Сколько стоит смерть
Год назад на руднике «Ирокинда» случилось страшное: проходчик погиб из-за обрушения горной массы. Позже выяснилось, что сам рабочий ни в чем не виноват – технику безопасности он не нарушал, а ответственность за трагедию лежит на его руководстве. Несмотря на это, родным пришлось пройти через «огонь», «воду» и две судебные инстанции, чтобы доказать свое право на компенсацию.
Скончался на месте
Ночью 27 октября на одном из участков подземных горных работ в руднике «Ирокинда» проходчик получил смертельные травмы – на него обрушилась горная масса с кровли выработки. Следком сразу же возбудил уголовное дело по статье «Нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее смерть человека».
Следователи смогли выяснить, что проходчик по заданию мастера в штольне устанавливал крепления сопряжения ленты, бурил отверстия, в которые вставлял анкеры. При бурении очередного отверстия с кровли выработки произошло отслоение горной массы, которая обрушилась на работника и завалила его. Мужчина скончался на месте.
«По уголовному делу проведен осмотр места происшествия, зафиксирована обстановка в ленте, где производились работы. На предприятии изъята документация, касающаяся техники безопасности, и проведены допросы работников, горных мастеров. Установлено взаимодействие с межведомственной комиссией Забайкальского управления Ростехнадзора, которой параллельно осуществляется расследование несчастного случая на производстве. Также проводятся другие необходимые следственные действия и процессуальные мероприятия, направленные на установление полной картины происшествия и конкретных виновных лиц», - сообщали тогда в следственном ведомстве.
Позже к расследованию подключилась и прокуратура республики, которая поставила себе целью дать оценку соблюдению требований законодательства об охране труда и промышленной безопасности на ООО «Ирокинда».
Как выяснилось позже, причиной несчастного случая стала неудовлетворительная организация производства работ. Руководители и специалисты не обеспечили контроль за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины. Сам же погибший был полностью трезв, грубой неосторожности с его стороны тоже не было.
Как родные
Родным погибшего пришлось обращаться в суд – как правило, компании не идут на выплаты добровольно несмотря ни на что. Так произошло и в нашей истории. Сложность заключалась в том, что не все дети приходились погибшему родными: когда они с супругой поженились, у них уже были два ребенка от прежних браков. Позже родился еще один, уже их совместный малыш.
Поэтому, когда родные подавали в суд, прежде всего они просили признать двух неродных детей членами семьи погибшего. А после выплатить всем троим детям и супруге по 5 млн рублей компенсации.
«Причиной несчастного случая на производстве стало нарушение работодателем ООО «Ирокинда» норм трудового законодательства по обеспечению безопасных условий труда. Грубой неосторожности или нарушений со стороны погибшего проходчика не установлено. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем морального вреда... В зависимости от характера причиненных потерпевшим нравственных страданий, с учетом изложенных фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевших, истцы просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей в пользу каждого», - изложил юрист их позицию суду.
Двое неродных (по всей видимости, уже относительно взрослых) детей погибшего в суде рассказали, что с детства жили вместе с ним и относились к нему как к родному отцу.
«Он признавал их членами своей семьи, вырастил, полностью содержал семью. Признание членами семьи необходимо для обращения к ответчику о компенсации морального вреда в рамках отраслевого соглашения по горнометаллургическому комплексу Российской Федерации», - говорится в решении суда.
Никаких эмоций
Однако представитель ООО «Ирокинда», задвинув эмоции, до последнего боролась за деньги компании.
«В карточке работника по форме Т-2 погибший не указывал иных членов семьи кроме супруги, истцы не являются членами семьи согласно Жилищному кодексу РФ, с учетом принципов разумности и справедливости полагала заявленный размер компенсации морального вреда завышенным», - излагает суд позицию юриста.
И в этой позиции представитель добывающей компании оказалась одинока. Даже прокурор пришла к выводу, что исковые требования нужно удовлетворить, а размер компенсации установить «с учетом принципов разумности и справедливости».
В итоге суд первой инстанции встал на сторону родных, но частично. Супруге и родному сыну погибшего суд постановил выплатить по 2 млн рублей, а двум неродным детям – по 650 тыс. рублей.
Общий протест
Таким решением суда остались недовольны все. Представитель ООО «Ирокинда» подала апелляцию, в которой требовала его отменить, потому что два неродных ребенка погибшего так и не получили статус членов семьи. А размер компенсации супруге и родному сыну, по ее мнению, завышен. Кроме того, выяснилось, что компания уже выплачивала семье деньги.
«Суд первой инстанции не учел, что сумма в 650 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, выплаченная ранее (супруге погибшего. – Прим. ред.) работодателем ООО «Ирокинда» в добровольном порядке, является значительной с учетом сложившейся судебной практики в регионе. Также отмечает, что погибший работник был застрахован в соответствии с действующим законодательством, что дает право членам его семьи на получение дополнительных выплат».
Родные проходчика же требовали выплатить всем одинаковую компенсацию – 3 млн рублей. И даже обосновали эту сумму:
«Согласно пункту 7.5.1 Отраслевого тарифного соглашения по горнометаллургическому комплексу РФ на 2020 - 2022 годы, в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве работодатель в качестве возмещения морального вреда выплачивает сверх установленных законодательством сумм единовременное пособие в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника. Заработок (погибшего. – Прим. ред.) за десять месяцев, предшествующих гибели, составил 2 118 024, 71 рубля. Полагают, что за полные 12 месяцев годовой заработок мог превышать 2 500 000 рублей. В связи с чем взысканный судом первой инстанции в пользу истцов размер компенсации подлежит увеличению».
В канцелярском аду
Последний довод сработал: но только для супруги и родного сына. Основываясь на среднем заработке, Верховный суд постановил увеличить их компенсацию до 2,4 млн рублей.
Что касается неродных детей, то размер их компенсации «верхушка» увеличивать не стала. Но и отменять тоже: «Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, судом первой инстанции обоснованно взыскана компенсация морального вреда в пользу истцов (неродных детей. – Прим. ред.), поскольку, как было установлено в ходе судебного разбирательства, истцы с детства воспитывались погибшим, между ними сложились крепкие родственные связи, погибший заменил истцам отца, смерть, безусловно, является для них невосполнимой потерей родного человека».
Таким образом, справедливость вроде бы восторжествовала. Вот только непонятно, почему каждый раз родным погибших работников на крупных производствах приходится проходить все круги канцелярского ада, чтобы получить разумные компенсации. Ведь эта история – одна из многих. И она отражает общую тенденцию: человеческого отношения от бизнеса чаще всего ждать не приходится.
Станислав Сергеев, «Номер один».
