21.01.2019

Взгляд на проект Стратегии-2035

Экономика России переживает сложный период в своем развитии после глубокого кризиса 2008-2009 годов. За последние 10 лет (2008-2018) только четыре года – 2008, 2010, 2011 и 2012-й – были годами экономического роста. 2013-2014 годы ознаменовались стагнацией, которая переросла в 2015 году в рецессию (структурный кризис), все больше вбирая в себя признаки застоя советской экономики 80-х годов ХХ века. Общесистемная тенденция зеркально проецировалась на Республику Бурятия. «Сигнал действия» обусловил внесение корректив в методы управления экономической политики. Стратегические методы являются адекватным ответом на возникшие угрозы и вызовы времени. Значимость, сложность и ответственность управленческой инновации обусловила закрепление ее законом «О стратегическом планировании в Российской Федерации» от 28 июня 2014 г. №172-ФЗ.

С момента принятия закона прошло 4 года. Обстановка вокруг России с каждым днем становится все сложнее. И это, очевидно, не предел. Между тем не только от рядовых граждан, но и от руководителей разных сфер деятельности и уровня можно услышать, что «бредем мы неизвестно куда, без руля и ветрил». И это близко к истине. Принятые отраслевые, ведомственные, пространственные Стратегии разрознены и не увязаны не только между собой, но и с общими перспективами развития страны. О Стратегии развития страны до 2020 г. сейчас никто и не вспоминает. Стратегия развития Сибири действует до 2020 года, а Дальнего Востока – до 2025 года и т.д.

Точный и объективно критический анализ исполнения закона о Стратегическом планировании, разделяемой нами, дан госп. Штыровым В.А. с точек зрения производственника с солидным стажем, руководителя субъекта РФ и сенатора Совета Федерации в АиФ №16 от 18.04.2018 г. – «Зачем России Госплан?».

С нашей точки зрения, неорганизованность в исполнении закона, выразившееся в нарушении статьи 47 по срокам подготовки нормативных правовых актов и документов стратегического планирования, есть следствие неготовности государственной управленческой иерархии к переходу на новый, более высокий уровень качества управления.

В республике проект Стратегии-2035 прошел этап публичных обсуждений и находится в завершающей стадии согласований в федеральном центре. Появилась и реакция на документ со стороны журналистской общественности: как и должно быть с позиций критицизма (Газета «Номер один от 9 января 2019 г.).

Попытка письменной полемики с автором статьи не получилась. Дело в том, что стратегическая область человеческой деятельности довольно эксклюзивна, требует соответствующей подготовки и природного дара. Не зря говорят, что история человечества – это история великих людей, ставших таковыми благодаря способности мечтать и воплощать свои мечты в стратегии, а последние – в реальные дела. Поэтому в мировой истории имена стратегов единичны. Строгое следование определению «Стратегия» диктует умение выйти за пределы текущих дел, чтобы заглянуть за горизонт обыденности и найти единственно правильный «угол атаки» на ключевую проблему, решение которой позволит эффективно справиться с остальными. Сложность предмета подтверждает и сам текст закона о Стратегическом планировании. Усвоение его положений требует наличия базовой профессиональной подготовки, углубленного изучения с многократным повтором.

В отличие от программ, стратегия (по существу) представляет сверхзадачу, а если строже, то «гимн в прозе», призывающий к свершению великих дел. Поэтому прямоугольное мышление и дилетантизм – плохие помощники в формулировании стратегических задач и в их решении. Овладение методологией стратегирования, методикой стратегического планирования также является критично важным.

Хрестоматийным вопросом оппонентов стратегии является обычно следующий: «Зачем в условиях кризиса, неопределенности и дефицита ресурсов строить долгосрочную стратегию? Не лучше ли подготовить конкретные проекты и шаги действий?». Отвечаю афоризмом: богатого отличает от бедного то, что первый живет по плану, а второй под обстоятельствами.

Надо уметь мечтать. Приведу лишь два примера стран, умеющих мечтать и ставшими великими.

О мечте Америки Джеймс Траслоу Адамс изложил в книге «Эпос Америки» (The Epic America) в 1931 г., которая и в наши дни остается важным источником для понимания «американской мечты».

Китайская мечта «О великом возрождении Китайской нации», впервые была озвучена Си Цзиньпином в 2013 году: «Я твердо убежден, что к столетней годовщине основания Компартии Китая (2021 г.) неизбежно будет осуществлена задача создания общества средней зажиточности (сяокан). Ко времени 100-летия создания КНР  (2049 г.), несомненно, будет выполнена задача по созданию богатого и могущественного, демократического и цивилизованного, гармоничного и современного социалистического государства. Мечта о великом возрождении китайской нации непременно осуществится». Обе страны составляют 100-летний прогноз развития и вносят в него коррективы исходя из изменяющихся условий и тенденций.

Региональное многообразие России не отрицает, а предполагает, чтобы субъекты РФ также определяли «мечту» и отражали ее в своих стратегиях. Зададимся вопросом: какая мечта о будущем Республики Бурятии будет поддержана каждым жителем и может стать фактором единения народа для ее воплощения в жизнь? Безусловно человекоцентричная мечта, выражающаяся в росте уровня и качества жизни, достижении социального благополучия и чистоты экологической среды. Качество жизни – это не только благосостояние, но и привлекательность труда, его содержание и характер. Совершенно архаично в эпоху перехода на постиндустриальный технологический уклад держаться за природно-ресурсную экономику по схеме: изъял у природы продукт – продал – проел. Только курс на «мягкую», «умную»  силу экономики знаний позволит региону встроиться и быть конкурентоспособным в торгово-экономических цепочках международного разделения труда и. И это не фантазия и не пафос, а мечта. Эта мечта сопряжена также с трепетным отношением к нашей богатейшей природе с тем, чтобы Байкальский регион оставался донором человечества по питьевой воде и по кислороду. Чтобы «синее око» планеты, участок мирового природного наследия – озеро Байкал был для России не только важнейшим «стабилизационным фондом», в условиях нарастания вододефицита на планете, но и являлся экологическим, цивилизационным брендом, центром притяжения ученых, исследователей, творческой интеллигенции, креативно заточенных граждан всех профессий со всего мира.

Курс на устойчивое развитие Бурятии не имеет альтернативы и переходить на него нужно с мусорной реформы, с лесовосстановления, искоренения пережитков затратной, экологически вредной «коричневой» экономики, «озеленения» сознания народонаселения. За прошедшие четверть века лесной фонд Бурятии понес громадные потери. Официальные данные о 2,3 млрд. куб. метров древесины и о расчетной лесосеке в 8 млн. куб. метров не соответствует действительности. Необходима объективная ревизия для постановки на баланс истинных размеров. Но еще важнее ускоренное создание зональных лесопитомников интенсивного выращивания саженцев и проведение лесовосстановительных работ, так как нет другого пути для восстановления гидробаланса в водосборной зоне озера Байкал, которую представляет территория Бурятии. И в этом деле будет недальновидным замыкать данный вид деятельности только на Бурятию. Тот кто первый разовьет индустрию лесоводства, тот и займет конкурентные позиции рынков не только соседних регионов России, но и сопредельных стран, например Монголии и Китая, где наступлению пустыни Гоби на обжитые территории может воспрепятствовать только лесомелиорация. Какую крамолу здесь узрел автор критической статьи? Если у него есть другие, более реальные предложения встраивания нашей экономики в экономические коридоры Евразийского экономического союза, Шелкового пути Китая и Степного пути Монголии, то, как говорят украинцы, «ласково просим» в Стратегию.

Завершим тему целевой ориентации стратегии на устойчивое развитие, ее определением. Устойчивым является такое развитие, при котором нынешнее поколение людей удовлетворяет свои потребности, не подрывая природной основы и возможности удовлетворять потребности будущим поколениям.

Из определения следует еще один стратегический приоритет – построение экономики на возобновляемых ресурсах. Это сельское хозяйство, лесной комплекс, акваэкономика, базирующиеся на «зеленых» технологиях и методах, а также экономика знаний и сервисная экономика.

Минеральные и углеводородные природные ресурсы, в виду их невозобновляемости и исчерпаемости, будет мудрее оставить будущим поколениям.

На поступившие замечания и предложения министерств и ведомств Правительства России реакция должна быть объективной и созидательной. Любой документ, какого бы качества он не был, является объектом критических замечаний со стороны экспертов, тем более из вышестоящих структур. Их следует учесть. Но вместе с тем, и в вышестоящих органах управления специалисты обладают разным уровнем профессиональной компетенции. По поводу замечаний Минэкономразвития относительно содержания проекта Стратегии отошлем их к статье 32 закона о Стратегическом планировании, в котором сказано, что стратегия социально-экономического развития субъекта РФ содержит: оценку достигнутых целей социально-экономического развития; приоритеты, цели, задачи и направления социально-экономической политики; показатели достижения СЭР; сроки, этапы реализации стратегии; ожидаемые результаты. Проект стратегии выдержан в строгом соответствии с требованиями статьи 32. В отношении замечаний по упущениям в развитии отраслевых комплексов, внешних связей и т.д. Отвечаем, что конкретика прикладных направлений найдет отражение в государственных программах; схеме территориального планирования; плане мероприятий по реализации стратегии, а также в аналогичных документах стратегий муниципальных районов. Все они будут разрабатываться после принятия Народным Хуралом закона Республики Бурятия «О стратегии социально-экономического развития Республики Бурятия на период до 2035 года».

По существу замечание об отсутствии учета в стратегии Майского (2018 г.) Указа Президента РФ «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 г.». Документ определяет перспективу на 6 лет, ставит девять стратегических целей и предусматривает их выполнение с помощью 12 нацпроектов. В каждом из них свои цели с количественными показателями. Правительство РФ подсчитало средства достижения целей, вылившиеся в 215 трлн.руб. (450 млрд.$), т.е. по 75 млрд $ в расчете на год.

Премьер-министр Д.М. Медведев объявил, что объем финансирования нацпроектов на 2019-2021 годы составит 5,7 трлн.руб. Из этой суммы  1,3 трлн.руб. – это трансферты регионам из федерального бюджета. Об объемах и источниках финансирования на следующие 2022-2024 годы, на сегодня ничего не известно. А это – еще 22,3 трлн.руб. Таким образом, если стратегические цели Майского (2018 г.) указа определены на 6 лет, то горизонт бюджетного финансирования – только на 3 первых года. Вызывает вопрос и меры ответственности за исполнение указа. Например, в Майских (2012 г.) указах предусматривалось создание 25 млн. высокотехнологичных рабочих мест, доведение инвестиций до 27% в ВВП, средней продолжительности жизни – до 74 лет и т.д., которые не выполнены. Другими словами, важнейший элемент управленческих функций – контроль и анализ, в госуправлении работает слабо. «Прежде чем принимать новую стратегию, нужно подвести итоги прежней, провести анализ достигнутого уровня и сложившихся тенденции – отмечает акад. В.В. Кулешов. – Но этого нет. Практика другая: разработали стратегию – отложили, будем разрабатывать новую. Разработка стратегии – дело сложное и ответственное (политически и экономически). Непонятен вектор развития страны и ее место в мировой экономике».

Взаимоувязка целевых, временных, пространственных и ресурсных параметров стратегии с каждым  из 12 нацпроектов  в конечном итоге грозит вылиться в гибридный документ, название которому предстоит еще придумать.

Но это изнурительно трудоемкая работа, когда сам процесс гармонизации двух разных документов возобладает над усилиями по реализации и стратегии, и Майского указа.

В целом полезность статьи госп. В. Пашинюка состоит, по нашему мнению, в актуализации темы стратегического развития Бурятии перед общественностью и в нацеливании Правительства и Народного Хурала республики на совершенствование документа.

Изложенная нами реакция на критику автора статьи и на замечания экспертов, не означает исключительное совершенство проекта Стратегии. На вопрос: соответствует ли подготовленный документ всем требованиям стратегирования? Мой ответ – нет. Это скорее паллиатив между программой и стратегией. Причина в том, что при подготовке коллективного документа приходится учитывать множество замечаний и предложений, порой противоречивых между собой. Отсюда – поиск срединного варианта. Вторая, более фундаментальная причина в том, что наше общество еще не готово к восприятию стратегических подходов к решению проблем. В стране нет учебного заведения, готовящего стратегов-менеджеров. Даже нет такой дисциплины в учебных программах вузов и колледжей. Не развернута просвещенческо-воспитательная работа с населением по продвижению идей стратегического планирования и других важных народнохозяйственных тем.

В органах государственной власти и местного самоуправления руководители и специалисты не подверглись аттестационной проверки на предмет компетентности в сфере стратегического планирования и управления.

В заключение хотим выразить пожелание коллегам «по перу»: надо работать в режиме созидания, единения, консолидации разрозненных движущих сил общества.  Любые критические замечания должны быть подкреплены собственным взглядом на проблему и ее решением. Хотя органы государственной власти подают поводы для критики, но при этом на их  плечах титаническая работа  над сотнями тысяч проблем, больших и малых. Приведу пример Южной Кореи. Страна без собственных сырьевых ресурсов, экспортировавшая в начале 60-х годов только швейные иголки, по прошествии полувека вырвалась в пятерку высокоразвитых мировых стран-лидеров. Называют факторы успеха – высочайший трудоголизм народа, всемерная поддержка и помощь со стороны США и Японии, правильно выбранный курс президентами страны – Пак Чхон Хи, Чон ду хван, Ро де У и др.

Но есть еще один неприметный, но очень важный компонент – доверие к власти со стороны народа. Хотя население часто выражает свое недовольство властью, но каждый кореец знает, что в создаваемом благополучии народа и страны присутствует преобладающая доля вклада органов государственной власти. Поэтому и мы должны сменить вектор отношений «власть - общество - бизнес» с эмпириокритицизма к доверительности, комплементарности.

В сегодняшних непростых условиях, стратегическим подходом представляется нам объединение усилий по подъему духа народа, возрождению евразийской коллективистской морали, евразийских ценностей и сплоченности. Ибо следование англо-саксонской индивидуалистской модели общественных отношений – путь для нас россиян-тупиковый. Если запад живет по законам конкуренции, то евразийцы должны следовать закону кооперации.

^