«Омулевые» планы не оправдались
В «рыбном» сообществе республики ходят разговоры о том, что руководители двух важных учреждений «рыбного» направления, возможно, покинут свои посты. Речь идет о Байкальском филиале ФГБУ «Главрыбвод» и Ангаро-Байкальском теруправлении Росрыболовства (АБТУР). По крайней мере ходят настойчивые разговоры об этом. Все это - хороший повод поговорить о том, как в регионе обстоят «омулевые» дела.
Новая надежда?
Все последние годы филиалом «Главрыбвода» руководил Леонид Михайлик, а во главе АБТУРа стоял Роман Гармаев. Если они после ряда лет работы действительно покидают ответственные посты, то это, с одной стороны, можно назвать, наверное, логичным. С другой стороны, такой поворот стал бы, на наш взгляд, неожиданностью, так как жизнь в Бурятии, России не всегда логична.
Уход указанных руководителей породил бы у нас надежду на рывок к лучшему будущему. Пусть маленькую, но все же надежду. Случись такое, честно говоря, хотелось бы, чтобы новыми руководителями местных филиалов этих важных федеральных «рыбных» структур назначили приезжих - людей не из Бурятии. Чтобы они не были из когорты тех, кто годами погружен в «рыбную» обстановку, сложившуюся в республике. Чтобы смогли взглянуть на ситуацию свежим взглядом. Новая метла по-новому метет - так было во все времена.
Ключевой вопрос не решен
Самым важным «рыбным» вопросом остается омулевый. Промышленный лов омуля на Байкале запрещен осенью 2017 года. Это стало неприятным сюрпризом для рыбопромысловых организаций. Предприятия были вынуждены сделать упор на менее маржинальные местные виды рыб. А какие-то рыбзаводы начали использовать привозную рыбу.
Власти говорили, что в 2025 году можно ждать ослабления запрета на промвылов омуля в Байкале.
Напомним, что речь шла о возможном начале промышленного лова в режиме промразведки. 7 мая 2024 года на официальном сайте Минсельхоза Бурятии была даже опубликована оптимистичная заметка «В Бурятии хотят начать добычу омуля в режиме промразведки». Правда уже тогда кое у кого возникали сомнения - российское законодательство не предусматривает такого режима лова омуля, как промразведка.
«Мы сейчас прорабатываем вопрос, чтобы в 2025 году начать добычу в режиме промразведки. Уже обозначили данный вопрос на научно-промысловом совете Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии, чтобы ученые оценили, определили квоты, рыболовные участки и орудия лова. По мнению сотрудников ВНИРО, начинать можно с северного Байкала, где популяция омуля быстрее восстанавливается», - цитировал год назад сайт Галсана Дареева, который тогда работал министром сельского хозяйства Бурятии, и до его задержания силовиками было еще далеко.
Он пояснял, что мероприятия по искусственному воспроизведению омуля позволяют быстро восстанавливать популяцию, чтобы она достигла биомассы в 10 тыс. тонн. «И тогда уже можно говорить о снятии запрета на вылов», - предполагал Галсан Дареев.
В 2024 году по всему Байкалу федералы провели гидроакустическую съемку омуля. Увы, пока его биомасса достигла только 8 тыс. тонн.
Сегодня минсельхоз более осторожно и осмысленно подходит к данной теме.
И. о. министра сельского хозяйства Инна Брянцева не смогла сказать «Номер один», смогут ли предприятия рыбной отрасли республики вести промразведку в 2025 году.
И, видимо, надежды бурятских рыбодобытчиков на промразведку-2025 не оправдались. В целом же запрет на промвылов омуля в Байкале федералы пролонгировали до 2030 года.
Омулевый цикл скоро замкнется
Ловят омуля с двух берегов Байкала, а нерестится он только на бурятской стороне. Возраст омуля, когда тот идет на нерест, бывает разным в зависимости от популяции. Он может доходить до восьми лет. Данный срок и есть самая большая величина омулевого цикла размножения.
Байкал скоро начнет получать полный эффект от осеннего запрета 2017 года. Скоро - но не в этом году - на нерест пойдут упомянутые восьмилетки, однако в небольшом количестве, потому что в момент их рождения (2018 год) омуль был в кризисе.
Пролонгацию запрета промышленного лова считаем обоснованной. Пусть реализуется цикл размножения рыбы 2018 - 2020 годов. Ценителям блюд из омуля придется, как и раньше, довольствоваться тем омулем, что разрешено ловить в рамках любительской добычи, по квоте малочисленных народов Севера и добывать на других законных правах. Народ же, согласитесь, не остался абсолютно без омуля. Ну и определенную роль играет браконьерство, что уж скрывать.
В 1970-е годы власти тоже вводили многолетний запрет на промдобычу байкальского омуля. Тогда это помогло, надеемся, так же произойдет во второй раз.
Большереченский завод оживает
Леонид Михайлик назначен начальником Байкальского филиала ФГБУ «Главрыбвод» в 2017 году. До того возглавлял Байкалрыбвод, который и преобразовался в Байкальский филиал.
«Номер один» направил небольшой запрос на имя Леонида Михайлика. Спросили о ситуации на Большереченском заводе, который долго реконструировали, а также о причине, по которой он покидает пост начальника филиала. Ответ пришел за подписью не Михайлика, а и. о. начальника филиала Занны Вороновой.
Из трех рыбоводных заводов, которыми управляет в республике Байкальский филиал, наиболее известным является Большереченский рыбоводный завод имени Н. Ф. Дзюменко. Это первое рыбоводное предприятие, которое организовали в Бурятии для искусственного воспроизводства омуля придонно-глубоководной группы. Именно она больше всего пострадала после изменения уровня озера Байкал вследствие строительства Иркутской ГЭС – по завершении возведения объекта исчезли привычные для придонно-глубоководной группы нерестилища.
«24 декабря 2024 года в установленном законом порядке получено разрешение на ввод Большереченского рыбоводного завода в эксплуатацию», - сообщила Занна Воронова.
На Большереченском заводе, к слову, прошли весьма масштабные работы. Реконструировали садковую базу и инкубационный цех. Построили цех подращивания, газовую котельную, насосную станцию с подрусловым устройством забора воды, трансформаторную подстанцию, закупили дизель-генератор, обустроили пруд, построили внутризаводские линии электропередач, водопровод, тепловые сети, канализацию.
Установили также новое технологическое оборудование для инкубации икры. «Также ФГБУ «Главрыбвод» для обеспечения эффективного отлова производителей и выпуска личинки байкальского омуля закупил и поставил в филиал новые автотранспортные средства: КамАЗ (2 шт.), трактор, ГАЗОН-Некст», - отметила Занна Воронова.
Все перечисленное - это нужные, полезные для омуля вещи. Разумеется, их надо делать. Но повторим то, что «Номер один» ранее уже отмечал.
Популяция байкальского омуля, икру которого инкубируют на южнобайкальском Большереченском заводе, традиционно играет маленькую роль в общем объеме промдобычи омуля. Рыбаки не понимают, почему модернизацию решили провести прежде всего на Большереченском? Он более-менее работал, и его обновление можно было сделать позднее. Кто это пролоббировал? Случаем не Михайлик ли?
Ведь есть Селенгинский и Баргузинский заводы, которые также находятся в ведении Байкальского филиала. Они как раз создавались для искусственного воспроизводства популяций омуля, которые составляют основную часть в промдобыче. Именно эти заводы являются залогом ускоренного наращивания биомассы омуля для промышленного лова. Выпускали бы личинок омуля в центральной части Байкала в дополнение к омулю, что рождается в той зоне на естественных нерестилищах.
Но вместо их реконструкции приоритет отдали южному Большереченскому.
Биомасса промыслового омуля, полагаем, потому и растет не очень быстро, что группы омуля, являющиеся костяком для промдобычи, размножаются только в природных условиях. Представляете, как «взбодрилась» бы промысловая биомасса в Байкале при искусственной поддержке. Как здорово было бы, если на всю омулевую мощь заработал бы, допустим, обновленный Селенгинский завод и плюс более-менее действовал бы Большереченский. Поток дополнительного омуля по югу и центру Байкала. Увы, история не знает сослагательного наклонения.
Что до Михайлика, то Занна Воронова ничего не сказала на вопрос о причинах его ухода с поста. Опровергать его уход тоже не стала. Для сравнения - в АБТУРе, наоборот, на разговоры об уходе Романа Гармаева с поста руководителя отреагировали предельно ясно. Ринат Енин, и. о. руководителя АБТУРа, сообщил, что «...Гармаев Роман Васильевич является руководителем Управления, иными сведениями Управление не располагает».
Будем считать, что одно «рыбное» ведомство лишилось «головы», а другое пока нет.
Омулевые страсти
За минувшие годы омулевое рыбоводство Бурятии не раз неприятно поражало людей.
В последний раз это произошло осенью 2024 года. Этой весной Большереченский завод не выпустил инкубированного омуля в природу, потому что осенью не заложил икру на инкубацию. «Инкубация икры байкальского омуля на других рыбоводных заводах Республики Бурятия, находящихся в оперативном управлении ФГБУ «Главрыбвод», также не будет производиться», - сообщал тогда Дмитрий Грудинин, и. о. начальника Байкальского филиала ФГБУ «Главрыбвод».
Доработались до того, что некого стало выпустить на свободу.
Вспоминается другой случай.
На реконструировавшемся Большереченском заводе к октябрю 2021 года подрядчик должен был ввести в эксплуатацию инкубационный цех, но не сделал это. Икру омуля, собранную той осенью, перевезли на Селенгинский завод и там заложили на инкубацию.
Весной 2022 года инвентаризация показала, что показатель выживаемости икры на указанном предприятии составил примерно 45%. Соответственно, остальные приблизительно 55% икры омуля списаны и утилизированы. Как сообщал в те годы «Номер один», по мнению рыбоводов, это нельзя назвать массовой гибелью икры. Но у нашего издания было иное мнение.
Главной причиной такого результата считалось повышенное содержание железа в использовавшейся воде. Весной-2022 в естественную среду обитания выпустили 338,016 млн личинок омуля (по словам Байкальского филиала).
«Байкальским филиалом ФГБУ «Главрыбвод» от запланированного объема осуществлен выпуск на 75%», - констатировали тогда нашему изданию в руководстве филиала.
После случая на Селенгинском заводе там больше не рисковали инкубировать икру омуля. Лозунг «можем повторить» оказался не для Байкальского филиала. И в прошлом году, как говорилось выше, икру совсем нигде не заложили... Феерические истории вокруг искусственного воспроизводства омуля шли одна за другой.
Постоянные читатели помнят, как на Большереченском рыбоводном заводе умудрились испортить 19 тонн омуля-производителя. Нарушения обнаружила природоохранная прокуратура, проверив предприятие вместе с Россельхознадзором. В итоге вся масса ценной байкальской рыбы отправилась на скотомогильник.
Чтобы заложить оплодотворенную икру на инкубацию, отлавливают омулей-производителей. Заметная их часть, побывав в ведении рыбоводов Байкальского филиала, находится в таком состоянии, что выпуск рыбы назад, в Байкал, признается нецелесообразным. Такой омуль называют «ушедшим в отход» и продают с аукциона. Порядок продажи выловленных водных биологических ресурсов после их использования в целях искусственного воспроизводства давно утвержден. Аукционы проводит Байкальский, Приморский и другие филиалы.
Проверка выявила многочисленные нарушения санитарного законодательства. Коротко говоря, рыба была опасна для употребления в пищу. Россельхознадзор выдал предписание на уничтожение. Основанием послужил Федеральный закон «О качестве и безопасности пищевых продуктов».
Среди нарушений – метод обработки омуля. Рыбу обрабатывали водой, взятой из русла Большой речки. Хотя пищевые продукты надлежит обрабатывать водой, соответствующей санитарным нормам. Открытый водоем – это не тот случай.
У омуля также отсутствовала маркировка.
«Соответственно, невозможно было проследить, когда конкретно партия добыта, не истекли ли сроки хранения и является ли рыба безопасной. Отсутствие маркировки тоже не позволяет по законодательству рыбу реализовать», - пояснял восточно-байкальский межрайонный природоохранный прокурор Алексей Кошелев.
Кроме того, омуль неправильно хранили. Уничтожили тогда две партии.
Это то, что наиболее удивляет в Байкальском филиале. Других интересных моментов в деятельности даже не будем касаться.
В запросе на имя Леонида Михайлика мы поинтересовались у него самыми большими достижениями и неудачами в работе. В ответе Занна Воронова упомянула положительные факты по Байкальскому филиалу ФГБУ «Главрыбвод». К неудачам можно, наверное, отнести ее информацию о выводе части коллектива Большереченского завода в вынужденный простой из-за отсутствия в 2024 году закладки икры на инкубацию. Сейчас работники выводятся из простоя. Второй момент – Баргузинский завод не вошел в перечень реконструируемых (по Селенгинскому заводу есть проектная документация, прошедшая Главгосэкспертизу).
По нашему мнению, неудач в филиале было больше. Но давайте завершим на положительном.
Из ответа Занны Вороновой следует, что с 2019 по 2024 год выпуск личинок омуля в Байкал превысил предусмотренные нацпроектом плановые показатели в 4,5 раза.
Что это за план, который можно превысить в 4,5 раза? Это, наверное, как в плановой экономике СССР - «пятилетку за два года»? Может быть, советская экономика и пошла вразнос из-за такого стиля планирования?
Вы, уважаемые читатели, верите в эти 4,5 раза? План перевыполнен, а сроки возобновления нормальной промдобычи омуля ушли в голубую даль... Разве не должно быть наоборот?
Петр Санжиев, «Номер один».
