19.11.2008
Один из самых известных аграриев республики, доктор сельскохозяйственных наук, заслуженный агроном России Анатолий Кушнарев считает, что развитие сельского хозяйства необходимо сделать приоритетным направлением политики правительства Бурятии. Не стоит жалеть бюджетных средств на восстановление сельского хозяйства, однако для достижения весомых результатов нужны миллиарды рублей, а не разовые бессистемные вложения. Такое мнение в интервью корреспонденту "Номер один" высказал Анатолий Кушнарев.

— Наше сельское хозяйство настолько давно находится в кризисе, что уже трудно припомнить времена, когда было по-другому. Зачем вообще нам нужно сельское хозяйство, если оно ничего, кроме головной боли, не приносит?

— Во-первых, питаться людям необходимо вне зависимости от чегобы то ни было, а значит, деньги, которые мы потратим на ввозимую продукцию, в том числе продукты питания, уйдут к производителю в другие регионы и страны, в частности в Китай. Во-вторых, сейчас в условиях кризиса нам не приходится рассчитывать на помощь со стороны, например, из Москвы, а значит, в какой-то момент нам станет не на что и нечего есть. Так что обеспечение себя продовольствием — это крайне важная задача.

— И что же делать?

— Мы весьма неумело используем собственные ресурсы. Например, Бурятия — не зерновой регион. Мелькомбинат, который в свое время поставили, большая ошибка республики. В то же время есть отрасли, которые мы просто обязаны развивать, — это кормопроизводство. Кроме того, у нас могут расти прекрасные овощи и великолепный по вкусу картофель. Вместо этого мы сотнями тысяч тонн везем репчатый лук из Средней Азии и Китая. Мы сами можем его столько произвести и обеспечить при этом соседнюю Монголию. Гречиху мы можем выращивать ничуть не хуже, чем на Алтае, но почему-то не делаем этого.

Если вспомнить историю, сто лет назад Бурятия была в лидерах по количеству крупного рогатого скота на единицу населения. Что изменилось? Почему сегодня в республику завозится говядина даже из Южной Америки? Неужели мы не в состоянии при нынешних технологиях и финансовых возможностях развить животноводство и обеспечить мясом хотя бы себя? И сто лет назад у нас был регион рискованного земледелия, и годы были урожайными и неурожайными, но, тем не менее, мы были в лидерах.

— Какой объем инвестиций, по Вашему мнению, позволит кардинально переломить ситуацию?

— По предварительным подсчетам, 1 млрд рублей в год. Современное оборудование дорогостоящее, но в него необходимо вкладывать большие средства, чтобы потом получить прибыль. А если вкладывать по крохам, затыкая то одну брешь, то другую, результата можно ждать долго. К сожалению, в последние 10 лет отношение к сельскому хозяйству именно такое: разовые инъекции, которые не решают проблем. Вот кто бы мог подумать, что наши соседи в Монголии будут учить нас выращиванию зерновых?! А между тем монголы в таких же сложных почвенно-климатических условиях, где существуют проблемы с влагой, получают хорошие урожаи.

Скотоводческая страна поставила перед собой цель: обеспечить себя зерном. И сделала это, но, разумеется, вложив серьезные средства. Теперь мы обращаемся в Монголию, перенимаем опыт. А наша власть выражает свое отношение к селу через разовые подачки, которые, пожалуй, только вредят. К примеру, принимается программа ускоренного развития животноводства, ее одобряют, обещают финансирование в полном объеме, но потом дают лишь 25% от обещанного. Что можно сделать в таких условиях?

— А как же национальный проект "Развитие АПК"? Ведь выделяются огромные средства!

— Все хорошо в теории, но на практике результатов не видно. В Бурятии, например, большая часть инвесторов воспользовалась льготным кредитованием с одной целью — взять деньги и сделать на них прибыль в других, не связанных с сельским хозяйством, сферах. Чрезвычайно мало среди республиканских бизнесменов тех, кто действительно занялся сельским хозяйством на перспективу при помощи этого нацпроекта.

— В таком случае какой выход из сложившейся ситуации Вы видите?

— Должна четко прослеживаться специализация районов. Неоднократно мною предлагалась идея создания агрохолдингов, которые могут объединить в себе сразу несколько районов. Например, в Джидинском, Закаменском и Селенгинском районах большие пастбища, поэтому здесь есть перспектива у мясного животноводства. Развивать ту же отрасль, скажем, в Тарбагатайском районе, нерационально. Зато Тарбагатай, Мухоршибирь, Бичуру можно объединить в холдинг по другим направлениям.

В этих районах вековые земледельческие традиции. Здесь можно было получать хорошие урожаи зерна и великолепные урожаи картофеля, овощей и даже арбузов. Примером может послужить Иркутская область, где вокруг компании "Белоречье" создался холдинг, продукция которого сегодня занимает более трети от общего объема валовой продукции сельского хозяйства области. Этот холдинг получает весомую поддержку со стороны местного правительства, поэтому успешно развивается.

— То есть, создав такой холдинг, мы сможем решить эту застарелую проблему?

— Не совсем так. Программа выхода села из кризиса должна быть комплексной. И очень важно, чтобы она учитывала социальные вопросы. У нас сейчас вообще странно строится политика. Давайте заниматься производством, а все остальное пока подождет. Что значит создать хотя бы тот же холдинг? Это значит привлечь работников. Кто будет работать, не пенсионеры же? А молодые специалисты не поедут в село, пока не будет развита инфраструктура. У нас сегодня в Бурятии быть крестьянином не престижно, а почему? Потому что нет достойной жизни, зарплаты, закрываются школы, детские сады, клубы. Кто поедет в такое село?

— Среди ваших студентов агрономического факультета тоже нет молодых людей, которые готовы вернуться в село?

— Единицы. Я их спросил недавно, поедет ли кто-то из вас в село, если будет школа, достойная зарплата — хотя бы 14—15 тысяч, дадут подъемные. Пять человек из десяти сказали: поедем, остальные ответили, что делать там нечего. Надо сказать, что сейчас в Бурятии наблюдается массовый отток сельского населения в город. Город разрастается за счет миграции из районов. Поэтому программа должна быть построена на решении комплексных задач. Но у нас их решить невозможно, потому что за строительство, например мостов, в Бурятии отвечает одна структура, за строительство клубов — другое ведомство, за школы — третье и так далее. Если бы все эти задачи объединили в одну программу, а не так, чтобы развитие АПК — одно, а социальная сфера и инфраструктура — другое, то и результат бы был иной.

— Не обидно тратить годы на взращивание специалистов, которые потом не находят себя в профессии?

— Обидно не только мне, но и всем моим коллегам в Бурятской сельхозакадемии. Мы в течение пяти лет отдаем свои знания будущим агрономам, которые после учебы в вузе идут торговать на рынок, служить в милицию. А все потому, что нет условий работы и жизни на селе. При любой власти почему-то отношение к селу не меняется. В результате с каждым годом ситуация становится все хуже и хуже.

^