20.01.2019
Русская девушка считает своей миссией развитие бурятского языка и традиций

Многие в Бурятии знают эту девушку. Миловидная блондинка, говорящая на чистом бурятском языке, стала своего рода сенсацией – ведет обучающие телепередачи и свадьбы, призывает учить бурятский. Сама Людмила Намжилон (в девичестве Дригунова) скромно говорит, что не считает себя исключительной, таких, как она, в селах Бурятии немало, и мечтает - вот бы собрать их однажды всех вместе!

«Бурятка в шикарном теле»

Начнем с того, что в интернете не первый год популярен так называемый челлендж #буряадхэлэнchallenge – призыв к изучению бурятского языка. Жители и уроженцы республики, принимая вызов от своих друзей, читают рэп на бурятском и русском языках в поддержку бурятского языка. К интернет-флешмобу подключились известные люди Бурятии: артисты, ведущие, журналисты и даже художник из Амстердама.

Видео Людмилы Намжилон со словами: «Я русская и со светлой внешностью, но бурятка в душе. Вам хочу сказать: давайте богатый бурятский язык вместе изучать» в поддержку #буряадхэлэнchаllenge за первый же день набрало 9 тысяч просмотров, вызвав резонанс и всеобщие симпатии.

Людмила является одним из наиболее публичных популяризаторов бурятского языка, считая это едва ли не своей миссией. Видео в Инстаграм выкладывает регулярно, снимая их на обычный телефон. «Моя фишка в том, что я – русская!» - считает Людмила. Но кажется, что одного этого было бы мало. «Бурятка в шикарном теле блондинки!» - объявляют перед каждым ее выступлением в качестве ведущей мероприятий, и публика радостно аплодирует.

Перемелется – мука будет

А начиналось все не так уж радужно. В 30 километрах от села Мухоршибирь есть маленький бурятский улус Хошун-Узур. Жителей там – 500 человек. В это село когда-то при раскулачивании бежали предки Людмилы Дригуновой.

- Все мои предки были семейскими и русскими, бурят не было, но в 20-е годы прошлого века они перебрались в Хошун-Узур из Десятниково, да так и остались. Все мои родственники разговаривали на бурятском языке, и, мне кажется, мы уже больше буряты, чем русские. Обычаи бурятские соблюдаем и знаем их даже больше, чем русские. И в дацан ходим, а не в церковь. Так получилось, что мы выросли среди бурят, и они стали нам близкими.

После развода родителей мама привезла четырехлетнюю Людмилу в отчий дом и оставила у бабушки, уехав зарабатывать на жизнь в город. Было это в тяжелые 90-е годы. Так для Людмилы началась новая жизнь. Село, в котором нашли прибежище предки Людмилы, ее саму приняло не сразу.

«Сначала тебя не замечают, потом смеются над тобой, затем борются с тобой. А потом ты побеждаешь», – говорил Махатма Ганди. Все этапы этого пути Людмиле пришлось пройти сполна. Это сегодня ее встречает сам глава поселения, когда телевизионщики едут снимать о ней передачу.

- Школьные годы у меня были не сахар. Приходилось постоянно бороться и даже стоять за себя кулаками. Даже убегала в соседнее село к отцу. Может, это и сделало меня такой, какая я сейчас. Вернувшись через полгода, стала другим человеком – все начали тянуться ко мне, хотели со мной дружить. До этого была едва ли не изгоем. Трудности подросткового периода добавили моей маме тогда седых волос, я думаю. Мама знает, что если я поставлю цель, то так и будет.

Чтобы доказать, что чего-то стоит, Людмила старалась изо всех сил – участвовала в конкурсах, рисовала стенгазеты, поступила в университет, который окончила с красным дипломом. Участие в конкурсах дало свои плоды.

- Бурятский педагогический колледж традиционно проводит конкурс «Буряад хэлэн баян даа», в котором участвуют представители разных национальностей, говорящие на бурятском – татары, цыгане, чуваши, эвенки. Кого только нет! На этом конкурсе я однажды заняла первое место.

Пророчество «Невестки»

После этого о ней узнал режиссер Солбон Лыгденов, пригласивший ее на съемки. Вот тогда жители республики впервые узнали о Людмиле Дригуновой  благодаря ролику «Невестка». По сценарию, парень из бурятской семьи приводит в дом свою русскую невесту. Недоумение и огорчение на лице будущей свекрови сменяется расположением и доброжелательностью, едва девушка начинает говорить на чистом бурятском языке. Говорят, короткометражка была основана на реальных событиях, но дело в том, что через несколько лет ситуация повторилась в жизни самой Людмилы. И видео Солбона Лыгденова сыграло в этом не последнюю роль.

Будущий муж Людмилы увидел ее именно в этом ролике.

- Говорит, что именно тогда влюбился. А когда вернулся с учебы из Китая, предложил нашей общей знакомой пойти погулять. «Возьми, - сказал, - подругу» и втайне надеялся, что она придет со мной. Так и познакомились. А подруге понравился его брат. Когда он привез меня к себе домой, моя будущая свекровь спросила: «Ты что, Намсарай, невесту привел?». Я готова была сквозь землю провалиться тогда. Но мы поженились, и сыну у нас уже три года исполнилось. Если бы кто-нибудь когда-нибудь мне сказал, что фамилия у меня будет Намжилон, а сына будут звать Буда, я бы не поверила. Я всегда представляла сына рыжим, конопатым Ваней, а теперь у меня  Будаша – копия моей мамы. В дацане нам и похлеще имена давали. А у меня мама вышла замуж за бурята, и сестренка моя, которой сейчас семь лет, просто типичная бурятка. Порой иду я, а в одной руке - Айлун, а в другой – Буда, - смеется Людмила.- На самом деле в нашей семье я «бурятее» всех.

В поликлинике Людмиле медкарту ребенка возвращают: «Девушка, вы перепутали! Тут «Намжилон Буда» написано». И страшно удивляются, когда выясняется, что все верно.
- На днях ко мне подошел мужчина-армянин да как начал говорить по-бурятски! Я была в шоке и одновременно в восторге, потому что понимаю реакцию других людей на меня, - улыбается Людмила. Говорит, что с тем своим новым знакомым они даже песню записали и выложили в Интернет.

Ведущая-зажигалка

На канале АТВ Людмила с успехом провела два сезона передачи «Турэлхи хэлэн» - для взрослых и для детей. Камера любит белокурую стройную девушку, заставляя зрителей смотреть и внимать всему, что она говорит.

- На самом деле мне поначалу тяжело давалось. Я была скованная, стеснялась людей вокруг – КВНщиков, журналистов. Меня не раз звали вести курсы бурятского языка, предлагали даже открыть свою школу, люди готовы были мне помогать. Пресс-секретарем звали работать. Но пока я не нашла ту свою идею, которая бы меня настолько зажгла. Не люблю сидячую работу, а вот ведущей быть мне очень нравится.

Сегодня она – известная ведущая праздничных мероприятий. Ведущих на бурятском языке и так немного, а тут  дуэт из двух девушек.

- Моим первым мероприятием стала русская свадьба. А потом мне написала Екатерина Яндакова, с которой мы сейчас работаем в паре. Теперь многие хотят со мной вести, но я не предатель. Кто успел, тот и съел! – смеется. – У меня бурятский акцент, а у Кати нет, потому что она, хоть и бурятка, но на бурятском не говорит.

Про разницу между бурятскими и русскими свадьбами говорит с улыбкой:

- Русские свадьбы, они какие? Поздравления краткие, и много веселья, танцев, гуляний. У бурят важен концерт и поздравления. Каждый считает, что, приехав издалека, должен обязательно сказать, вспомнив всю родословную. Но на бурятских мероприятиях я как рыба в воде. Отжигаю иной раз так, что все меня потом обнимают, целуют. А одна женщина недавно подошла взять автограф. «Вдруг, - говорит, - вы потом станете «звездой» и уж к вам не подойдешь. А я такой никогда не стану, не такой я человек.  

Про гибель языка

- Буряты очень гордятся и радуются, когда кто-то другой знает их язык, который сейчас в очень тяжелом положении. Даже на примере моего села скажу. Когда я ходила в детский сад, все дети говорили на бурятском. А когда 13 лет назад в детский сад ходил мой младший брат, все уже говорили на русском. Брат говорит на бурятском, но с русским акцентом. Я же иногда не знаю слово на русском, а на бурятском знаю. А знаете, когда случился этот перелом, нанесший смертельный удар бурятскому языку? Это когда в советское время студентов из деревень, говорящих на бурятском, стыдили за то, что они не умеют хорошо говорить по-русски. Родной язык стал считаться чем-то непрестижным. Это теперь, если ты знаешь язык, тебе все дороги открыты.

По поводу возрождения бурятского языка его популяризатор Людмила честно признается, что иллюзий не питает. Говорит, если бы была среда разговорная – другое дело. И все-равно надо, говорит, его учить, хотя бы слова и простые фразы.

На вопрос, реально ли с помощью языка сделать человека бурятом, ведь с языком и психология народа передается, Людмила отвечает утвердительно: «Я русская по национальности, но бурятка в душе. Родное никуда не денешь, но элементы бурятского перенять можно. У нас в Хошун-Узуре, когда я училась в 11-м классе, открыли реабилитационный центр. Привезли детей-сирот – обозленных, обиженных. И произошло взаимовлияние – наши дети научились у них сленгу, плохим привычкам, а эти дети стали разговаривать по-бурятски. Многие из них были взяты в семьи. Сейчас чистые буряты с русскими лицами. Мальчишки вообще, я заметила, больше «обурячиваются».

Про себя говорит, что сны ей снятся на двух языках. С бурятами, говорит, во сне на бурятском общается, с русскими – на русском. И, смеясь, добавляет: «Где-то я могу  русской побыть, где-то -  буряткой. Вообще надо быть хитрым бурятом и всего лишь.  Бурятский мне по жизни помог. Я вижу разницу в менталитете, но могу с любым человеком найти общий язык».

Диляра Батудаева, «Номер один»
^