Таежный распил
В Бурятии вырубили практически все, что доступно
Селенгинский ЦКК впервые в своей истории начал закупать сырье - отходы лесопиления в Иркутской области. Ведь в Бурятии исчезла проблема отходов лесопиления - горбыля и опилок. Вместе с деловым лесом, испарившимся после десятилетий варварской вырубки тайги.
Леса нет
Еще несколько лет назад чиновники и депутаты ломали голову над тем, куда деть опилки, горбыль, обрезки и другие отходы производства лесопиления. В Усть-Баргузине регулярно горела свалка с обрезками, а опилки предполагалось использовать под переработку в дровяные пеллеты. Однако прошло несколько лет и многочисленные пилорамы остались без древесины, а их хозяева спешно продают железо в другие регионы. Также простаивают и новые производства по выпуску топливных гранул и пеллетов - нет сырья, а продукция не пользуется спросом из-за дороговизны.
Доступные лесные запасы деловой древесины полностью исчерпаны. Судя по спутниковым снимкам ресурса в Бурятии, для вырубки осталась лишь узкая полоска нетронутой тайги вдоль байкальского побережья и лес в горах. Несмотря на то, что официально общая площадь лесного фонда Бурятии составляет 27 млн гектаров, качественной древесины там практически не осталось.
Ведь все ценные сорта древесины годами вывозились в Китай, который сам у себя лес не рубит, но является мировым лидером по торговле продуктами деревообработки. Помимо официальных лесопользователей, значительный вклад в сведение на нет лесов внесло безработное население сел и поселков, выживавшее во многом за счет нелегальных рубок леса и его продажи.
Но вы держитесь
И если раньше население байкальской территории имело возможность ловить хотя бы рыбу и добывать пропитание путем охоты, то сегодня и там запреты. Однако хищническое пользование природными ресурсами не могло не привести к краху. Дефицит сырьевой базы привел к тому, что даже отходов лесопиления стало не хватать флагману региональной деревообрабатывающей промышленности - Селенгинскому ЦКК. В условиях роста спроса на упаковочный картон предприятие нарастило выпуск продукции, однако возникла проблема с сырьем.
- Ежедневно из Усть-Баргузина на Селенгинский ЦКК отправляется около десятка крупных грузовых тягачей с полуприцепами, под завязку набитых горбылем, еще два - из Турки, - рассказывает предприниматель Алексей Башаров. - Это капля в море для нужд комбината, но больше сырья два района дать не в состоянии - нет столько отходов.
Как отмечает предприниматель, помимо нехватки лесного фонда, одна из проблем - увеличение себестоимости получения сырья. Добыча одного куба древесины и транспортировка до комбината в связи с ростом стоимости топлива превышает 5,5 тыс. рублей, но покупатели сырья не могут платить больше.
В результате Селенгинский ЦКК все больше переходит на поставки сырья из Иркутской области.
- С нового года мы активно закупаем древесные отходы из Иркутской области для переработки на комбинате, их везут с севера области, - рассказывает представитель комбината, предпочитающий не оглашать свое имя. - Поскольку ангарская сосна считается одной из лучших в мире по качеству древесины, продукция из нее является высококлассной и благодаря этому технические характеристики гофрокартона еще более улучшены.
Комбинат не смущает большое транспортное плечо. Дело в том, что в Иркутской области население городов и поселков не использует горбыль и дрова для отопления жилищ. В области установлены низкие тарифы на электроэнергию, и люди при наступлении холодов просто включают кнопку электрического отопления в домах. Поскольку горбыль некуда девать, он обходится бесплатно для транспортных компаний. Что касается сырьевой базы, то она у соседей богатейшая.
Кто в лес, кто по дрова
Между тем вырубка лесов на дрова и, как следствие, дефицит отходов лесопиления больно бьют по испытывающему экономические трудности населению Бурятии, с недавних пор перешедшему на отопление домов горбылем. А он дорожает вместе с дровами. Стоимость последних превысила 12 тыс. рублей за микрогрузовик. Особенно острой ситуация выглядит в Улан-Удэ, вокруг которого свели весь лес на дрова, и доставка обходится все дороже. А население переходит на отопление домов грязным углем, тем самым ухудшая экологию Улан-Удэ.
«В Забайкальский край постепенно превращаемся, где вокруг сел весь лес вырубили, теперь они оказались посреди голой степи и сегодня отапливаются углем», - говорят улан-удэнцы на форумах в соцсетях.
Дефицит и удорожание топлива в 2021 году могут стать новым стимулом для «черных лесорубов», которые, возможно, снова возьмутся за топоры. Ведь пара крупных сосен в окрестностях города при их распиловке как раз входит в микрогрузовик стоимостью 10-12 тыс. рублей. А это количество дров лесорубы могут вывезти из леса за несколько часов ночной работы. Пока же в комитете по городскому хозяйству мэрии Улан-Удэ и не фиксируют нарушений: лесники в окрестных лесах незаконных рубок не обнаружили.
Набить шишки
Снизить потерю лесов может восстановление. Так, по данным Республиканского агентства лесного хозяйства, в 2021 году общая площадь восстановления превысила 21 тыс. гектаров. В основном речь идет об очистке территорий от захламления и обустройстве тракторами борозд для лучшей приживаемости падающих шишек. Также высадили более 6 млн сеянцев сосны и других ценных пород в прошлом году на площади 1,8 тыс. гектаров.
Однако процесс этот долгий. Напомним, что первые высадки саженцев в Улан-Удэ начались после Второй мировой войны. В начале 50-х годов, когда вырубили на дрова весь лес в черте Улан-Удэ. Спустя 70 лет эти молодые деревья можно видеть на «Тропе здоровья» на Верхней Березовке, стоящие ровными рядами вдоль нее. Однако деловым лесом эти полосы назвать трудно, можно сказать, он еще не до конца восстановился. Лесники говорят, что для этого необходимо около 100 лет. Несколько ускорить процесс могут современные технологии, например, в последние годы в Бурятии активно развивается бизнес по выращиванию саженцев сосны и кедра в теплицах. Лесопользователей обязали покупать сеянцы более качественные, высаживаемые в горшочках и опережающие естественные саженцы на несколько лет в росте и приживаемости.
Ну а пока в Бурятии необходимы экстренные меры для перевода отопительных мощностей частного сектора на электроотопление через снижение киловатт/часа. Как это произошло в ряде российских регионов, где в 2021 году снизили тарифы на передачу электроэнергии, что позволило в регионах перевести выработку тепла от сжигания топлива на экологически чистое электричество. Недавно депутаты Хурала обратились в правительство РФ с просьбой рассмотреть вопрос о выделении федеральной субсидии на компенсацию стоимости электроэнергии для владельцев электрокотлов, чтобы начать дрейф от печек к цивилизованному энергопотреблению.
Дмитрий Родионов, «Номер один».
Леса нет
Еще несколько лет назад чиновники и депутаты ломали голову над тем, куда деть опилки, горбыль, обрезки и другие отходы производства лесопиления. В Усть-Баргузине регулярно горела свалка с обрезками, а опилки предполагалось использовать под переработку в дровяные пеллеты. Однако прошло несколько лет и многочисленные пилорамы остались без древесины, а их хозяева спешно продают железо в другие регионы. Также простаивают и новые производства по выпуску топливных гранул и пеллетов - нет сырья, а продукция не пользуется спросом из-за дороговизны.
Доступные лесные запасы деловой древесины полностью исчерпаны. Судя по спутниковым снимкам ресурса в Бурятии, для вырубки осталась лишь узкая полоска нетронутой тайги вдоль байкальского побережья и лес в горах. Несмотря на то, что официально общая площадь лесного фонда Бурятии составляет 27 млн гектаров, качественной древесины там практически не осталось.
Ведь все ценные сорта древесины годами вывозились в Китай, который сам у себя лес не рубит, но является мировым лидером по торговле продуктами деревообработки. Помимо официальных лесопользователей, значительный вклад в сведение на нет лесов внесло безработное население сел и поселков, выживавшее во многом за счет нелегальных рубок леса и его продажи.
Но вы держитесь
И если раньше население байкальской территории имело возможность ловить хотя бы рыбу и добывать пропитание путем охоты, то сегодня и там запреты. Однако хищническое пользование природными ресурсами не могло не привести к краху. Дефицит сырьевой базы привел к тому, что даже отходов лесопиления стало не хватать флагману региональной деревообрабатывающей промышленности - Селенгинскому ЦКК. В условиях роста спроса на упаковочный картон предприятие нарастило выпуск продукции, однако возникла проблема с сырьем.
- Ежедневно из Усть-Баргузина на Селенгинский ЦКК отправляется около десятка крупных грузовых тягачей с полуприцепами, под завязку набитых горбылем, еще два - из Турки, - рассказывает предприниматель Алексей Башаров. - Это капля в море для нужд комбината, но больше сырья два района дать не в состоянии - нет столько отходов.
Как отмечает предприниматель, помимо нехватки лесного фонда, одна из проблем - увеличение себестоимости получения сырья. Добыча одного куба древесины и транспортировка до комбината в связи с ростом стоимости топлива превышает 5,5 тыс. рублей, но покупатели сырья не могут платить больше.
В результате Селенгинский ЦКК все больше переходит на поставки сырья из Иркутской области.
- С нового года мы активно закупаем древесные отходы из Иркутской области для переработки на комбинате, их везут с севера области, - рассказывает представитель комбината, предпочитающий не оглашать свое имя. - Поскольку ангарская сосна считается одной из лучших в мире по качеству древесины, продукция из нее является высококлассной и благодаря этому технические характеристики гофрокартона еще более улучшены.
Комбинат не смущает большое транспортное плечо. Дело в том, что в Иркутской области население городов и поселков не использует горбыль и дрова для отопления жилищ. В области установлены низкие тарифы на электроэнергию, и люди при наступлении холодов просто включают кнопку электрического отопления в домах. Поскольку горбыль некуда девать, он обходится бесплатно для транспортных компаний. Что касается сырьевой базы, то она у соседей богатейшая.
Кто в лес, кто по дрова
Между тем вырубка лесов на дрова и, как следствие, дефицит отходов лесопиления больно бьют по испытывающему экономические трудности населению Бурятии, с недавних пор перешедшему на отопление домов горбылем. А он дорожает вместе с дровами. Стоимость последних превысила 12 тыс. рублей за микрогрузовик. Особенно острой ситуация выглядит в Улан-Удэ, вокруг которого свели весь лес на дрова, и доставка обходится все дороже. А население переходит на отопление домов грязным углем, тем самым ухудшая экологию Улан-Удэ.
«В Забайкальский край постепенно превращаемся, где вокруг сел весь лес вырубили, теперь они оказались посреди голой степи и сегодня отапливаются углем», - говорят улан-удэнцы на форумах в соцсетях.
Дефицит и удорожание топлива в 2021 году могут стать новым стимулом для «черных лесорубов», которые, возможно, снова возьмутся за топоры. Ведь пара крупных сосен в окрестностях города при их распиловке как раз входит в микрогрузовик стоимостью 10-12 тыс. рублей. А это количество дров лесорубы могут вывезти из леса за несколько часов ночной работы. Пока же в комитете по городскому хозяйству мэрии Улан-Удэ и не фиксируют нарушений: лесники в окрестных лесах незаконных рубок не обнаружили.
Набить шишки
Снизить потерю лесов может восстановление. Так, по данным Республиканского агентства лесного хозяйства, в 2021 году общая площадь восстановления превысила 21 тыс. гектаров. В основном речь идет об очистке территорий от захламления и обустройстве тракторами борозд для лучшей приживаемости падающих шишек. Также высадили более 6 млн сеянцев сосны и других ценных пород в прошлом году на площади 1,8 тыс. гектаров.
Однако процесс этот долгий. Напомним, что первые высадки саженцев в Улан-Удэ начались после Второй мировой войны. В начале 50-х годов, когда вырубили на дрова весь лес в черте Улан-Удэ. Спустя 70 лет эти молодые деревья можно видеть на «Тропе здоровья» на Верхней Березовке, стоящие ровными рядами вдоль нее. Однако деловым лесом эти полосы назвать трудно, можно сказать, он еще не до конца восстановился. Лесники говорят, что для этого необходимо около 100 лет. Несколько ускорить процесс могут современные технологии, например, в последние годы в Бурятии активно развивается бизнес по выращиванию саженцев сосны и кедра в теплицах. Лесопользователей обязали покупать сеянцы более качественные, высаживаемые в горшочках и опережающие естественные саженцы на несколько лет в росте и приживаемости.
Ну а пока в Бурятии необходимы экстренные меры для перевода отопительных мощностей частного сектора на электроотопление через снижение киловатт/часа. Как это произошло в ряде российских регионов, где в 2021 году снизили тарифы на передачу электроэнергии, что позволило в регионах перевести выработку тепла от сжигания топлива на экологически чистое электричество. Недавно депутаты Хурала обратились в правительство РФ с просьбой рассмотреть вопрос о выделении федеральной субсидии на компенсацию стоимости электроэнергии для владельцев электрокотлов, чтобы начать дрейф от печек к цивилизованному энергопотреблению.
Дмитрий Родионов, «Номер один».
