29.07.2016
Бесправные рабы для «Шрека»
Хозяин одного из предприятий Бурятии шесть лет наживался на мигрантах

Сгоревшие заживо люди, колючая проволока по периметру, жестокие надзиратели, десятки камер видеонаблюдения и угрозы расправы для «неугодных». Это не российская тюрьма середины 90-х и не сюжет триллера. Это наша реальность, когда людей в Бурятии практически держат в рабстве. Десятки несчастных пленниц и пленников вынуждены подчиняться жестоким хозяевам. Кто-то надевает это ярмо добровольно, за кусок черствого хлеба. А местные предприниматели с удовольствием пользуются этим.

Тюрьма для мигрантов

Недалеко от столицы Бурятии, в селе Турунтаево, расположен небольшой заводик по производству перчаток. Когда подходишь к предприятию, где трудолюбивые граждане стран бывшего СССР производят товар, замечаешь огромный забор и вышку, виднеющуюся вдалеке. Откуда-то с территории слышится яростный собачий лай. А по периметру – колючая проволока. За забором виднеются серые бетонные здания.

Еще печальнее картина, когда заходишь внутрь. Жилье – полная антисанитария, сырость, грязь. В маленьких комнатках, рассчитанных на два человека, едва могут поместиться трое, а порой и  четверо рабочих. На стенах плесень. На кроватях комковатые, отсыревшие матрасы. У стен холодильники, выпущенные, вероятно, лет 50 назад. Грязные как снаружи, так и изнутри. В чашках и салатницах нехитрая снедь – отварные макароны и картошка.

Двое жильцов мужчин – граждане одной из бывших союзных республик. Смотрят настороженно и немного виновато. На вопросы, все ли хорошо, кивают головой. 

– У нас все есть, – говорят они.

Все – это, вероятно, старый телевизор и осколок зеркала, в котором с трудом можно что-то разглядеть. Мужчины немногословны, а вот женщина быстро берет ситуацию в свои руки и начинает объяснять, что живут они здесь по собственной воле, работают. У всех за рубежом остались дети, которых нужно кормить.

Для того чтобы продемонстрировать «приличные» условия работы, она ведет в цеха. 
В темных, холодных помещениях из маленьких окон едва пробивается свет. По всему помещению расставлены небольшие швейные машинки, рядом грудами лежат злополучные перчатки. Представители Роспотребнадзора делают необходимые замеры и сразу выносят вердикт:  нормы нарушены – при таком освещении работать нельзя.

Но поражает даже не это. Внутри помещения стоят десятки камер видеонаблюдения. Изображение с них «уходит» в комнатку начальника, который внимательно следит за тем, чтобы никто из сотрудников не вздумал отдыхать.

– Мы работаем с восьми утра до девяти вечера. Обед еще есть, кто-то ходит на перекур. А если рабочий за день сошьет больше шести мешков перчаток, то он может уйти «домой». У нас не нарушены никакие нормативы по рабочему времени, – уверяет Фатима.
Девушка, вероятно, искренне уверена, что именно так и должно быть.

Только позже мы выясним, что милая, хрупкая брюнетка – одна из «надзирателей» для «рабов». Отсюда и искреннее желание рассказать о «хозяевах» только хорошее.

Долгожданная свобода

По данным МВД по Бурятии, проверки на предприятии проводились много раз. Но всегда, как только полицейские собирались «идти» с проверками, владельцы завода заранее начинали прятать работников в нелегальных «схронах». Вероятно, работала и система охраны, которая не позволяла людям пройти свободно на территорию завода.  

О том, что хозяева знали о проверках заранее, рассказали сами спасенные мигранты. Именно они отправили жалобу общественникам, уполномоченному по правам человека в Бурятии Юлии Жамбаловой и в республиканскую прокуратуру. 

Как выяснило следствие, их незаконно ввезли на территорию страны и удерживали как рабов. Их заставляли шить перчатки, и если они пытались отказаться от невыносимых условий и изъявляли желание покинуть завод, тут же сыпались угрозы вплоть до избиения.

Как полагается в классическом рабовладельческом строе, заработную плату им не выдавали. Мы задали вопрос о заработках тем, кто добровольно остался в общежитии на заводе. «Показания» были абсолютно разными. Кто-то говорил о сдельных 12 тысячах, а некоторые, боясь того, что они больше нигде не найдут работы, уверяли, что им платят 30 и 45 тысяч.

Кропотливая оперативная работа МВД, собранные по крупицам сведения дали свои результаты. В дело вмешались и сотрудники ФСБ, и республиканская прокуратура, которые передали материалы в Следственный комитет, где по итогам разбирательства возбудили уголовное дело по факту использования рабского труда.

Владельцев фабрики – брата и сестру – взяли под стражу. При этом брат официально занимает должность технолога. Не известно почему, но в Бурятии среди коллег по бизнесу к нему намертво приклеилось прозвище Шрек. Его сестра занимала должность управляющей производством. Выяснилось, что сотрудничали они с гражданкой Узбекистана, которая, вероятно, и помогала незаконным мигрантам обрести «работу мечты». Сейчас она ждет решения суда.

– На сегодняшний день двум из троих обвиняемых по делу суд избрал меру пресечения в виде заключения под стражу. Третья обвиняемая – гражданка Узбекистана – ждет решения суда по данному вопросу, – сообщает следователь. 

Вспомнить все

Предприятие по пошиву перчаток открылось в 2010 году. А спустя год там сгорело заживо несколько человек. Сообщение о пожаре в производственных помещениях поступило в дежурную часть Прибайкальского РОВД в ночь на 23 сентября. Первое подразделение прибыло на место пожара уже через две минуты. Горело двухэтажное производственное здание.

Потушить пожар было сложно. Помимо газовых баллонов, в здании находились огнеопасные лакокрасочные изделия, резина и лен, используемые при производстве перчаток. При этом противопожарный водоем на территории цеха отсутствовал. Тушение пожара продолжалось более суток.

А после того как все потушили, на месте нашли четыре трупа. По непроверенной информации, еще одну женщину так и не нашли.  В 2011 году на предприятии также работали гастарбайтеры из Средней Азии. Точного числа своих работников, которые могли находиться той ночью в помещении, собственник назвать не смог.

Из пояснений свидетелей следует, что в эксплуатацию здание введено не было, в помещениях производилась техническая и хозяйственная работа по отоплению и канализации. И тогда мигранты на заводе также работали незаконно.

К уголовной ответственности за пожар владельцев завода привлечь не сумели. Они же, в свою очередь, видимо, смекнув, чем им грозят подобные случаи, просто перерегистрировали свой бизнес в Иркутске. Чтобы местные надзорные органы не смогли доставлять им «неприятности».

Уполномоченный по правам человека в Бурятии Юлия Жамбалова, которая выезжала с проверкой на завод, говорит, что такое поведение со стороны бизнесменов просто неприемлемо.

– Такого в XXI веке быть просто не должно, – констатирует Юлия Валерьевна. – Это настоящее трудовое рабство. О каком цивилизованном обществе может идти речь, если такие факты имеют место? Тяжелые времена для бизнеса, кризис – это в данном случае не оправдание. Там живут и работают люди, и они имеют право на приемлемые условия труда, на достойную заработную плату. И здесь очень важна координация всех компетентных органов в целях исключения подобной практики.

Елена Медведева, «Номер один»
Фото: pixabay.com
Социальные комментарии Cackle
^