уловить сигнал, приходилось бродить по селу. Но поговорить спокойно все равно не удавалось. По словам Сергея Васильевича, все телефонные разговоры явно прослушивались. 

- Разговариваешь об огороде, делах житейских – нормально все вроде. Как только начинаешь говорить о бомбежке или скажешь в трубку слово «Россия, сразу связь обрывается. Снова набираешь - и опять то же самое. Или нажимаешь на кнопку, чтобы закончить разговор, а не получается. В общем, все признаки того, что слушают всех, - рассказывают беженцы. 

Было и такое, что чета Антипчуков попадала под настоящий обстрел. 

- Ехали мы по дамбе с Олей. И тут посреди дамбы бабахнуло. Сразу нас оглушило, в ушах запищало. Взрыв был страшный. Жена в истерике кричала, я рванул с этого места по бездорожью в другую сторону, подальше от бомбежки, - вспоминает Сергей. 

Эхо войны

Чтобы как-то прокормить семью, Сергей и Ольга с утра ехали на рынок пытались продавать кур. Дети оставались дома одни. Когда начинались бомбежки, 14-летняя Аня пряталась с младшим братом в погребе. 

В Бурятии дети, наконец-то, почувствовали себя в безопасности. Правда, отголоски страшной военной жизни до сих пор дают о себе знать. 

- Конечно, у нас у всех страх остался какой-то пока еще. Где-то стукнет что-то или самолет полетит, то сразу думаешь, а вдруг опять начнут бомбить. Просто начинаешь сам себе говорить, что нет, тут такого не может быть. Но ребята все равно вздрагивают, боятся шума. Когда ехали по дороге уже в Бурятии, Марк увидел вдоль дороги бетонные блоки стоят (дорогу чинили) и испуганно спросил: «А что, и тут блок-посты есть, да?» Пришлось объяснять сыну, что все позади, больше никаких блок-постов, никакой войны он никогда не увидит, - рассказывает глава семьи Сергей Антипчук. 

Помочь всем миром

Оказалось, что семья успела уехать вовремя. Уже в Бурятии Сергей и Ольга увидели по новостям, что трассу (коридор для беженцев), по которой они ехали, недавно разбомбили полностью. На стареньких «Жигулях», выбирая безопасные объездные пути, семье пришлось проехать восемь тысяч километров. Ночевали прямо в машине. Денег ни на что не хватало. Но мир не без добрых людей. Водители, увидев украинские номера, без лишних слов вопросов скидывались и заправляли «копейку» за свой счет. Один водитель, увидев, что резина на стареньких «Жигулях» совсем плохая, молча отдал им свои колеса. 

Все удивлялись, как на такой старинной машине беженцам удалось проехать столько километров. Украинцы услышали много теплых слов поддержки в свой адрес. Многие спрашивали приезжих: «Как там сейчас? Что там происходит на Украине?» 

Попав в Бурятию, Антипчуки тоже ощутили теплый прием. В Клюевке, где проживает родственница Ольги, семья пробыла недолго, работы в селе нет, поэтому решили остановиться в Селенгинске. Здесь им дали временное жилье. Больше всего им понравилось, что прямо напротив их нового пристанища развевается по ветру… украинский флаг. 

- Это нам сперва так показалось, что украинский флаг висит на здании медицинского колледжа. Потом пригляделись, оказалось, что это ваш, бурятский. Оказывается, они очень похожи, - улыбается Ольга Антипчук. 

После опубликования статьи о беженцах в районной газете сельчане стали помогать беженцам кто чем может. Неравнодушные люди приносят им молоко, продукты. Кто-то подарил шестилетнему Марку крошечного котенка, с которым он теперь никогда не расстается. 

Мы дома

На Украине остались родственники Сергея и Ольги. Бывает, что они спрашивают, мол, вернетесь ли вы обратно. На что супружеская чета уверенно отвечает: «Нет, мы уже дома». 

- Куда нам возвращаться? Там нет ничего. Все разгромлено, разрушено. Все предприятия, заводы. Когда все это наладится? Одному богу известно. Если там правительство, которое не может нас защитить, почему мы должны в этой стране? Родине мы не нужны. Назад у нас пути нет, - говорит Сергей Антипчук. 

Сергей и Ольга с болью рассказывают о том, что им пришлось пережить на родине. Но несмотря ни на что, унывать и падать духом семья не собирается. Да и некогда. Ольгу уже поставили на учет, примерно в октябре она должна родить еще одного сына. Маленький Марк впервые в жизни увидел Байкал, ему очень понравилось на новом месте. Мальчишка постоянно смеется и постепенно забывает, что такое война. Аня уже нашла в Селенгинске новых подруг, гуляет с ними и собирается в сентябре пойти в школу. Словом, жизнь продолжается.

- Настрой позитивный, конечно. Надо детей подымать. Жизнь продолжается, все нормально. В Бурятии люди добрые, заботливые, приняли нас хорошо. Если будет свое жилье, то больше нам ничего и не надо. А работа найдется всегда и везде. Так что будем жить, - подытоживает Сергей Васильевич. 

Василиса Шишкина, «Номер один»

P. S.
Сергей и Андрей готовы хоть сегодня начать работать. Сергею уже предложили вакансию при медицинском колледже. Однако без всех необходимых документов трудоустроиться где-либо пока невозможно. Какое-то время семье придется жить без средств к существованию. «Номер один» предлагает читателям помочь беженцам кто чем сможет, доказав свою гостеприимность на деле. В первую очередь речь идет, конечно же, о средствах на проживание. Деньги и вещи можно приносить к нам в редакцию, они будут переданы семье Антипчук. 
^