28.06.2018
Бурятия простилась с самым принципиальным и отчаянным защитником Байкала

20 июня не стало Сергея Шапхаева – известного общественного деятеля и эколога. Его смерть стала неожиданностью для всех, кто знал и уважал этого человека. Сотни писем полетели со всего мира – всюду Сергея Шапхаева знали как непреклонного защитника Байкала. 

Люди писали соболезнования в соцсетях, выражая тревогу за будущее великого озера. «Невосполнимая утрата для всего байкальского региона и не только», «Великий человек, скорбим…», «Таких, как он, единицы», – писали люди в Facebook’е. Прощание с Сергеем Шапхаевым прошло 25 июня.

Говорят, личная трагедия когда-то заставила Сергея Герасимовича заняться общественной деятельностью. Благодаря врачебной халатности он в разные годы потерял двоих годовалых сыновей. Кто-то недосмотрел, принял неверное решение... По словам сына Бориса, тогда к отцу пришло понимание, что контроль и ответственность надо брать в свои руки.

Друзья и последователи называют его декабристом современности. Вместе со своими единомышленниками он всегда был на передовой. Уроженец Хабаровского края, после окончания Ленинградского гидрометеорологического института по специальности «инженер-океанолог», он более 40 лет преподавал во ВСГУТУ. 20 из них – на кафедре экологии. Окончив аспирантуру Московского госуниверситета имени М.В. Ломоносова, защитил диссертацию по геофизике. С 1989 по 1991 год Сергей Шапхаев был народным депутатом СССР. В 1990-х был координатором российско-американского проекта «Комплексная программа политики землепользования для российской территории бассейна озера Байкал».

«Отвел трубу от Байкала»

Андрей Сукнев, эколог, руководитель проекта «Большая Байкальская тропа»: 

– Мы еще до конца не понимаем, какого человека потеряли. Заменить его сейчас, пожалуй, некем. Есть молодые ребята, которых он готовил. Он всю жизнь был образцом стойкости, всю жизнь посвятивший защите природы. Я сейчас сидел и смотрел фотографии, где он – океанолог. Он был очень живой человек, с хорошим чувством юмора. Он никогда не бронзовел, с ним было легко. Многие, встречая его, говорили: «Просто чудо какое-то!». Интереснейший был человек. Сейчас люди живут потреблением, а этот человек обогнал время на несколько десятков лет. Думаю, в следующей жизни такие люди рождаются бодхисатвами, как у нас, у бурят, говорят.
 
Мы познакомились в аэропорту. Это был 1990 год. Я работал с первыми экотуристами, а он летел на заседание Верховного Совета. Мы с ним разговорились, и он предложил вместе работать. Тогда экотуристических людей было мало, может быть, я один был на всю Бурятию, и не только. Мы тогда друг к другу прилипли. Ездили в Испанию в 1995 году, где он читал лекции о Байкале, а я показывал слайды. Нам каталонцы приходили жать руки. Огромное количество приходило коммунистов, и было ощущение, что 1945 год был только что, а сейчас – 1946-й. Им было интересно послушать, что у нас происходит. Советский Союз уже распался. У нас тогда были большие планы.

Я заметил: нужно вложить 90% труда, чтобы получить на выходе 10% отдачи. А у Сергея Герасимовича отдачи было гораздо больше. Лучше него никто не знал законодательство. Он нам всегда так и говорил: «Ребята, есть закон, и надо по нему работать». Читаю переписку наших ребят со всей России и понимаю, что имя его нужно как-то увековечить. Все помнят трубу «Транснефть», когда Путин отвел трубу от Байкала. Мало кто знает, что самую значительную роль в этом сыграл Сергей Герасимович. Последние события с монгольскими ГЭС, с уровнем Байкала – всегда у Сергея Герасимовича все было под контролем. Это был декабрист современности, который очень многие вещи брал на себя, брал ответственность и продвигал.

Дело всей жизни

Владимир Белоголовов, менеджер общественного объединения «Бурятское региональное объединение по Байкалу»: 
 
– Мы познакомились в разгар демократического движения в 1987 году. А потом создатель Бурятского института природопользования Валериан Евгеньевич Викулов предложил нам создать организацию для выполнения бурятско-американского проекта в защиту Байкала. «Я предлагаю, Сергей Герасимович, тебе быть директором, а Владимиру Федоровичу – твоим заместителем», – сказал он. Было это в 1993 году. Учредило нас правительство Бурятии, правда, денег не платило. Пришлось работать на гранты, а через три года перерегистрироваться в общественную организацию.
 
В этом году у нас два юбилея: первый – Сергею Герасимовичу 18 февраля исполнилось 70 лет, а второй – 9 августа будет 25 лет работы нашей организации. Мы – старейшая из постперестроечных организаций, и заслуга эта – Сергея Герасимовича. Благодаря ему у нас есть последователи от 20 до 77 лет, где я самый старый. 25 лет он занимался защитой Байкала. Более полусотни проектов были связаны с сохранением экосистемы и населения Байкальского региона. Чем дальше, тем проще нам было решать проблемы, потому что мы ссылались на накопленные результаты нашей работы. Обычно – порешали проблему и забыли, а у Сергея Герасимовича результаты накапливались.
 
Эксперт международного класса

Он был экспертом международного класса, к мнению которого прислушивались. У него были такие обоснования, от которых нельзя было отказаться. Очень много проблем связано, с одной стороны, с избыточностью нормативно-правовой базы, а с другой – с ее недостатком. На Байкале действует четыре уровня документов: местного самоуправления, республики, Федерации и международные. И все это настолько перепутано, что простым людям трудно разобраться. А кто разберется? В Москве не разбираются в реальной жизни на Байкале. И здесь чиновники временные, не их вопрос и т.д.  Шапхаев разбирался. 
 
Одним из механизмов влияния была работа через ЮНЕСКО. Я не знаю, кого можно поставить в один ряд с ним. Ученые могут написать статьи, но бороться у них нет времени и желания, а у общественников есть запал и креатив, а компетенции не хватает. У нас есть три ассоциации – Поморская (активисты-поморы Байкала) Сосновская (экологи-эксперты Сибири и Дальнего Востока) и международная экологическо-просветительская (эксперты международного уровня). И Сергей Герасимович был одним из лидеров этих ассоциаций. В течение дня эксперты обменивались информацией мгновенно в режиме онлайн. 

Вчера мы поехали на Байкал по проблеме массовой гибели нерпы, и там, на высоком берегу Байкала, помянули Сергея Герасимовича. Думали, как сохранить подольше память о нем и так ничего и не надумали. А когда я вернулся, пришло письмо от руководителя общественной организации из Балтики, который написал, что они создают сад и в нем посадят яблоню имени Сергея Шапхаева.
 
Бурятия оставила без наград

Работать – это не громкие дела делать, а решать сложные задачи долго, нудно. Это нужно выдерживать. Когда они, наконец, получаются, даже сил нет радоваться.

В 2006 году Сергей Шапхаев был признан ЮНЕСКО «Зеленым человеком года». Только в Бурятии он никаких наград не получал, а только проблемы, обвинения в неадекватности. Именами таких людей надо города и улицы называть – они достойны. У власти есть формальный повод присудить ему награду, а вот надумают ли наши природоохранные органы и на что расщедрятся – вопрос.
 
Сергей Герасимович оказывал влияние на власть, доказывая, обсуждая, встречаясь постоянно. В 2014 году приняли закон о некоммерческих организациях, которым запрещалось вести политическую деятельность и получать иностранные гранты. И тем не менее мы наладили нормальные отношения с властью. Сергей Герасимович был членом Общественного совета при прокуратуре Бурятии, мы с ним вместе – при правительстве Бурятии. Почти все наши сотрудники – члены общественных советов при разных ведомствах, и это один из механизмов взаимодействия. Без него бы это не получилось. Он был государственником, а я государство не очень люблю, но без него много не сделаешь. То, что наши заслуги потом забирают государственные органы, не главное, лишь бы дело было сделано.
 
Про «громкие дела»

Когда Путин отвел трубу от Байкала, столько было победителей – и наука, и Хурал. Все – победители. А наша работа с Сергеем Герасимовичем заключалась в том, чтобы мы год непрерывно и нудно судились с «Транснефтью». Помню, кто-то из журналистов скромно спросил, мол, ребята, вот вас столько победителей, а кого победили-то вы? И нечего им было сказать. Главу «Роснефти» Вальдштока победили, что ли? Да, он тут же перекинул трубу в Иркутскую область, а иркутяне вытеснили ее в Якутию, а там активность меньше и рисков для природы больше. Кого победили? Природу победили. Кроили трубу китайские гастарбайтеры зимой, с нарушениями. Около Байкала было бы кому за ними смотреть, а там… Громкое дело – это проявление экологического эгоизма. Устойчивый результат дает только кропотливая, юридически значимая работа, требующая квалификации.
 
Услужливый дурак опаснее врага. Мы 25 лет работали и 25 лет спорили. На нем – внешние связи, а на мне – внутренние. Порой отношения у нас были не сахар. Мы были плюсом и минусом, половинками целого, инь и ян. Работали, будучи абсолютно разными. Он был постоянно в работе.  Мало людей в Бурятии, о которых столько знают в России, в мире. Кроме профессионализма, было у него чувство юмора прекрасное, и запас историй. Его личность формировало, в том числе, и отношение к Бурятии.
 
Говорят: скажи мне – я забуду, покажи мне – я запомню, дай мне сделать – я научусь. Чему мы хотим научить? Так же жить, как Сергей Герасимович, отдавая себя родной природе, людям, родному краю. Дело не в том, опасно ли это, а в том, стоит ли жить по-другому. Пришвин, помните, говорил: «Защищать природу – значит защищать свою родину»? Защищать каждый может, просто по-разному.
 
Диляра Батудаева, «Номер один»



^