29.11.2019
В кадетской школе одно за другим происходят ЧП с детьми

Почти год 16-летний Кирилл Примак, учащийся Республиканской кадетской школы-интерната, кочует по больницам и реабилитационным центрам. Два удара в голову, которые подросток получил от одноклассника в стенах образовательного учреждения, превратили Киру - гордость кадетской школы, отличника и спортсмена - в инвалида. 

Однако  столь тяжелых последствий можно было избежать, если бы нейрохирург, осмотревший подростка, выставил верный диагноз и не позволил травме развиться в инсульт.

Два удара из-за мяча

- У Кирилла были большие планы на будущее. Он с детства мечтал о военной службе, мы планировали поступать в университет ФСБ, переехать в Санкт-Петербург, - сдерживаясь, чтобы не заплакать при сыне, рассказывает мама мальчика Наталья Николаевна. Во время нашего разговора она нежно поглаживает лежащего на диване парня по ноге – боится, чтобы от волнения у него не случился приступ. Он улыбается, чтобы не расстраивать маму. Так они поддерживают друг дружку на протяжении последних десяти месяцев.

Наталья Николаевна признается, Кирилл – ее единственная радость, она родила его поздно, в 42 года, воспитывала одна. Долгожданный сын рос здоровым и позитивным мальчиком, никаких проблем маме не доставлял. С детства занимался в спортивных секциях, ходил в музыкальную школу. После четвертого класса Наталья Николаевна решила, что мальчику, мечтающему о военной карьере, нужно дать хорошее образование, и вместе с Кириллом переехала из Баргузина в Улан-Удэ, где только что открылась кадетская школа. 

- Мы посмотрели, школа нам понравилась, и в пятый класс Кира пошел сюда, - вспоминает мама подростка. – Поначалу все было хорошо, в школе царила дисциплина, воспитатели в каждом классе, но последние 2-3 года дети, по сути, предоставлены сами себе, это любой родитель подтвердит. Если сначала в интернате было 150 детей, то потом эта цифра дошла до 300. Столько мальчишек в одном месте, представляете? В восьмом классе я даже хотела сына забрать оттуда и перейти в другую школу. 

В тот трагический день, 21 января 2019 года, Наталья Николаевна в последний раз проводила сына в школу. Как обычно, поцеловала и перекрестила Кирилла на дорогу, проводила взглядом через окно. Около 11 утра маме позвонила классная руководительница сына и попросила приехать – одноклассник сильно ударил Кирилла.  

- Я прилетела  и застала сына в учительской на диване, у него пол-лица заплыло, - дрожащим голосом рассказывает Наталья. – Первую помощь ему никто не оказал – медика в школе не было.  Скорую  никто не вызвал, даже компресс на отекшее лицо не положили. Когда медиков вызвали, молодой врач, осмотрев Киру, сразу сказал: «Быстро собираемся в больницу, с травмой головы шутить нельзя». 

Потом выяснилось, мальчишки поссорились на уроке физкультуры из-за мяча. По словам Натальи, учитель не смог урегулировать конфликт, просто развел парней в стороны. После звонка Кирилл отправился в раздевалку, как вдруг получил сначала один, следом второй удар в левую часть головы.  

- Кира рассказывал, что не ожидал удара, даже среагировать не успел – искры из глаз полетели. Говорят, тот мальчик бил кулаком, но при таких травмах, которые получил мой сын, это очень сомнительно, - говорит Наталья.         
 
«Мажьте синяк «Спасателем»
 
Из школы Кирилла с мамой доставили в Детскую республиканскую клиническую больницу. Тогда подросток еще нормально ходил и говорил. Ожидая врача, он даже подумать не мог, что скоро его жизнь изменится радикально. Что он не сможет играть в любимый футбол, ему нельзя будет смотреть телевизор и зависать в телефоне. 

- Пока я заполняла документы, сына увели на какой-то снимок. Оказалось, ему сделали рентген, хотя должны были сделать МРТ или компьютерную томографию головы. Сколько оборудования накупили, такие деньги в больницу вложили, а для кого? Мы очень долго ждали врача-нейрохирурга, наконец  через 23 минуты он пришел. Сел за компьютер, Кирилл на кушетке сидел в двух метрах от него, но врач к нему даже не подошел. «Ну что, - говорит, - голова цела, нос цел, мозг на месте». Я говорю, что у сына онемела левая сторона лица, он не чувствует зубов. На что врач ответил, что сейчас нас осмотрит отоларинголог, и порекомендовал мазь «Спасатель» для рассасывания синяка.

По возвращении домой Кирилл сказал маме, что у него кружится голова, но она успокоила его – это последствия удара. Женщина доверилась мнению врача, за что теперь сильно себя винит. На следующий день мама оставила сына дома, а на послезавтра вечером Кириллу стало плохо. 

- Я вернулась вечером домой, Кира открыл мне двери, все нормально было. Вдруг он позвал меня из зала: «Мама, скорее, у меня сильно заболела голова». Я быстренько дала сыну таблетку, он стал ее запивать, а вода мимо полилась. Он обмяк и потерял сознание, - еле шепчет Наталья.             

Мальчика доставили в ДРКБ, там срочно отправили на операцию. Оказалось, у Кирилла произошло кровоизлияние в мозг. У подростка диагностировали серьезную черепно-мозговую травму, которую накануне почему-то не увидел врач-нейрохирург. У ребенка нашли «оскольчатый перелом задней стенки верхней челюстной пазухи, перелом скуловой кости слева со смещением отломков по ширине и длине». 

- Позже одна из опытных врачей больницы сказала мне, если бы Кириллу в первый день врач поставил правильный диагноз, таких тяжелых последствий удалось бы избежать. Операцию сыну делала нейрохирург Анна Бачмага, большое ей спасибо! Кира находился в коме семь дней. Я была в шоке, шансов на выздоровление никто не давал. Я разговаривала с Кирой, и однажды он тихо сказал мне: «Мама». Представляете? – улыбается глазами Наталья.  

Странные исправления в медкарте

С первых дней в больнице Наталья Николаевна хотела взглянуть на  документы, которые были составлены в день их первого обращения в больницу, но их не давали. Ее уговаривали, «наверное, у вашего сына слабые сосуды», намекая, что внутримозговая гематома развилась сама собой и нейрохирург ни в чем не виноват. Однажды лечащий врач дала Наталье заглянуть в медкарту сына. Увиденное очень удивило и мать, и медика. 

- На главном листе белым маркером была заштрихована фраза о левосторонней травме головы, а сверху написано «геморрагический инсульт». Кто-то заменил причину и следствие местами. Видимо, для того, чтобы потом я не смогла доказать врачебную ошибку. Сейчас   готовлю заявление в Следственный комитет по поводу подделки медицинских документов и диагноза, - сообщает Наталья. 

Уголовное дело в отношении подростка, который ударил Кирилла, на днях будет передано в суд. Он обвиняется в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.  

- Я хочу, чтобы тот мальчик получил какое-то наказание, чтобы прочувствовал, что нельзя калечить людей. Его мама в первое время звонила, писала, хотела встретиться, предлагала помощь. Я тогда не могла вообще ни с кем говорить, до того мне было плохо. Я долго отказывалась от помощи, но однажды все-таки решилась принять ее – нечем было платить ипотеку, я ведь не работаю. Я дала матери мальчика номер счета, она пообещала помочь, но до сих пор молчит, - сетует мама Кирилла. 

Минздрав пока держит оборону, на претензии матери отвечает, что «медицинская помощь ребенку в приемно-диагностическом отделении была оказана с учетом анамнеза, данных объективного осмотра, неврологического статуса, данных рентгенологического обследования». Однако  Росздравнадзор нашел нарушения в действиях медиков при первичном приеме: «врачом-нейрохирургом недооценены жалобы ребенка, что привело к недооценке состояния и неверному диагнозу к моменту завершения осмотра: ушиб мягких тканей головы вместо легкой черепно-мозговой травмы». Кроме этого, нейрохирургом и дежурным оториноларингологом «не выявлены переломы костей лицевого черепа, что послужило неверной тактике ведения пациента (не проведена КТ головного мозга)».    

Не получила женщина реальной помощи и от уполномоченной по правам ребенка Татьяны Вежевич. По словам Натальи Николаевны, единственное, что защитница детей сделала, это перенаправила заявление матери в Минздрав РБ. 

- Вежевич раз пять отвечала мне одно и то же – следствие по вашему делу продолжается. Так это я и сама знаю! Чем она вообще занимается на своей должности? Сходила бы в кадетскую школу, выяснила, почему там который раз случаются ЧП, - недоумевает мама мальчика.   
 
«Школа превращается в обычный интернат»

И действительно, в сентябре в кадетской школе произошел еще один трагический инцидент. Из окна четвертого этажа выпал 13-летний мальчик. Только чудом ребенок остался жив, получив травмы спины и головы. 

- Сейчас мой ребенок идет на поправку, - рассказывает мама мальчика Анастасия. - Он все еще лечится - ходит на физиопроцедуры и массаж, но к занятиям в школе ему еще рано возвращаться. По факту ЧП еще ведется следствие.      

К школе у Натальи Примак много вопросов. По ее словам, с некоторых пор она из военного учреждения превратилась в обычный интернат. 

-  Был у нас хороший военрук, полковник, при нем в школе были и дисциплина, и порядок. С ним было интересно учиться. При нем Кирилл в 6-м классе получил первые лычки, а в 8-м по итогам конкурса, длившегося год, стал «Лучшим кадетом года». Сейчас хорошего военного руководителя в школе нет, кружков очень мало. Мальчишки по большей части не заняты, воспитательная работа проводится бессистемно, - резюмирует Наталья.   

Когда Кирилл сможет вернуться в школу, неизвестно. Он уже прошел лечение и реабилитацию в Москве, Питере, Тюмени. Мама не упускает ни единой возможности показать сына лучшим докторам. Сейчас ее главная цель – вернуть сына к полноценной жизни и снять с него инвалидность, которой мальчик очень стесняется.     

- К Кириллу постепенно возвращается память, - делится успехами сына мама. - Поначалу он не мог вспомнить таблицу умножения, сказать, сколько времени на часах. Сейчас он уже читает, занимается на тренажерах. Но нам еще много нужно тренироваться, да же, Кирюша? – обнимая сына, говорит Наталья. 

В кадетской школе сообщили, что по обоим трагическим случаям проведены расследования. Вынесены дисциплинарные взыскания в виде замечания учителю физкультуры, педагогу-психологу, воспитателю 7б класса. 

Руководство школы сообщило, что случай с Кириллом Примаком   «это не преднамеренное избиение одного кадета другим, а недоразумение, разногласие между кадетами во время игры, которое привело в последующем к несчастному случаю». 

По факту падения ученика с четвертого этажа директор школы издал приказ «О расследовании несчастного случая».

P.S. После нашего разговора Кирилл разволновался. В тот же вечер у него случился приступ, и он снова попал в больницу.     

Любовь Ульянова, «Номер один».   
^