01.11.2017
Кадровый спектакль Алексея Цыденова
На посты министров заявились дети чиновников, фермеры, бухгалтеры и спасатели

Бурятское торжество демократии в самом разгаре. На так называемый открытый конкурс по отбору региональных министров заявилось больше сотни человек. Точнее, 118. Кто эти люди, зачем им министерский портфель и почему открытый конкурс не такой уж и открытый?

Министерский аншлаг

Прежде вспомним историю. В сентябре Бурятию осчастливила новость про избрание на должность главы Алексея Цыденова. По традиции новый руководитель региона уволил часть министров старой команды. Так сказать, обновление болота.

Но новых назначать не стал. Ибо прямой начальник Алексея Цыденова – Владимир Путин – намекнул губернаторам, что неплохо было бы, чтобы назначение министров проходило через открытые конкурсы.

И вот в Бурятии объявили кастинг. Вакантные места: министр культуры, министр спорта, министр здравоохранения, министр экономики и министр туризма. Сначала кандидаты должны прислать пакет документов (прием закончился 23 октября), после комиссия будет внимательно изучать эти документы на соответствие критериям отбора.

Прошедших первый фильтр ждет собеседование. Оставшихся после собеседования – тестирование. Своеобразный ЕГЭ для потенциальных министров на знание законов и прочего. В финале останется по два кандидата, кои предстанут перед главным судьей – Алексеем Цыденовым. Именно он будет решать, кому вручить вожделенный портфель.

В общем-то все понимали, что желающих занять пост министра полно. Но такого наплыва мало кто ожидал. На пять постов сбежалось 118 человек. Больше всего нашлось желающих поднять с колен бурятский туризм – 42 человека. Менее всего бурятский «истеблишмент» заинтересовала должность министра спорта. Видимо, потому, что поднимать особо нечего.

Замена Цыбикову

На место ушедшего по собственному желанию министра культуры Тимура Цыбикова претендуют 15 человек. Среди них: директора школ искусств, издательских домов, музеев, районных отделов культуры, частных компаний, представители педагогического сообщества местных вузов, артисты театров и другие.

Сразу два кандидата представляют Бурятский национальный театр песни и танца «Байкал», недавно увенчанный лаврами телешоу на федеральном канале. И ожидающий, когда у него, наконец, появится собственное здание. Это Эльвира Доржиева, заместитель директора по концертной деятельности, и Жаргал Жалсанов, художественный руководитель.

Зачем-то на эту должность претендует советник председателя Народного Хурала Александр Абидуев. Видимо, бурятский парламент не оставляет попыток нарастить влияние на правительство. Здесь же представительница Улан-Удэ, председатель комитета по культуре городской администрации Ирина Ковалева.

Также на пост министра выдвинулась генеральный директор ООО «Информполис» Соелма Дагаева.

Публика, как видим, разношерстная. Но все так или иначе имеют хоть какое-то отношение к культуре. Правда, большинство видело ее только под одним углом. И, соответственно, есть риск, что при неправильном выборе в культуре случится перекос в сторону какой-то одной сферы.

Иркутская атака

Примерно такая же ситуация с должностью министра здравоохранения. Ее штурмуют 19 человек. Среди них – управляющий Забайкальским региональным отделением фонда социального страхования Алексей Аников, директор ФОМС Бурятии Дамбинима Самбуев, директор медицинского колледжа Батор Будаев, целая охапка главврачей и их заместителей из всех концов Бурятии, и другие.

Среди заявившихся – глава администрации «Усть-Ордынское» Иркутской области Евгений Бардаханов. Видимо, ирутский чиновник поселкового уровня надеется, что в Бурятии совсем плохо с кадрами. Хотя опыт работы в сфере здравоохранения и научная степень по медицине у него имеются. Как, впрочем, у большинства заявившихся.

Вообще, на должность бурятского министра претендует много представителей других регионов. Хотя многие, судя по всему, с местными корнями. Например, Принлай Дармаев, главврач Московского лечебно-реабилитационного центра «Изумруд». Или врачи из поселков Новонукутский и Качуг, все той же Иркутской области. Или Павел Селиверстов, заведующий лабораторией клинической диагностики Иркутского научного центра хирургии и травматологии. В общем, иркутяне, видимо, твердо вознамерились занять в Бурятии министерское кресло.

Наследник «престола»

Претенденты на пост министра экономики – публика любопытная. Здесь представители бизнеса, банкиры, чиновники, ученые, младшие бизнес-аналитики, дети бывших министров.

К слову о детях. По традиции наследования трона, которая, к сожалению или к счастью, у нас давно не действует, на конкурс заявился некто Чингис Зандраевич Сангадиев, заместитель начальника отдела ЛИН-технологий и бережливого производства № 31 АО «Улан-Удэнский авиационный завод».

Казалось бы, на что надеется замначальника отдела? Но при внимательном взгляде на его фамилию и отчество становится понятно: Зандра Сангадиев, которого уволили с поста министра экономики, так просто не сдается.

Подкупает формулировка: «бережливого производства». Конечно, хочется, чтобы у власти стоял человек бережливый. Но не к собственным доходам, а к людям и экономике. Впрочем, вряд ли эта должность может охарактеризовать Чингиса Зандраевича как человека.

Пост министра экономики – второй по популярности. Сюда заявились ровно 30 человек. Помимо сына Зандры Сангадиева, на место в правительстве претендуют Алдар Бадмаев, известный экономист, участвовавший в разработке предвыборной экономической программы Алексея Цыденова «Бурятия – пути развития».

Сюда же заявились еще ряд ученых-экономистов. Не проигнорировали этот конкурс и муниципалы. Так, в битве за кресло поучаствуют руководитель районной администрации МО «Курумканский район» Леонид Будаев, глава Хоринского района Юрий Ширабдоржиев. И даже первый замглавы администрации Агинского района Дэлгэр Цыремпилов.

Удивляет количество банкиров: здесь представители «Росбанка», «Алеф-Банка», «Банка Москвы», «Российского Сельскохозяйственного банка». Есть даже управляющий отделением Национального банка Бурятии. И – как вишенка на торте – начальник отдела операций с драгоценными металлами и валютой ОАО АК «БайкалБанк».

Видимо все, кроме последней, собираются помогать дефицитному бюджету Бурятии рублем под определенный процент.

Штурмует пост министра и знакомый нам персонаж – Тимур Будаев, бессменный первый замминистра экономики Бурятии еще со времен Думновой. Он долгое время руководил инвестициями в республике. Насколько успешно – судить не нам.

Кому не лень

Ну, и самая многочисленная команда – это претенденты на пост министра по туризму. Эта должность, видимо, такая отдушина для тех, кто амбициозен, но не знает, куда себя пристроить. Здесь все – и начальник службы безопасности ООО «Бурятмяспром», и оперативный дежурный отдела МЧС, и аудитор «НК Роснефть», и депутат Кижингинского райсовета, и директор сети детсадов, и консультант центра бухучета и налогового права.

Здесь же – начальник отдела корпоративных и имущественных отношений авиазавода, начальник отдела правовой экспертизы администрации главы Бурятии, замдиректора благотворительного фонда, коммерческий директор крестьянско-фермерского хозяйства, бухгалтер складского учета «ГУ ЖКХ», замначальника отдела предупреждения учреждения по ГО и ЧС… Всех перечислять смысла нет.

Такое ощущение, что в народе бытует мнение: управлять туризмом может и уборщица. А что? Ввел курортный сбор, построил заборы на пляже, поставил биотуалет – вот тебе и туризм. Иначе как объяснить, что вся эта странная публика решила попробовать себя в этой роли?

Конечно, есть и претенденты, которые имеют непосредственное отношение к отрасли, опыт работы в туризме и так далее. Есть чиновники, работающие в туризме, полно предпринимателей, которые добились успеха в этой сфере. Но большинство из них все-таки не министерского уровня.

Что касается конкурса на министра спорта, видимо, отсутствие кандидатов вызвано тем, что бурятское министерство, во-первых, получает копейки из бюджета. Во-вторых, спорт у нас заключается в полуразрушенных сельских спортзалах, где они есть, и в отдельных победах отдельных спортсменов, к правительству прямого отношения не имеющих. То есть делить особо нечего, а за кризис рано или поздно придется отвечать.

Иллюзия открытости

Из всей этой армии жаждущих власти специальной комиссии придется выбрать лучших. Причем выбрать открыто. Однако до сих пор непонятно, что подразумевает термин «открытость» в данном случае. То, что заявиться может кто угодно? Так было и раньше. То, что публикуют списки претендентов? Этого явно мало.

До сих пор не опубликованы программы участников битвы за кресло. Не пахнет и общественным обсуждением кандидатур. Ведь открытость предполагает участие общественности и учет ее мнения.

Однако, судя по происходящему, так называемый открытый отбор рискует превратиться в очередную показуху, тогда как определять, кто сядет в кресла министров, будут кулуарные дяденьки за кулисами всего этого действа.

Впрочем, спектакль уже удался. Галочка напротив слова «открытый» поставлена, резонанс достигнут. Демократия восторжествовала, иллюзия возможностей из разряда «кто был никем, тот станет всем» создана.

Владимир Пашинюк, «Номер один»
Фото: пресс-служба главы Бурятии
Социальные комментарии Cackle
^