Бизнес Бурятии готовится к налоговому удару
Министерство финансов Российской Федерации предложило повысить ставку НДС с 20% до 22%, а также ввести ряд других мер, усиливающих налоговое бремя в первую очередь для малого и среднего бизнеса. Если инициатива будет принята, изменения вступят в силу с 1 января 2026 года.
По словам представителей ведомства, эти меры направлены прежде всего на финансирование обороны и безопасности.
«Номер один» опросил предпринимателей Бурятии. Большинство из них считают, что рост налога на добавленную стоимость приведет к повышению цен, особенно в небольших магазинах, кафе и ресторанах. В крупных продуктовых сетях, как отмечают эксперты, уже набирает обороты стелсфляция - скрытое снижение объема товара при сохранении цены. //
Фискальный передел
Если ранее налоговые инициативы затрагивали в основном крупный бизнес и состоятельных граждан (повышение налога на прибыль, прогрессивная шкала НДФЛ. - Прим. ред.), то теперь фискальный удар нацелен на потребительский рынок и малый бизнес через повышение НДС и изменение правил применения УСН.
С 2026 года планируется повышение основной ставки НДС с 20% до 22%. Предыдущее повышение - с 18% до 20% - произошло в 2019 году. Также расширяется круг плательщиков НДС. Если раньше, работая на УСНО при обороте до 60 млн в год, можно было не платить НДС, то теперь этот лимит снижается до 10 млн.
Член БРО «ОПОРА РОССИИ» Константин Перевалов сообщил нашему изданию, что окончательное решение о повышении налогов еще не принято. Инициатива минфина пока является лишь проектом, который должен быть утвержден правительством, Госдумой, Советом Федерации и президентом.
- Поэтому сейчас с целью защиты предпринимателей, в связи со столь резким увеличением налогового бремени, «ОПОРА РОССИИ» совместно с Общественной палатой РБ готовит письмо к коллегам из других регионов ДФО для совместного обращения к федеральным депутатам с целью подготовки законодательных инициатив о сохранении более высокого лимита или введении компенсации для субъектом малого и среднего предпринимательства, - объясняет член БРО.
Необходимость таких мер объясняется просто.
- Лимит в 10 млн рублей это ни о чем, это месячный оборот, даже не доход в 833 тыс. рублей. Самый мелкий ларек дает больше оборота в месяц, поэтому можно сказать, что весь малый бизнес переводят на общую систему налогообложения с уплатой НДС, налога на прибыль (25%) с необходимостью набора штата бухгалтеров и резкого роста издержек, - убежден Константин Перевалов.
Среди предпринимателей Бурятии в преддверии 2026 года преобладают пессимистичные настроения. Так, один предприниматель, просивший не называть его имени, говорит, что «…малый бизнес они просто разорят. Если раньше при обороте до 60 млн в год можно было не платить НДС, то теперь этот лимит снижается до 10 млн. А зарплата выдается после оплаты НДС. Значит, малый бизнес с 10 - 20 сотрудниками разом получает прибыль на 22% меньше. Если учесть среднюю текущую прибыль в 15 - 20% от оборота, то компанию можно закрывать.
Выбор без выбора
- Это не от хорошей жизни. Российское правительство оказалось в ситуации, когда особого выбора нет. Расходы на спецоперацию огромные, а доходы упали из-за санкций и снижения цен на нефть. Если в прошлые кризисы страна занимала на международном рынке, то теперь все каналы закрыты, и даже Китай не предоставляет кредитов для преодоления сложного периода. Но правительство, что важно, не идет на сокращение социальных статей бюджета, решив «немного обезжирить бизнес», - говорит директор улан-удэнской производственной компании Александр Воробьев.
Александра Воробьева тревожит негативный психологический эффект от инициатив Министерства финансов Российской Федерации.
- Есть такое понятие, как кривая Лаффера, когда увеличение налоговой ставки первоначально приводит к увеличению бюджетных доходов от налогов, но после короткого времени всегда ведет к падению. В том числе за счет закрытия бизнесов и ухода в тень с целью сокрытия налогов.
К тому же наш собеседник отчетливо помнит о резком повышении взносов для ИП несколько лет назад - с 9 до 30 тыс. рублей в год и более.
- Тогда закрылась масса ИП, которые так и не вернулись в бизнес. Вот и сейчас я опасаюсь волны закрытий в Бурятии прежде всего из-за ухудшения делового климата и падения настроений среди предпринимателей. Когда руки опускаются, инициатива глохнет, - рассказывает директор производственной компании. - Именно поэтому убежден, что местные власти просто обязаны поддержать бизнес. Относиться к нему бережно и аккуратно. Ближайшие пару лет будут сложными, пока не закончится СВО, и важно, чтобы малый бизнес преодолел эту дистанцию с минимальными потерями.
Вывод напрашивается простой - государство намеренно перекладывает нагрузку на потребителя и бизнес, чтобы закрыть дефицит. И делает это не через сокращение расходов, а через повышение налоговой нагрузки.
Эра стелсфляции
По мнению улан-удэнского экономиста Анатолия Думнова, повышение налогов не приведет к резкому росту цен, однако инфляция в 2026 году примет более скрытые формы. Поскольку бесконечно повышать цены не могут ни производители, ни ретейлеры, а власти жестко контролируют стоимость социально значимых товаров. Таким образом, бизнес будет прибегать к новым уловкам, вводя потребителей в заблуждение.
- Несколько лет назад мы впервые столкнулись с шринкфляцией, когда производители уменьшают вес или объем продукта, не меняя при этом цену и упаковку. Например, плитка шоколада раньше весила 100 граммов, потом 90, а сейчас уже 75 при неизменном дизайне упаковки. Или молоко: раньше было 1 литр, а сейчас в такую же картонную коробку наливают 850 мл, - говорит он. - В прошлом году эта практика, казалось, приостановилась, но сейчас скрытое уменьшение веса продуктов возобновилось.
По его словам, хотя это и выглядит как обман, информацию можно увидеть на упаковке при внимательном изучении.
- Гораздо хуже, когда меняется и состав, и вес, и цена. При этом опаснее всего подмена составляющих на более дешевые и вредные, например, массовая замена масла какао в шоколаде на пальмовое. Или вот тушенка, за последний год в ней стало меньше мяса и больше бульона, жиров и сухожилий. От ГОСТов они массово отходят и «лепят» технические условия (ТУ), так могут под видом консервов все что угодно продавать, - убежден он.
Экономика обмана
Новый феномен получил название «стелсфляция» (от англ. stealth - «скрытность»). Проблему уже поднимали на правительственном уровне, а сейчас там призывают усилить контроль за качеством товаров. Об этом рассказал вице-спикер Госдумы Борис Чернышов, сославшись на исследование своей команды.
- Если сокращение упаковки еще можно было отследить, то изменение рецептуры в сторону удешевления - это скрытая и коварная форма инфляции. Мы были одними из первых, кто забил тревогу о шринкфляции, и сейчас вновь обязаны обратить внимание регуляторов на эту новую уловку рынка. Необходимо усилить контроль за качеством продукции, - сказал Чернышов.
Исследования подтверждают, что покупатели менее чувствительны к сокращению объема товара, чем к прямому росту цены. Это продемонстрировал эксперимент профессора маркетинга Гэри Мортимера (Австралия), который протестировал в супермаркете четыре стратегии изменения цены и веса. Наибольший спрос вызвала тактика, когда незначительное снижение цены сопровождалось уменьшением объема. Хуже всего воспринималось прямое повышение стоимости при неизменном количестве продукта.
Защита от обмана
В условиях роста цен и распространения стелсфляции потребителям приходится быть особенно внимательными.
- Нам сейчас при походе в магазин необходимо брать калькулятор, чтобы сравнивать цену за один килограмм, а не за упаковку. И внимательно смотреть на состав продуктов, читать мелкий шрифт на упаковке и не покупать откровенный пищевой мусор, напичканный дешевыми химическими добавками и маргаринами вместо натуральных продуктов, - советует покупателям Анатолий Думнов.
Стелсфляция опасна не только масштабами, но и скрытностью. В первую очередь она бьет по наименее защищенным слоям населения, таким как пенсионеры, которые вынуждены покупать самые дешевые товары. Снижение качества этой продукции напрямую угрожает здоровью людей. Во-вторых, она искажает реальную картину роста цен, поскольку официальная статистика не учитывает ухудшения состава и качества товаров.
То есть законодателям предстоит много обсуждений, и что будет в конечном итоге - неизвестно. И говорить об этих изменениях как о свершенном факте тоже преждевременно. Возможно, здравый смысл возьмет верх и окончательный вариант не будет таким жестким. Ведь дело не только в том, чтобы платить НДС, а что очень большому количеству микробизнесов придется стать плательщиками НДС, сдавать декларации, кардинально перестраиваться, что усложнит и их работу, и ФНС. Готовы ли все к этому?
Дмитрий Родионов, «Номер один».
