15.11.2006
Шесть лет назад в семье Гайнутдиновых-Соколовых случилось горе. Командированные Российской армией в Чеченскую республику супруги Ринат и Юлия погибли. В Бурятии в трехкомнатной служебной квартире военного городка Сосновый бор у них остались две несовершеннолетние дочери. Девочки находились в том возрасте, когда им было сложно объяснить значение слова "сирота", а главное — что теперь всю оставшуюся жизнь им придется существовать без мамы и папы.

С того момента, как в дом Гайнутдиновых-Соколовых пришла похоронка, для девочек наступили тяжелые времена. Но главное испытание, которое им предстояло пройти, — противостояние командованию воинской части, где когда-то служили их отец и мать. Это самое командование обратилось в суд с иском о выселение несовершеннолетних сирот из квартиры.

Равнодушие

После того, как тела Рината и Юлии предали земле, Татьяна Петровна Соколова, бабушка двух девочек, оформила опекунство над ними — старшей Татьяной и младшей Аей. Женщина и не подозревала, сколько забот и переживаний свалится на ее плечи. Забота о внучках была в радость, тем более что они отвечали ей любовью, но вот борьба с государством за права детей заметно подорвала здоровье Татьяны Петровны.

— Моих внучек начали обворовывать еще шесть лет назад, — со слезами на глазах рассказывает бабушка девочек. — Началось с того, что родственники Рината из Йошкар-Олы не разрешили нам похоронить мою дочь и зятя рядом. Юлия навсегда осталась в Бурятии, а тело Рината забрали его родители. В связи с гибелью государство выделило единовременное пособие семье, то есть их дочерям, но денег мы не увидели, потому что большую часть суммы забрали родственники моего зятя. Бог им судья, но девочки запомнили на всю жизнь, что даже близкие люди могут предать. Потом мне сказали, что внучкам полагаются льготы. Я всегда знала, что наше государство безответственное, но даже не представляла насколько. Девочкам полагаются различные льготы, но они существуют только на бумаге. Каждый год, вот уже шесть лет, я пишу заявление в военкомат о предоставление бесплатных путевок на курорты России. И что толку? За это время они так никуда ни разу и не съездили. Ну, почему такое отношение к детям? Неужели они виноваты в том, что их родители погибли, исполняя долг перед Родиной?

Хождения по инстанциям во благо родных внучек стало для Татьяны Петровны делом жизни. Она привыкла отовсюду получать отказы и научилась стойко переносить их. Однако последний удар оказался даже для нее слишком жестоким. Когда в сентябре этого года на имя ее старшей внучки 17-летней Тани Соколовой принесли повестку, в которой девочке рекомендовалось прийти на судебное заседание по поводу возникшего долга за квартиру, у Татьяны Петровны стало плохо с сердцем.

Где справедливость?

Сам факт того, что несовершеннолетнюю сироту привлекли к судебному разбирательству в качестве ответчика, сам по себе нонсенс. Поражаешься, до какого цинизма могут дойти чиновники. В исковом заявлении, которое было подано в Октябрьский районный суд КЭЧ-235 района СибВО г. Улан-Удэ-40, было написано буквально следующее: "Исковое заявление о расторжении договора найма жилого помещения, взыскания задолженности по квартплате с Соколовой Татьяны Владимировны (старшей дочери погибшей Юлии Соколовой. — прим. ред.), которая вопреки действующему законодательству не производит оплату за жилое помещение более 6 месяцев".

Сразу возникает вопрос: почему руководство воинской части, где когда-то служил подполковник Ринат Гайнутдинов, не поинтересовалось, по какой причине сирота не платит за квартиру? Как они живут? Как можно улучшить их положение? Откуда сироты могут взять сумму, чтобы погасить долг в 49,5 тысяч рублей? И почему ребенок должен вообще отвечать в суде?

Вместо этого представитель КЭЧ на заседании суда упирала на то, что девочки являются получателями пенсий по утере кормильца, а кроме этого, их бабушка Соколова Татьяна Петровна тоже имеет прибавку к пенсии за свои опекунские обязанности, и что этого более чем достаточно. Девочки получают по три тысячи рублей, а "приплата" бабушке за опекунство, на которое так усердно ссылаются военные, — чуть более 2 000 рублей.

— На что, простите, исходя из этих сумм, я должна была одевать, обувать и кормить внучек? — спрашивает Татьяна Петровна. — Ладно, мы виноваты, что нищие и накопили долги. Но хотя бы долги нам посчитали правильно, с учетом положенных льгот: Нам же начислили по полной, совершенно неподъемную сумму. В свое время обеим внучкам, и Тане, и Ае, были выданы справки, согласно которым дети имели право на льготы по квартплате, оказанию медицинской помощи, санаторнокурортному лечению, проезду по месту этого лечения. Документ этот действителен у старшей внучки до 3 февраля 2007 года, у младшей — до 30 июня 2012 года. Эти справки были предоставлены по месту жительства девочек, то есть в домоуправление-1. До 2003 года эти льготы учитывались при начислении квартплаты, но после коммунальные услуги почемуb. стали начисляться в стопроцентном размере. Между тем, на суде представительница КЭЧ-235 утверждала, что копии справок надо приносить каждый год. Для чего? Ведь они действительны до определенной даты! Более того, в октябре 2003 года я производила оплату за коммунальные услуги, так квитанция была заполнена от имени моего зятя — Рината Гайнутдинова. Вы представляете? Человека не было уже два года, а тут вдруг от его имени поступают деньги на лицевой счет организации! Это законно? Дети не имеют права платить, а взыскивать с них долг, оказывается, можно.

Обстоятельства

Татьяна Петровна не отрицает того, что задолженность есть. Погасить ее они тоже согласны. Девочки готовы устроиться на работу. Дети готовы трудиться и расплачиваться за то, за что не могут расплачиваться их погибшие в Чечне родители. Они лишь просят отсрочки и чтобы квартплата начислялась им не полностью, а как полагается сиротам — с 50% льготами. Но во всей этой истории возмущает тот факт, что все это время только одна бабушка помогает своим внучкам. А не военная часть, не государство, забравшее жизнь родителей несчастных сирот. Поражает цинизм чиновников военной части, которые намерены забрать квартиру у детей, вместо того чтобы поддержать их.

— Бывают ведь разные обстоятельства в жизни, которые заставляют делать выбор, — со слезами рассказывает бабушка девочек. — У нас, например, был очень тяжелым 2004 год. С января начала болеть младшая внучка Ая. В течение года она перенесла несколько серьезных заболеваний. Ей ставили такие страшные диагнозы, как артрит суставов, лимфаденит и т.д.. Она вынуждена была долго лечиться, и только одному богу известно, сколько нам пришлось пережить за это время. Деньги, конечно, прежде всего, шли на лечение. Но кому до этого какое дело? Неужели я могла тогда думать о неоплаченных счетах, когда речь шла о здоровье ребенка? Кроме того, весной этого года старшая внучка закончила школу. Поступила в институт, а в университете, где она учится, сказали, что она не имеет права пользоваться льготами при поступлении, и мы вынуждены были оплатить ее обучение. Залезли в долги.

Я не пытаюсь давить на жалость, я и в суде не раскрывала всех причин, по которым мы не смогли вовремя оплатить за квартиру. Но как можно предъявлять иски подростку?

После судебного заседания в Октябрьском суде, Татьяна Петровна подала кассационную жалобу в Верховный суд РБ. В минувшую среду ее вызвали на слушание дела, где присутствовал и представитель КЭЧ-235.

Юрист, представляющий интересы воинской части, заявила корреспонденту "Номер один", что командование не намерено выселять девочек из квартиры за долги. В суд на взыскание задолженности они подали, якобы следуя такой логике: если бы Октябрьский суд признал правоту КЭЧ-235 (а он ее признал, как это ни странно! - авт.) и выдал решение на руки руководству домоуправления1, они бы списали имеющуюся задолженность по квартплате. Об этом Татьяне Петровне Соколовой было сказано до суда. Логика, надо сказать, более чем странная. Татьяна Петровна ей не поверила, тем более, когда в формулировке искового заявления увидела фразу "о расторжении договора найма".

— Когда мы вышли из кабинета судьи Октябрьского района, юрист, которая в зале суда была милой и спокойной женщиной, в коридоре мне заявила: "Куда вы денетесь. Обяжут — заплатите!" Как же после этого верить человеку? Да и в решении суда ясно было сказано, что моя внучка обязана оплатить долг по квартплате, — продолжает Татьяна Петровна. — Я решила, что совершу непоправимую ошибку, если не подам жалобу в Верховный суд.

Верховный суд на первом заседании обязал представителя КЭЧ235 пересмотреть сумму задолженности за квартплату с учетом имеющихся у девочек льгот.

Следующее заседание назначено на 20 ноября этого года. Каково бы ни было решение Верховного суда, главный вопрос так и останется открытым. Неужели никому нет дела до того, как живут дети погибших военнослужащих? И государство, пославшее на гибель их родителей, может на вполне законных основаниях издеваться над сиротами?

^