08.07.2019
Почему у нас в стране нет единой системы психологической помощи?

В Америке психологическая помощь является неотъемлемой частью жизни человека.  Супруги задумались о разводе? С ними и с их детьми будет работать психолог-консультант по семье и браку. Появились мысли о суициде? Даже в частной клинике психолог примет тебя бесплатно. Печалит приближение старости? Лечащий врач направит пожилого пациента на консультацию к геронтопсихологу. А как у нас в стране обстоят дела с оказанием психологической помощи? О проблемах службы расскажет кандидат психологических наук Игорь Бадиев. 

Разрозненные элементы системы

- Игорь Валерьевич, многие наши читатели жалуются, что не знают, куда обращаться за психологической помощью. Почему у нас эта служба менее развита, чем в других странах?

- В первую очередь, нужно сказать, что в нашей стране юридически нет такого понятия, как психологическая помощь. Совсем нет. Это консультативная деятельность, и в юридическом аспекте нет никакой разницы между психологом, экстрасенсом, гадалкой и человеком, платно раздающими советы. 

Однако нельзя сказать, что у нас система психологической помощи не развита совсем. Она развивается, причем стремительно, внутри различных ведомств. У министерств есть свои собственные психологические службы, которым предъявляется своя собственная система требований. Например, существует психологическая служба в системе образования, здравоохранения, в МВД, армии, широко известна психологическая служба МЧС. 

Нужно сказать, что как такового стандарта оказания психологической помощи нет. Однако у всех внутриучрежденческих, внутриведомственных служб существуют требования использования научных, апробированных методов, методик и техник работы. 

- Но эти службы разрозненны?

- Да. Такая разрозненная система приводит к тому, что пользователи психологических услуг, по сути, могут получить их только внутри ведомств: либо в школе, либо в поликлинике, либо в каких-то подведомственных учреждениям центрах. Однако нужно понимать, что вся эта сеть ведомственных служб не покрывает все потребности психологической помощи. Например, у нас нет какого-либо ведомства, которое бы занималось, например, вопросами семьи или профессионального роста и развития. 

Плюс к этому к государственным и муниципальным услугам предъявляются определенные требования, они оказываются по установленным стандартам. Любая услуга адресная, а это значит, что получить психологическую помощь конфиденциально, анонимно оказывается практически невозможным. Единственное исключение – горячие линии, телефоны доверия, которые работают по принципу анонимности. Естественно, что такая экстренная помощь не может носить пролонгированный характер. 

Требования, которые предъявляются к оказанию государственных или муниципальных услуг, в некоторой части начинают входить в противоречие с принципами оказания психологической помощи. Например, с главнейшим из них - принципом конфиденциальности. Психолог работает с клиентом на условиях анонимности и не имеет этического права обсуждать, разглашать информацию, полученную в ходе оказания психологической помощи. 

Однако принцип конфиденциальности не имеет под собой какой-либо юридически-правовой базы. Это достаточно сильно осложняет работу психологов внутриведомственных служб, поскольку они, с одной стороны, подчиняются принципу оказания государственных муниципальных услуг, а с другой стороны, должны следовать этическому кодексу психолога и сохранять конфиденциальность.

Поэтому пользователи психологических услуг с неохотой обращаются в государственные учреждения за психологической помощью, и предпочитают обращаться за более дорогой частной помощью, которая не регулируется законодательно. К ней не предъявляются требования по оказанию госуслуг, никто не будет требовать с них отчетов и прочих данных, поэтому они могут принимать анонимно. Но к ним и требований никаких нет - ни к квалификации, ни к стандартам оказания психологической помощи, поэтому здесь очень высок риск попасть на непрофессионалов. 

Опереться в плане частной практики тоже оказывается практически не на что. Очень мало критериев для выбора психолога – пользователь, который не разбирается в психологии, ориентируется, как правило, на цену и отзывы. Чем выше цена и лучше отзывы, тем профессиональней и лучше психолог. Но так ли это на самом деле? Совсем не обязательно. 

Вместо психологической помощи бутылка?

У нас нет представления об экстренной психологической помощи. У нас есть только телефоны доверия, которые ограничены во времени. Человеку, которому в острых ситуациях необходима психологическая помощь, по сути, некуда обратиться. Мы ведь не задумываемся, куда звонить в случае пожара, болезни или преступлений. Но куда звонить, когда нас убивает депрессия? Когда запутался и не знаешь, что дальше делать? Когда настолько одинок, что кажется, что весь мир против тебя? К кому обратиться? Совсем не  понятно.  

Например, куда обратиться, если дело касается различного рода суицидальных попыток? Наверное, к медикам, а это психиатрическая помощь, которая у нас очень сильно стигматизирована. Часто приходится сталкиваться с таким мнением, что, дескать, если ты туда обратился, то можно поставить крест на всей своей дальнейшей жизни. Надо сказать, что, к сожалению, психиатрическая помощь действительно настолько у нас стигматизирована, что из-за этого оказывается недоступна для людей. Человек просто боится туда звонить. А к кому он может обратиться за помощью? Остаются только друзья, если они есть, или бутылка и прочие суррогаты поддержки.

В этой части остро стоит вопрос с оказанием помощи несовершеннолетним детям. Например, отсутствие понятия психологической помощи не позволяет психологу непосредственно оказать помощь человеку, который находится в острой кризисной ситуации, потому что законом установлено, что психологическая помощь во всех системах может осуществляться только с письменного согласия законных представителей или гражданина в возрасте с 15 лет. 

- А если это острое состояние и оно требует непосредственного вмешательства? Может психолог вмешаться или нет? 

- Законодательно не может, но чисто этически он обязан это сделать. У нас есть экстренная медицинская помощь, но экстренной психологической нет. Поэтому если психолог подойдет к ребенку с острой кризисной ситуацией и начнет с ним говорить, то велика вероятность того, что на него будет написана жалоба со стороны  родителей за то, что он работал с ребенком без их ведома. Поэтому ребенок не может непосредственно обратиться к психологу просто так, например, в связи с семейным конфликтом тайно от родителей, потому что ему сначала нужно получить их согласие. 

- К школьному психологу он тоже не может подойти? 

- Без письменного согласия на психолого-педагогическое сопровождение нет. Конечно, в школах такое согласие берется заранее, однако ситуации в жизни бывают разные. Вот и получается, что, с одной стороны, мы защищаем права детей, а с другой – ограничиваем их в получении необходимой помощи. Эта проблема также связана с тем, что у нас в стране нет такого понятия, как психологическая помощь.

Запрещено спасать принудительно

- На Западе суд может назначить человеку в качестве меры исправления, а не наказания курс психотерапии. Почему у нас этого нет? 

- Потому что у нас нет понятия «психологическая помощь». Да, действительно, за рубежом суд, например, при конфликтном разводе может обязать супругов пройти сеанс психотерапии у семейного психолога. И только после этого на основе отчета психолога он будет принимать решение о разводе. У нас такого нет, потому что у нас нет юридических психологов. У нас суд может привлечь к решению некоторых вопросов то или иное ведомство, например, специалистов психологической службы из системы социальной защиты населения. Но тогда эта помощь будет оказываться как часть некой общей программы. 

- На Западе человеку с попыткой добровольного ухода  из жизни тоже назначается помощь? 

- Да. Во многих странах, где развита частная психологическая практика, государство заключает соглашение с частными практикующими психологами принимать подобных клиентов вне очереди и бесплатно. То есть оказывать ту самую экстренную психологическую помощь. Это одно из условий их лицензирования.

У нас на Модогоева, 1, работает психолого-терапевтический центр, который подведомственно принадлежит системе здравоохранения, РПНД, но действует все же как некое обособленное подразделение. В Центре психологи и психотерапевты клинической направленности работают в том числе и с вопросами, связанными с острыми состояниями. 

Кроме того, для людей с острыми состояниями существует пограничное отделение в РПНД. Есть наш центр, где работают психологи образовательного профиля. У нас работают два телефона доверия: федеральный - 8 800 2000 122 и муниципальный - 55-38- 16. Оба телефона функционируют круглосуточно на бесплатной основе. 

Статус лиц, которые обращаются за психологической помощью, на Западе совершенно иной. Например, у них на законодательном уровне закреплено, что человека в кризисном состоянии, когда он не может адекватно оценить степень важности своей жизни, можно принудительно госпитализировать до 72 часов, то есть на период кризисного состояния. У нас же нет – мы не можем принудительно остановить человека, который в неадекватном состоянии бежит с криками в сторону опасности. Мы не имеем право принудительно спасать жизнь. Это соответствующая статья - незаконное ограничение свободы.

Например, человек находится в остром психическом состоянии с острыми переживаниями, специалисты видят это, но врач не может его принудительно задержать, госпитализировать или вколоть препарат. Это возможно только с письменного согласия человека, а он не хочет этого делать, потому что не в себе. При этом только суд может определить, в себе человек или нет. Такая вот патовая ситуация. 

Учитывая бурное развитие и всплеск потребности психологической помощи, развитие ведомственных систем и частной психологической практики, на сегодня очень остро назрел вопрос о нормативно-правовой базе для регулирования этой деятельности. В стране должна быть выстроена единая система оказания психологической помощи, потому что это забота о психологическом здоровье и благополучии людей, о нашем будущем. 

Беседовала Любовь Ульянова, «Номер один». 
Вопросы психологу вы можете задать по адресу: pismo77@inbox.ru 
^