18.05.2018
В Бурятии жители села окрестили свою больницу «В последний путь»
Люди настолько напуганы частыми смертями пациентов, что предпочитают лечиться в Улан-Удэ

Историю, связанную с беспечным отношением медиков, в Ильинке можно услышать в каждом доме.

«Наврешь, что стало плохо»

Дурную славу Ильинская больница обрела пару-тройку лет назад. Прежний состав медиков сменили молодые кадры из Улан-Удэ. Выпускников побаивались, но деваться было некуда, и люди вынужденно пошли лечиться. Оказалось, боялись неспроста.

– Вы можете постучать в любую дверь, и жители расскажут по одной, а то и по три истории, связанные с этими врачами. Одному помощь вовремя не оказали, другой умер из-за неправильного диагноза и так далее, – кричат возмущенные жители Ильинки.

А историй и правда оказалось много. Людмила Калмыкова – вдова, в прошлом году она потеряла мужа. Уверена: если бы врачи сразу отвезли его в город, он остался бы жив.

– 5 октября у Паши заболела рука, поднялась температура. Он обратился к хирургу, поставили диагноз «остеоартроз локтевого сустава». Хирург прописал ему прогревание, таблетки и мази. Одна мазь подошла, а вторая нет. От нее стало только хуже, – вспоминает женщина.

Павел Александрович строго следовал рекомендациям врача, ходил на прогревание. А спустя четыре дня после очередного сеанса у него начались сильные боли в области шеи. Болело и горло.

– Я ему говорю, завтра пойдешь на лечение, зайди к терапевту, расскажи ему. Так и сделал. Наутро пошел к терапевту, тот его отправил к ЛОРу в город. Говорит, приедешь в улан-удэнскую больницу, наврешь, что к родственникам приехал, и резко стало плохо, чтобы приняли тут же, – пересказывает вдова слова мужа.  

Но поехать один мужчина не смог – плохо себя чувствовал, супруга, как назло, в тот день тоже разболелась. Решили ехать на следующее утро.

– Утром он проснулся и кричит. Я подошла и увидела огромную отечность на шее. Испугалась. Позвонила в «скорую». Не хотели ехать на вызов, я пригрозила, что буду жаловаться. Через десять минут мне перезвонил сам главврач Ильинской больницы. Спросил, что случилось. Пообещал прислать «скорую» и отвезти мужа в город, – говорит Людмила Калмыкова.

Вместо города в Турунтаево

Обещание сдержал –  «скорая» подъехала через десять минут. Однако Павла Александровича повезли не в Улан-Удэ, а в Ильинскую больницу. Там обследовали и с дикими болями вновь загрузили в машину. Доставили в Турунтаево.

– Скорее всего, в Турунтаево везли его через город, так как другого пути на тот момент не было, паром уже не работал. Если везли через город, почему сразу не могли его там оставить в БСМП или в республиканской? Зачем мучили человека? – вопрошает супруга Павла Александровича.

В Турунтаевской ЦРБ мужчине сделали надрез и откачали жидкость в горле. Стало легче. Даже позвонил жене и сообщил, что все в порядке. Попросил пока не приезжать.

– На следующее утро опять ему вскрыли горло и откачали гной. Но видимо, что-то пошло не так. К вечеру его посадили на «скорую» и повезли в город, в республиканскую больницу, в челюстно-лицевую хирургию, – скоротечно вспоминает развитие событий Людмила Александровна.

Там опять сделали операцию, но положили не в стерильную реанимацию, а в обычную палату. Со слов жены, за мужем никто не наблюдал.

– А утром он скончался, – констатирует Людмила.

Умер из-за сепсиса. Женщина винит в происшедшем сразу две больницы: Ильинскую – за промедление с установкой диагноза и республиканскую – за недосмотр. Возбуждено уголовное дело, начата судебно-медицинская экспертиза. Родственники готовят иск в суд.

Глава важнее пациента

Примерно такая же история в семье Судницыных. Убитая горем мать с трудом рассказывает о последних днях жизни своего сына. Ему не было и 35 лет. В тот день у Александра резко заболел живот.  

– Невестка вызвала «скорую», фельдшер поставила сыну предварительный диагноз «подозрение на острый живот». Его повезли в Ильинскую больницу, сказали ждать в коридоре хирурга. Хирург в это время сидел и разговаривал с главой Ильинки Николаем Челмакиным. Видимо, гость был важнее пациентов, – говорит Елена Судницына, мама Саши.

Со слов матери, два часа Александр просидел в коридоре в ожидании помощи, пока кто-то из медперсонала не отправил его домой. Мужчина добрался до дома, выпил обезболивающее, уснул и больше не проснулся. У него лопнул аппендикс.

– А теперь на него клевещут, будто он пьяный был и по собственной инициативе ушел из больницы, чтобы опохмелиться. Скрывать не буду – раньше Саша выпивал, но в тот день он был совершенно трезв, – говорит вдова Александра Судницына.

Женщина достает из сумки документы – судебно-медицинскую экспертизу. В ней черным по белому написано, что в крови Александра алкоголя не обнаружено. То есть мужчина был абсолютно трезв.

– Мы намерены добиваться наказания врачей, в первую очередь, чтобы восстановить честное имя Саши и, конечно, чтобы уберечь других людей от этих врачей! – восклицают родственники.

В Следственном комитете ведется процессуальная проверка. Кроме того, жена Александра готовит иск в суд.

Виновные наказаны… немножко

В минздраве Бурятии как обычно дали отписку, что провели проверку и по случаю со смертью Павла Калмыкова, и по гибели Александра Судницына.

– Установлены дефекты оказания медицинской деятельности. Лица, допустившие нарушения порядков и стандартов оказания медицинской помощи, привлечены к дисциплинарной ответственности, – прокомментировали в ведомстве.

И так всегда – по факту смерти пациентов врачам назначают лишь дисциплинарные наказания. Впрочем, есть надежда, что Следственный комитет разберется в этих делах как следует.

Но и эти две истории – лишь капли в море. На самом деле случаев в разы больше, просто кто-то их рассказывает, а кто-то предпочитает молчать, уверенно полагая, что не добьется справедливости.

Напомним, не так давно «Номер один» писал о жертве ильинских медиков Владимире Корытове. Первый раз мужчина пожаловался на плохое самочувствие летом прошлого года. Обратился в Ильинскую больницу, где рассказал врачам, что ощущает слабость в теле и задыхается при ходьбе. Удивительно, но без проведения полноценного осмотра и диагностики на него сразу «приклеили» болезнь – ХОБЛ (хроническая обструктивная болезнь легких).

Сначала лечили стационарно, но мужчине стало хуже, и его пришлось госпитализировать. Выписавшись из Ильинской больницы, Владимир поехал на работу к жене в Улан-Удэ, где ему вновь резко стало плохо, и его увезли на «скорой».

– Брата доставили в железнодорожную больницу, так как она была дежурная. Госпитализировали с диагнозом ХОБЛ в терапевтическое отделение в состоянии средней тяжести. Провели обследование, и выяснилось, что у него заболевание сердца, – рассказывает Сергей Федюшин, брат пострадавшего.

«Медкнижки храним дома»

Только спустя два дня Владимира перевели в кардиологическое отделение республиканской больницы, откуда экстренно доставили в реанимацию. Мужчина впал в  кому. Спустя чуть больше трех суток пациент очнулся, и ему, наконец, огласили правильный диагноз – ишемический инсульт мозга.

После этого было много всего – перевод в дом для престарелых «Суперстар», экстренная реанимация в БСМП. Потом медики и вовсе определили мужчину во вторую больницу, где он захлебнулся рвотными массами и скончался. Сейчас проводится расследование ужасающего случая.

– Возбуждено уголовное дело по факту неправильного лечения и реабилитации пациента в Ильинской, железнодорожной больницах и БСМП.  Назначена большая экспертиза по выявлению виновных лиц, но уже сейчас приходят отписки от минздрава о том, что врачи не виновны. И, самое удивительное, подобные отписки приходят из Росздравнадзора, надзорного органа! – возмущен брат Владимира Корытова.

Впрочем, прощать врачам их вину жители Бурятии уже привыкли. Особенно привыкли это делать в Ильинке. Практически каждый второй сельчанин может рассказать свою страшную историю столкновения с местными медиками.

– У меня соседка чуть сына не потеряла, из-за того что ему вовремя не поставили правильный диагноз, – перебивают друг друга жители.

И таких случаев – десятки. Как бы прискорбно ни звучало, люди боятся болеть и слезно просят спасти их от местных медиков. Говорят, что чувствуют себя подопытными крысами, на которых учатся медицине молодые кадры, или, как их называют в деревне, «гонщики за миллионом».

– Мы все храним свои медкнижки дома, чтобы в случае смерти нам туда не дописали дополнительных заболеваний или не вырвали «лишних» листов в своих целях. От сотрудников больницы можно ожидать чего угодно, – говорят жители Ильинки.

Сколько еще смертей должно произойти, чтобы на проблему обратили внимание? Может, все-таки жалоб нескольких сотен сельчан достаточно, чтобы раз и навсегда навести порядок в больнице со страшным народным названием «В последний путь»?

Екатерина Калашникова, «Номер один»
Фото: russianstock.ru, из семейных архивов
Социальные комментарии Cackle
^