14.10.2019
У сельских поселений продолжают отнимать территории

Федеральное агентство лесного хозяйства (ФАЛХ) продолжает один за другим оспаривать Генеральные планы сельских поселений. Федералы через суд отбирают у бурятских муниципалитетов территории, которые считают «своими» землями лесного фонда. Лесникам сопутствует успех, а муниципалы, соответственно, терпят поражение за поражением.

Суды  на стороне «федералов»

Как сообщал «Номер один», с 2016 года поселения как ответчики проиграли 26 таких судебных процессов. По последней информации, количество оспоренных Генеральных планов достигло 30. «Федералы» ведут наступление повсеместно.

То, что бурятские суды встают на сторону федеральной «лесной» структуры, вызывает массу вопросов. Как отметили нашему изданию специалисты, непосредственно знакомые с ситуацией, в Бурятии муниципальные Генпланы были утверждены на местах в 2012 году. 

- Порядок согласования, предусмотренный Градостроительным кодексом РФ, в то время отличался от существующего сегодня. Генеральные планы (которые предусматривали в том числе включение в границы населенных пунктов, земельных участков из земель лесного фонда) направлялись в Минрегионразвития РФ. Оно должно было  при необходимости направить их в ФАЛХ (Федеральное агентство лесного хозяйства. – Прим. ред.) для получения его отзыва, возражений, - отмечают специалисты.

Если в течение трех месяцев ФАЛХ не выступало с возражениями, то Генплан считался согласованным. Таковой была процедура в те годы.  Не получив за три месяца отрицательного отзыва, в поселениях утвердили Генеральные планы.

Особо подчеркнем, что в то время сведений о наиболее точном координатном описании границ земель лесного фонда (в том числе границ лесничеств) не было ни в государственном кадастре недвижимости, ни в государственном лесном реестре, ни в каком-то другом информационном ресурсе.

Чужие кладбища

- Информация о границах земель лесного фонда имелась только в материалах лесоустройства. Причем уже в 2012 году эти материалы были устаревшими (давностью в 15 и больше лет). Они не отражали фактического положения границ земель лесного фонда, произошедших изменений за период после прошлого лесоустройства, - напоминают эксперты ситуацию.

Отсутствие у картографических материалов для проектов лесоустройства координатной привязки, оторванность от жизненных реалий стали причиной противоречий и неразберихи.

Вспомним хотя бы кладбища в Северобайкальском и Кабанском районах. Там территории захоронений поныне не учтены в материалах лесоустройства. Хотя кладбища существуют более полувека.

Это происходит несмотря на то, что по действующему законодательству, по судебной практике земельные участки, которые занимают общественные кладбища, находятся в муниципальной собственности. Это прямо указано в законах, но в Бурятии не учитывается, и по материалам лесоустройства кладбищенские территории отнесены к лесному фонду.

Это к вопросу о том, что из себя представляют документы по лесам в Бурятии и как бумаги не отражают действительное положение дел. 

Муниципалитеты находятся в «подвешенном» состоянии. Особенно тяжело в Центральной экологической зоне. Когда прокуратура требует от местных властей поставить на кадастровый учет земельные участки под кладбищами, «лесные» структуры отказывают им в выдаче положительного заключения, так как в материалах лесоустройства и государственном лесном реестре данные участки относятся к землям лесного фонда. Муниципалитеты не знают, как быть.

«Лесная» война

Все муниципальные Генеральные планы были утверждены, повторим, к концу 2012 года, и жизнь не стояла на месте. В поселениях развивались населенные пункты, шла застройка. На предоставленных земельных участках построены многочисленные жилые дома сельчан, возведены социальные объекты. Построена инженерная инфраструктура. То есть Генпланы активно реализовывались.

И вдруг федералы решили взяться за описание границ своих лесничеств. А заодно посмотреть, есть ли пересечения с границами соседних земельных участков (в том числе отнесенных к населенным пунктам). Стали возникать конфликтные моменты - проектируемые границы лесничеств стали «вторгаться» в границы населенных пунктов, соседних земельных участков. Причем пересечений - огромное количество.

Как оказалось, в правительстве Бурятии хорошо знают о проблеме.

- Основной причиной многочисленных пересечений является то, что границы лесничеств устанавливаются только на основе материалов лесоустройства при их очень плохом качестве в части корректности отражения границ земель лесного фонда, - сказала нашему изданию Маргарита Магомедова, министр имущественных и земельных отношений Республики Бурятия.

В качестве одного из примеров министр привела материалы по Окинскому и Закаменскому районам, которые поступили в ее министерство, а также Министерство строительства республики. 

- Выявлены множественные пересечения, - отметила Маргарита Магомедова.

Положение непростое, дела у федералов продвигаются не очень быстро. На текущий момент в федеральный ЕГРН внесены сведения о границах только Романовского лесничества в Баунтовском районе. Непосредственным исполнителем работ по описанию границ лесничеств по заказу ФАЛХа является ФГБУ «Рослесинфорг». Работа по 37 существующим в республике лесничествам, можно сказать, завершена.

- При попытке внесения в ЕГРН сведений о границах лесничеств исполнители сталкиваются с отказом Кадастровой палаты по Республике Бурятия во внесении сведений в связи с многочисленными пересечениями проектными границами лесничеств уже установленных границ населенных пунктов и границ земельных участков, - говорит о текущем моменте министр.

Борьбу с этим препятствием ведет Департамент лесного хозяйства по СФО. Подает иски в суд, выигрывает, заставляя муниципалов корректировать Генпланы. Успешно «вырывает» у поселений часть территории. Рассматривают ли судьи вопрос о том, как утверждались Генпланы, устанавливались границы в те времена? Беспристрастно и тщательно? Не будем сейчас ломать копий на эту тему. Но федералы-«лесники» открыли против поселений Бурятии настоящую «лесную» войну.

Дополнительную остроту ситуации придает следующее. На земли лесного фонда, которые были образованы из бывших колхозных лесов, материалов лесоустройства не было.

Поэтому в таких местах вопрос, где проходят границы земель лесного фонда, является сложным и требующим исследования. Проводили ли судьи, которые вели дела о «лесных» границах, подобные исследования? Честно говоря, сомневаемся.

Вообще неоднократные обращения республиканского правительства к федералам, что курируют лесное дело, так и не привели к получению оцифрованных материалов лесоустройства, имеющихся в «Рослеинфорг». Это тоже вызывает вопросы и сомнения.

Как сельским поселениям отстоять границы своих населенных пунктов по Генплану, когда суды в Бурятии друг за другом «отнимают» у них куски территорий?  Может быть, написать коллективное обращение к председателю Верховного суда России Вячеславу Лебедеву? 25 сентября этого года ему как раз продлили полномочия на очередные шесть лет.

Ведь, утратив часть территории населенных пунктов, сельское поселение утрачивает часть своего потенциала для развития. Уменьшаются перспективы его завтрашнего дня. А деревенские жители начинают размышлять: «Раз у нашего села нет особых перспектив, надо уезжать». Особенно молодежь.

Петр Санжиев, «Номер один».
^